Он прикрыл глаза.
— Дерьмово вышло.
— Очень.
— Потом поговорим.
— Нет. Сейчас хотя бы кусок. Я тебя похоронил. Мы тебя похоронили. Где ты был?
Он долго молчал.
Потом сказал:
— Сначала на северном контуре. Потом в нулевом поясе. Когда я понял, во что они это превращают, было уже поздно. Меня не убили. Меня включили.
— Ты мог выйти на нас?
— Один раз попробовал. После этого умерли трое техников, и половина сектора села по питанию. Я понял намёк. Потом уже держался только на том, что однажды кто-то дойдёт до узла правильно.
— Кто-то — это я?
— Да.
— Отличный подарок.
Он посмотрел на меня прямо.
— Я его не заказывал.
Тут спорить было трудно.
Лифт всё шёл вниз. Долго. Слишком долго для обычной шахты. В какой-то момент даже Гера перестал шутить и просто слушал трос.
Вера первой сказала то, о чём подумали все:
— Мы уходим глубоко.
Голос внутри ответил сразу:
Переход к нулевому поясу.
Доступ подтверждён.
— Вот и приехали, — буркнул Гера.
— Ещё нет, — сказал отец. — Всё плохое только начинается.
— Прекрасная семья, — сказал Гера. — Прямо поддерживающая.
Лиза вдруг резко спросила:
— Мама знала?
Отец закрыл глаза на секунду.
— Кусками. Я не всё ей сказал. Хотел вытащить вас раньше, чем это дойдёт до дома. Не успел.
Лиза кивнула. Только челюсть у неё стала каменная. Её я понимал. У меня внутри было примерно то же.