— Для чего?
Я провожу своим прохладным носом вверх-вниз по его коже. Мышцы его шеи напрягаются, он тяжело сглатывает.
— Ну, ты знаешь…
— Ты даже сказать не можешь, не так ли?
— Трезвая не могу, — признаюсь я. — Но сегодня у тебя пьяная версия Эбби, так что тебе повезло.
— Тогда скажи, — его голос становится низким, дразнящим.
Мы уже в деревне. Скоро я вернусь в свою хижину, и время с лесорубом, как и моя нехарактерная смелость, закончится. Сделав глубокий вдох, я поднимаю голову настолько, что мои губы оказываются у его уха.
— Ты бы трахнул меня, если бы я попросила?
Его грудь поднимается, затем он выдыхает.
— Возможно. — Его и так низкий голос становится хриплым, и я почувствовала, как от одного этого слова у меня заныло между ног. — А что еще?
Я смущенно смеюсь.
— Есть что-то еще? Не знаю. Я даже до второй базы не доходила. Меня там никто не трогал.
— Готово. Седьмой домик.
Прежде чем я понимаю, что происходит, мои ноги касаются земли, а его тепло исчезает. Я протягиваю руку и хватаюсь за его рубашку, земля плывет под ногами.
— Где ключ? — торопливо шепчет он.
— В заднем кармане. — Я хмурюсь, глядя на гравий. Он движется.
Его руки обнимают меня, одна скользит к пояснице. Теплые пальцы нащупывают правый карман.
— Не тот, — я хихикаю, чувствуя, что улыбаюсь, как идиотка.
Он быстро переходит к другому и достает карту.
— Ты трогал меня за задницу. Теперь ты должен хотя бы назвать мне свое имя.
Он замирает, глядя на ключ и дверь. Затем вздыхает:
— Генри.
— М-м… Генри. — Я прислоняюсь — ладно, падаю — ему на грудь и обхватываю руками за талию, заключая в объятия. Запрокидываю голову, разглядываю его лицо в свете фонаря у двери, и шепчу:
— Насчет того, о чем мы говорили…
Его челюсть напрягается, но в глазах — явное веселье. Он нежно тянет за мою косу, заставляя откинуть голову назад еще сильнее. Мои губы сами приоткрываются, когда он наклоняется, готовясь к поцелую.
— Перестань дразнить меня и иди спать.
Я делаю самую обиженную гримасу, на какую способна, но правда в том, что голова уже кружится. Мне нужно прилечь.
— Ладно. Спасибо, что проводил и не дал упасть в ледяную воду. Кстати, меня зовут Эбби. Некоторые зовут меня Эбигейл, но я ненавижу это. Если увидимся снова, не называй меня так.
Его идеальные губы так близко, что я чувствую его мятное дыхание и хочу их попробовать. Не думаю, что когда-либо в своей жизни я чего-то хотела так сильно, как почувствовать вкус его губ прямо сейчас.
Прежде чем упустить свой шанс, я приподнимаюсь на цыпочки и прижимаюсь к его губам. Щетина щекочет кожу. Он выдыхает, и я закрываю глаза, дрожа от ощущений. Он не отстраняется, и я решаюсь на большее — провожу языком по его губам, затем прижимаюсь к ним, осторожно захватывая его верхнюю губу в нерешительном, сладком поцелуе, на который, я надеюсь, он ответит взаимностью. Но он отстраняется ровно настолько, чтобы его губы оказались вне пределов досягаемости, и проводит моей картой по считывающему устройству. Дверь щелкает, загорается зеленая лампочка. Распахнув передо мной дверь, он подталкивает меня в темноту. Разочарование захлестывает меня, глаза наполняются слезами от его отказа. Но, как только я переступаю порог, его сильная рука обхватывает мою талию. Он наклоняется, его прохладный нос скользит к моему уху, и у меня вырывается тихий вздох.