Он начинает смеяться.
— Ты совсем другая, когда трезвая, да?
Я опускаю голову, избегая его тяжёлого взгляда.
— Разве не все?
Он приподнимает мой подбородок, заставляя снова встретиться с ним взглядом.
— Тебе не нужно так напрягаться рядом со мной. — Его взгляд устремляется к моим губам, прежде чем вернуться вверх.
— Нужно. Ты босс, даже если не хочешь им быть. — Его близость, запах его пота кружит голову, заставляя сердце биться чаще, а покалывание между ног — усиливаться. Это заставляет меня забыть, что он босс.
— Я босс, а ты моя сотрудница, и я знаю, что ты не сделаешь ничего из того, что происходило той ночью, снова. Так что расслабься, пожалуйста.
Наконец, он отходит. Расстёгивает пуговицы рубашки, скидывает ее и бросает в грузовик. Под ним — чёрный лонгслив из того обтягивающего материала, который должен впитывать пот. И он плотно облегает его. Боже мой, как же он облегает.
Генри состоит из сплошных мышц. У него подтянутое, атлетическое телосложение, с рельефом и выпуклостями, вплоть до кубиков пресса. Когда он водружает огромное бревно на пень, я вижу, как красиво напрягаются мышцы его рук.
Наблюдать за ним — одно удовольствие.
— Иди сюда.
Мои ноги двигаются сами, пока я не оказываюсь рядом. Я взвизгиваю, когда он неожиданно хватает меня за бёдра и притягивает к себе, спиной к груди.
— Что ты делаешь?
— Собираюсь научить тебя рубить топором.
— А я разве хочу научиться?
— Чем, по-твоему, занимается команда озеленения весь день? Это не только прополка и, как ты уже заметила, стрижка газона здесь неактуальна. Ты специалист в ландшафтном дизайне, верно?
Мой рот открывается. Я не решаюсь повернуться.
— Ты проверял мои рекомендации?
— Мы проверяли рекомендации всех.
Я, наконец, оглядываюсь на него и вижу, как его холодные глаза изучают меня.
— Тогда почему твоя команда наняла меня?
— Они этого не делали.
Я хмурюсь, сбитая с толку.
— Тогда почему я здесь? Это какая-то ошибка? — Так и знала! Мне просто повезло.
Он кивает в сторону чурбана, возвращая моё внимание к нему. Обхватив меня руками, он поднимает топор перед нами, устанавливая лезвие на чурбан.
— Потому что я нанял тебя.
Странное волнение охватывает меня.
— Я не понимаю.
— Возьмись за топорище, — приказывает он, не вдаваясь в подробности.