Царский поцелуй: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Не удовлетворите ли напоследок мое любопытство: как вас звали в человеческой жизни? — спросила душа Кюхельбекера. — Ведь Ах — это ваше здешнее имя...

— И тамошнее, и тамошнее! — задорно рассмеялся демон. — Инициалы мои там были А. и X., а фамилия... Догадайтесь, какая была у меня фамилия!

Сказав это, Ах исчез, оставив душу Кюхельбекера в полном смятении. Но времени обдумать услышанное уже не было. Дверь сама распахнулась, и за дверью оказался кабинет обычной прямоугольной формы. Напротив входа стоял стол, за ним над раскрытым делом Кюхельбекера сидел пожилой демон. Его лысый череп сверкал, как хорошо начищенный медный таз; единственная прядь, уложенная замысловатой спиралью, казалась приклеенной к нему.

Если не считать высившихся в углу напольных часов, обстановку кабинета можно было бы признать аскетической. Эти часы привлекли внимание души Кюхельбекера в первую очередь — они не имели на циферблате ни цифр, ни стрелок и, следовательно, вряд ли выполняли свою основную функцию, но зато громко тикали.

— Подойдите ко мне, — сказал демон бесцветным голосом.

Душа Кюхельбекера усмехнулась, однако не стала указывать на то, что ноги ее — это всего лишь видимость и, следовательно, подойти она не может. Демон подождал, пока она окажется у стола, и щелкнул пальцами. Тут же перед душой Кюхельбекера возник и развернулся свиток.

— Ознакомьтесь с «Посмертным листком» Кюхельбекера, — сказал демон. — Обязан уведомить вас, что вы можете — разумеется, в установленной форме, через Независимый Суд, — опротестовать любое утверждение, содержащееся в посмертном листке. Если вы этого не сделаете, дело Кюхельбекера будет отправлено в архив, а вам как освободившейся душе определят новое назначение соответственно задачам отделения «А». Если же сделаете, то дело Кюхельбекера все равно попадет в архив, но прежде вам придется участвовать в длительном разбирательстве, которое вряд ли завершится в вашу пользу. А если даже и в вашу, то дело Кюхельбекера опять-таки окажется в архиве.

— В чем же тогда разница?

— Разницы нет никакой.

— Позвольте тогда спросить, каковы задачи, о которых вы говорите, и что, собственно, есть отделение «А»? — спросила душа Кюхельбекера.

— Вам сообщат, если сие будет сочтено необходимым, — ответил демон и повторил нетерпеливо: — Прошу ознакомиться с «Посмертным листком».

И душа Кюхельбекера обратила свой взор на развернувшийся свиток.

— Карояни-второй — это вы? — Душа Кюхельбекера невольно обратила внимание на неровную, выдающую безумца подпись.

Демон снисходительно хмыкнул.

— Все ли верно сказано в «Посмертном листке»? — осведомится он, не сочтя вопрос души Кюхельбекера достойным ответа.

— Как-то... неполно, и есть неясности. — Тут душа Кюхельбекера вспомнила, что неясности придется оспаривать в суде; в один миг ее охватило отвращение к сутяжной процедуре, и она поспешила поправиться: — Но моих возражений нет.

— Прекрасно. — Демон махнул рукой, и свиток исчез. — Я с вашего разрешения закурю. — Он добыл из ящика стола трубку, не спеша высек огонь и глубоко затянулся. — Вы любите запах табака? — спросит и сам же ответил: — А я люблю. Трубка — она как женщина, ее изгибы, знаете ли, напоминают мне...

— Скажите, тот демон, который сопроводил меня сюда, звался в миру людей Александром Христофоровичем? — неожиданно спросила душа Кюхельбекера, — Его фамилия была Бенкендорф?

— С чего это вы решили? — опешил демон. — Он такой же Бенкендорф, как я — Карояни-второй.

— Он назвал свое нынешнее имя — Ах и прошлые инициалы — А. и X.

Демон рассмеялся:

— Каков балагур! Его звали Финкелем Яковом Семеновичем. а вовсе не Бенкендорфом. Он наблюдал за Кюхельбекером по заданию Третьего отделения и заодно кураторствовал от нашей Канцелярии. Такое совмещение имеет множество плюсов, но очень обременительно для нервов агента. Финкель стал налегать на вино, пропил казенные средства и был уволен Бенкендорфом от службы. Ею земные дни завершились в белой горячке. Нынче он служит демоном эскорта и, между прочим, самолично вызвался сопровождать вас, когда стало известно о вашем прибытии. А что до графа Александра Христофоровича, то он еще в пору, когда Кюхельбекер и думать не думал о заговоре, особо отмечал пылкость его головы в записке царю Александру Павловичу. Так и написал: «Молодой человек с пылкой головой». Весьма прозорливая душа!

— И что же она поделывает после окончания земных дней Бенкендорфа?

— Что-то по части высоких искусств. Это можно уточнить.

— Не стоит, — сказала душа Кюхельбекера. — Я без того отняла у вас немало времени.

— Время в вашем случае не имеет значения. Но воля ваша... — Демон выпустил клуб дыма. — Итак, решено: коль скоро вы не выразили несогласия с «Посмертным листком», дело Кюхельбекера отправляется в архив. — Он подождал, пока папка исчезнет со стола. — Вам же прежде, чем вы получите назначение согласно задачам отделения «А», дозволено загадать любое желание, и оно тотчас будет исполнено.

— Я хочу покоя, — немедленно призналась душа Кюхельбекера.

На лицо демона накатила тень.

— К сожалению, это единственное, в чем мы вынуждены вам отказать. Так предписано Книгой Судеб.

Над головой демона затренькало. Душа Кюхельбекера только сейчас заметила маленький колокольчик с уходящим от него в стену шнурком и сообразила, что в соседнем помещении дернули сонетку. Демон подождал, пока колокольчик успокоится, и сказал: