Потом ударил резак по внешней двери.
Штурм дошёл и сюда.
Борисыч присел за металлический шкаф.
— У тебя сорок секунд. У меня два магазина. Давай очень быстро.
Вера встала по другой стороне.
— Если они войдут, я их встречу.
— Я заметил, — сказал я.
Резак прогрыз дверь за двадцать секунд.
Через щель пошёл дым. Потом влетела светошумовая.
Я успел отвернуться. Всё равно долбануло так, что в зубах звякнуло.
— Контакт! — рявкнул кто-то снаружи.
Первый штурмовик в тяжёлом шлеме вошёл в проём и сразу словил две пули от Борисыча. Щит его спас. Второй за ним уже бросил внутрь малый глушитель. Чёрная коробка с штырями шлёпнулась на пол и зажужжала.
Голос внутри сразу сжался.
Канал подавляется.
Передача под угрозой.
— Не смей! — прошипел я и метнулся к коробке.
Вера срезала второго штурмовика в ногу. Борисыч добил первого в стык шлема. Я схватил глушитель, пальцы сразу обожгло током. Дрянь была живая. Я ударил ею о край консоли раз, второй. Коробка треснула, но всё ещё жужжала.
— Артём! — крикнула Вера.
Третий штурмовик уже был в дверях. Я швырнул ему глушитель прямо в грудь. Он машинально поймал. Коробка тут же сдохла окончательно и рванула коротким белым хлопком ему в руки. Он улетел обратно в проём.
— Красиво, — сказал Борисыч.
— Случайно, — ответил я.
— Тем лучше.
Голос внутри отчитался:
Подавление снято.
Передача завершена на 62 %.
— Мало.
Снаружи уже шли новые шаги. Тяжёлые. Больше. Значит, штурм подтянул ещё группу.
Вера быстро выглянула и тут же спряталась обратно.
— Их шесть. Один с тяжёлым резаком. Один с сетевым ломом.
— Прекрасно, — сказал я. — Всегда мечтал.