Одним из потребителей больших количеств такой продукции могли быть жители Средиземноморья. Эта мысль возникла у меня во время осмотра богатств Афинского национального музея. Обилие выставленной там утвари, сделанной из меди и бронзы, гигантские статуи богов и героев, также отлитые из металла, заставляют задуматься о способах добычи таких количеств чернового сырья.
Средиземноморский бассейн, как известно, сравнительно небогат рудами меди и олова. Несомненно, что важнейший в то время металл доставлялся из других стран. Откуда? Не был ли одним из конечных путей Великой тропы «Из Югры в греки» Балканский полуостров?
Возможность положительного ответа на этот вопрос усилилась после того, как я увидел в глазах некоторых статуй агаты, сходные с теми, которые я собирал на песчаных пляжах Цильмы около медного рудника. Цилемские агаты отличаются от многих других своеобразием своего рисунка. Из них легче всего можно подобрать вставки, сходные с живыми глазами.
У Великой тропы могли быть и другие направления и ответвления от главных путей. От устья реки Цильмы можно подняться по Печоре и Усе и найти волоки в бассейн реки Оби. А отсюда открываются широкие возможности для путешествий по великим сибирским рекам.
В музеях крупных центров Сибири, среди археологических ценностей, можно встретить бронзовые кольца, каменные изваяния и фигурки людей и животных, искусно вырезанные из черновой меди. Не в Сибирь ли шла часть продукции с реки Цильмы? Где пределы влияния крупного промышленного центра цильмского участка Великой тропы?
Не натолкнулись ли вы на след потомков чуди белоглазой? Не их ли руками сделана стрела, попавшая в вертолет? Способ обработки металла, судя по описанию, такой же, как у чуди лет семьсот назад. Поищите, не удастся ли вам разгадать тайну великого народа?
Геолог проснулся на знакомом ложе в пещере. Тот же полумрак. Вот и контуры бойца с песьей головой…
— Что же опять произошло? Ах, да! — и мучительно ясно вспомнились последние события: гибель русалки и фигура Ристарха, с запрокинутой головой, с луком в руках и вертолет… — Вертолет, конечно, был послан за ним. Его ищут. Не могут у нас оставить товарища в беде.
Жаль русалку. Так глупо погибнуть. Таких красавиц он еще не встречал на своем пути.
Маленький камешек вдруг упал возле постели. Потом второй, третий… Затем раздался тихий смех.
— Что это? Кто здесь? — И геолог увидел подходившую к нему тень погибшей. — Да нет, она жива!
Он бросился к русалке. Обнял.
Стыдясь своего порыва, геолог стал смущенно оправдываться, не зная, как загладить происшедшее, как бы о нем плохо не подумала русалка.
— Я Мавка, — сказала девушка. И голос ее напомнил те торжественные слова, которые упали на толпу, распростертую перед Идолом: «Мавка — Лексеичу, Лексеич — Мавке».
Значит, то был не сон. Перед ним была его суженая, предназначенная ему в жены самим Идолом!
Вновь нахлынувшая волна смущения захлестнула обоих. Растерянные, не зная, что сказать, они стояли друг против друга, крепко взявшись за руки.
Первой опомнилась Мавка. — Идем, — повела она его к Идолу. Упав на колени перед золотым Владыкой владык, Мавка забылась в горячей молитве.
Повинуясь внутреннему зову, опустился на колени рядом с Мавкой и геолог.
А Мавка молилась. Она вслух стала высказывать Идолу самое сокровенное, все то, что накопилось в ее душе.
— О Владыка!.. Я спасла ему жизнь, обязавшись быть его верной женой. В ответ он спас мою жизнь. Мы должны жить друг для друга, и дети наши будут служить Тебе!
Тихо, чтобы не обеспокоить молящихся, к Идолу стали подходить те, кто присутствовал и на первом посвящении. Они молча становились на колени. И снова предводительствовал всем Кронид. Не было только Страдона, его верного помощника.
— Да будет так, как решил Владыка, — это сказал Кронид.
И вновь, как на прошлой церемонии, из глаз божества вырвался голубой луч!
— Слава!
— Он подтвердил!
— Великий милостивец! — кричали в толпе.
К Мавке подошли Лада и Весняна. Они принесли венок из полевых цветов. На распущенных черных волосах венок выглядел вылитым из металла. Вся фигура Мавки стала величественной. Такие минуты даются лишь раз в жизни!
Ну, а дальше потерялось ощущение реальности. Все дальнейшее казалось сказкой, главными персонажами которой были Лексеич, Мавка и странности подземелья.
— Ты должен знать о нашем роде, — сказала Мавка. — Идем. Теперь здесь все твое.
И царственным жестом она показала ему дорогу.