Мои инстинкты чертовски уверены, что его нет.
Я открыла воду, удивляясь тому, как легко мои мысли возвращаются к Призраку, пока я наблюдаю за наполняющейся ванной. Но, возможно, это признак здоровья — то, что я могу осознавать влечение, не чувствуя себя при этом мгновенно испуганной и уязвимой.
Я высыпала кристаллы в воду, наблюдая, как они растворяются, образуя нежно-голубое облако. Вместе с паром поднялся едва уловимый аромат мяты и шалфея — он предназначен для того, чтобы нейтрализовать сладкие, манящие феромоны, которые мое тело скоро начнет вырабатывать волнами.
Снять безразмерное худи Призрака и свою одежду было всё равно что лишиться слоя защиты, но обещание чистой, успокаивающей воды было слишком соблазнительным, чтобы сопротивляться. Я осторожно вошла в ванну, погружаясь дюйм за дюймом, пока вода не дошла до плеч.
Даже отсюда я чувствовала его успокаивающий аромат полуночного леса, исходящий от худи, которое он мне дал. Мысли о совпадении запахов вернулись ко мне, когда я погрузилась в воду по подбородок.
Раньше я отмахивалась от этой возможности. Если бы мы были парой, он наверняка что-нибудь сказал бы, что-нибудь сделал бы. Альфы всегда так поступают.
Но я начинаю думать, что ошибалась.
Что он, возможно, так и не скажет мне об этом.
Призрак почти болезненно застенчив для альфы. Пытается меня не напугать, прячет лицо, вздрагивает от собственного отражения. Совсем не похож на тех напористых альф, которых я знала и которые использовали бы совпадение запахов как немедленное право собственности.
Я выключила воду ногой, чтобы лучше слышать. На всякий случай. Хотя я логически понимала, что никто не войдет, пока люк в полу заблокирован комодом.
Вода баюкала меня, пока эти мысли кружились в голове, поддерживая мои ноющие мышцы и охлаждая разгоряченную кожу. На эти несколько драгоценных мгновений я позволила себе просто существовать.
Никакого планирования.
Никакой паники.
Никакой постоянной бдительности.
Только нежные объятия теплой воды.
Глава 19
ВАЛЕК
Люди так легко истекают кровью.
Даже альфы.
Зеркало в моей ванной в отеле подтверждает то, что я и так знаю: выгляжу я как дерьмо. Рану над моим виском закрыли шестью аккуратными швами, которые уже мучительно тянут кожу, стоит мне приподнять брови.
— Сука, — бормочу я, осторожно ощупывая припухшую плоть. — Великолепный дебют, Валек.
Мой первый день в новой команде, и я умудрился получить по черепу огнетушителем от испуганной омеги. Не совсем то впечатление, которое я намеревался произвести.
Я иду к кровати и опускаюсь на край. Знаю, что должен сейчас просматривать записи игр, учить тактику команды, готовиться к завтрашней тренировке.
Но вместо этого все мои мысли заняты только ей.
Жимолость и летний дождь.
Запах этой омеги застрял в моей памяти так отчетливо, словно она стоит прямо передо мной. Я почти чувствую его вкус на языке.
Я подхожу к мини-бару и достаю маленькую бутылочку виски. Это переоцененная моча, но сойдет. Осушаю её одним глотком, почти не почувствовав жжения.
Обезболивающее, которое мне дали на арене, начинает отпускать. Голова пульсирует в такт сердцебиению, и каждый удар посылает новую волну агонии, исходящую от места удара. Врачи ясно дали понять: никакого алкоголя с теми рецептами, что они выписали, независимо от моего статуса альфы.
Ну и черт с ним.
Решение моей нынешней проблемы простое. Мне нужно снова найти эту омегу. Поговорить с ней. Понять, почему она так на меня влияет. Тогда я смогу отбросить эту нелепую фиксацию и сосредоточиться на том, что действительно важно.