Она садится, и её вес исчезает с моей зажатой руки. В ту же секунду, как рука оказывается свободна, я вскидываю её к лицу, натягивая маску на место с такой силой, что слышу треск шва.
Слишком поздно.
Она знает.
Мои руки взлетают между нами, показывая быстро, отчаянно.
И-З-В-И-Н-И.
И-З-В-И-Н-И.
И-З-В-И-Н-И.
Одно и то же слово снова и снова, пальцы трясутся так сильно, что я едва могу сложить буквы. Она садится прямее, сдвигаясь к моим коленям. Создавая дистанцию между собой и монстром.
Мои жесты становятся более резкими, более рваными. Я уже даже не знаю, что говорю. Не могу унять дрожь в руках. Не могу замедлиться настолько, чтобы убедиться, что она понимает. Паника нарастает, как гигантская волна, грозя раздавить и утопить меня. Моя грудь вздымается от тяжелых вдохов, которые обжигают мое поврежденное горло.
Она увидела...
— Ты в порядке? — спрашивает она. Её голос мягок. Не звучит ни испуганно, ни с отвращением. Скорее, обеспокоенно.
Какого, блять, хрена она беспокоится обо мне?
Почему она меня не ненавидит?
Я живой ебаный кошмар.
Я с силой мотаю головой, отчего надорванная маска снова сдвигается. Теперь я хватаю её обеими руками, сильнее прижимая к изуродованной коже. Убеждаясь, что нет никаких щелей. Что у неё нет шансов увидеть больше.
Я дышу короткими, резкими рывками — кислорода в легкие поступает недостаточно.
Паника нарастает всё выше и быстрее. Сдавливает грудь. Сжимает горло.
Мне нужно двигаться.
Нужно уйти, пока она не увидела больше.
Маска, блять, порвана.
Слишком резко дернул её.
Но мое тело отказывается подчиняться. Я всё еще парализован, заперт в спирали паники, которая с каждой секундой сжимается вокруг всего моего ебаного туловища, как «железная дева». Гвозди впиваются в меня...
Она кладет руки мне на грудь. Затем поднимается к плечам, сжимает их, говорит что-то, чего я не могу разобрать из-за звона в ушах.
Но всё это резко обрывается.
Гвозди останавливаются.
Давление и сжатие прекращаются.
Она подается ближе и просовывает руки под мои, обнимая меня, обхватывая мою огромную фигуру настолько, насколько может. Её лицо ложится мне на шею, её сердце колотится о мое.
Она... обнимает меня.
Почему?
— Так нормально? — шепчет она; её голос вибрирует у меня в груди.