— Согласен.
Анна подалась вперёд.
— И кто идёт на башню?
— Я, — сказал я.
— Это было ясно.
— Борисыч.
Он кивнул.
— Вера.
Она не кивнула сразу. Сначала посмотрела на меня.
— Если я иду, я иду не за тобой. Я иду потому, что у Романова руки в моём доме тоже были. И потому что после пакета назад мне уже нет.
— Нормально. Мне не нужна преданность. Мне нужна работа.
— Это я умею.
— Гера.
Он поднял обе руки.
— Вот тут стоп. Я сначала спрошу. Там будет что взрывать?
— Скорее всего.
— Тогда иду.
— Я серьёзно.
— Я тоже. Если там сухая бумажная башня с мразями внутри, кто-то же должен принести в их жизнь огонь.
— Очень веский мотив, — сказала Вера.
— Спасибо.
Анна смотрела на меня не мигая.
— Ты не назвал меня.
— Ты не идёшь.
— С чего вдруг?
— С того, что ты нам нужна снаружи. Без тебя у нас не будет окна, маршрута и ложных хвостов. В башне ты просто ещё один ствол. А снаружи ты человек, который знает имена, каналы и ритм этих уродов.
— Ты сейчас красиво мной манипулируешь?
— Нет. Я сейчас считаю.
— Очень обидно. Но пока похоже на правду.
Савин с палубы отозвался слабым голосом: