Виски небрежно козыряет:
— Есть, капитан.
— И ради всего святого, кто-то должен сказать Призраку, что Валек приезжает завтра, и что ему нужно... нужно... — я неопределенно машу рукой в сторону потолка, где стук на мгновение прекратился.
— Закончить трахать нашу омегу до потери пульса? — с серьезным лицом предлагает Виски.
Я швыряю в него диванную подушку. Он ловит её со смехом.
— Я проинформирую Призрака о ситуации, — предлагает Чума. — Когда они... закончат.
— И как именно ты планируешь узнать, когда они закончат? — спрашиваю я, тут же сожалея о своем вопросе.
Чума стучит себя по носу:
— Профиль запаха изменится. Посткоитальные феромоны...
— Умоляю тебя, замолчи, — перебиваю я, поднимая руку.
— Ты сам спросил, — пожимает плечами Чума.
— Моя ошибка, — я встаю, еще раз окидывая взглядом зону бедствия. — Мне нужно сделать пару звонков, узнать, смогу ли я организовать доставку новой мебели до того, как Валек приедет.
— Удачи с этим, — фыркает Виски. — Большинство мест не предлагают услугу «замена мебели после приступа ярости альфы» в такое позднее время.
— Значит, будем делать мебель из ебаных ящиков из-под молока, — рычу я, потирая виски и чувствуя, как испаряются остатки моего терпения. — Мне плевать, что нам придется сделать, но это место должно выглядеть полунормально к завтрашнему полудню. Ясно?
Они оба кивают, но прежде чем кто-либо из них успевает ответить вслух, сверху доносится крик, который заставляет нас всех замереть.
— Призрак!
Омега — наша омега — выкрикивает имя моего брата.
На мгновение никто из нас не двигается. Воздух между нами тремя словно наэлектризовался. Мое тело инстинктивно реагирует на её крики, на запах жимолости, который внезапно расцветает в моем носу, несмотря на расстояние. Кровь приливает к паху, и мне приходится бороться с желанием подняться наверх и самому вломиться в этот чертов лофт. И это при том, что я только что избил за это Виски.
Голова внезапно начинает пульсировать, тупая боль за глазами усиливается. Этого дня было слишком много. Слишком, блять, много. И мне нужно уйти отсюда, пока я не потерял те крохи самообладания, что у меня остались.
— Я иду спать, — резко объявляю я, уже направляясь к лестнице. — Завтра рано вставать.
— Рано, правда? — спрашивает Чума.
Виски стонет, оглядывая окружающий нас бардак:
— У нас еще полно работы.
— Да, потому что ты пытался вломиться в лофт. А у меня мигрень, — рычу я, даже не оборачиваясь на них. — Многочисленные удары по голове имеют такое свойство.
Я чувствую их взгляды на своей спине, пока поднимаюсь по лестнице, но мне плевать. Пусть думают что хотят. Мне просто нужно побыть одному, подальше от хаоса и постоянных напоминаний обо всем, что выходит из-под моего контроля.
Всё, что мне остается, — это надеяться, что завтрашний день станет новым началом и принесет хоть какое-то подобие нормальности. Но в глубине души я знаю правду. Нормальность покинула это здание в тот самый момент, когда запах жимолости вошел в наши жизни.
Дальше всё будет только страннее.
Глава 31
ЧУМА
Я швыряю сломанную лампу в мусорный пакет с силой, большей чем необходимо, наблюдая, как она разлетается на еще более мелкие куски внутри пластика. Этот грохот не снимает напряжения, туго скрученного в плечах, и я медленно выдыхаю через нос.