— Это не оптимизм. Это работа.
Ретранслятор нашли в маленьком зале под старой решётчатой башней. Консоль мёртвая на вид. Три шкафа. Один вскрыт ломом когда-то давно. Второй в пыли. Третий тихо гудел.
— Живой, — сказал я.
— Я же говорил, — сказал Борисыч.
— Ты часто говоришь, — буркнула Вера.
Я положил ладонь на консоль.
Схема вспыхнула сразу.
Старый служебный канал. Забит пылью. Заглушен сверху. Но не добит. Одна рабочая линия шла в городской информконтур. Ещё одна в архив внешней стражи. Ещё одна в систему куполов.
Вот это уже было интересно.
— Мы можем дать пакет не в одну точку, — сказал я.
— Куда ещё? — спросил Борисыч.
— В архив стражи, в общий инфоканал и в купольную диагностику.
— Зачем в купола?
— Чтобы Романов не смог сразу соврать, что узел захвачен и система умирает. Пусть сами купола покажут, что резервный баланс идёт штатно.
Вера коротко кивнула.
— Делай.
Голос внутри предупредил:
Для передачи полного пакета нужен источник подписи.
Рекомендуется использовать живой канал куратора.
Я замер.
— То есть?
Подпись Романова или Коршунова ускорит принятие пакета.
— У нас есть модуль Коршунова, — сказал Борисыч.
— Точно.
Я вытащил чёрный блок, который сорвал с него у сердца пояса. Корпус треснул. Рабочая часть цела.
— Давай, гадина, послужи людям.
Я воткнул модуль в боковой слот.
Консоль ожила ярче. По экрану пошли строки допуска.
Кураторский канал принят.
Доступ: Антон Коршунов.