Пласты: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Алексей Федорович Грачев родился в городе Рыбинске Ярославской области в 1929 году. Окончил десятилетку, затем сельскохозяйственный институт. Несколько лет работал в колхозах, совхозах, МТС Севера и Ярославской области. В дальнейшем на газетной и редакторской работе. Учился на Высших литературных курсах при Литературном институте имени Горького в Москве.

Деревенская тема занимает главное место в творчестве прозаика. Ей посвящена первая книжка рассказов, изданная в Ярославле в 1957 году, последующие сборники рассказов «Неузнанная любовь», «Под созвездием счастья» и, наконец, повесть «Пласты», опубликованная тоже в Ярославле в 1961 году. В повести показаны события 50-х годов, сложная судьба простого деревенского пария Игната Еремеева.

Настоящая книга — переиздание.

СИЛА РОДСТВА С ЗЕМЛЕЙ

О повести «Пласты» и ее авторе

Повесть ярославского прозаика Алексея Грачева «Пласты» выходит вторым изданием. Первый раз она опубликована «Верхней Волгой» в 1961 году. Книга выдержала испытание временем и снова «запросилась» к читателю.

В издательской аннотации к первому выпуску повести говорилось, что автор «рисует широкую картину сельской жизни от предвоенных лет до наших дней, своеобразно раскрывая колоритные характеры самых разнообразных людей и утверждая веру в осуществление упрямой цели человека».

«Пласты» — произведение о глубоких изменениях сельской жизни, которые произошли после двадцатого партийного съезда, известных мероприятий партии и правительства, направленных на подъем сельского хозяйства.

В центре повествования человек нелегкой судьбы Игнат Еремеев, который, прежде чем стать председателем колхоза, был пастухом, трактористом, солдатом, рабочим.

Игнат, как и многие его сверстники, после службы в армии устроился на работу в городе. Возвращается он в родное село Бугры не по прихоти писателя и не потому, что его кто-то агитировал это сделать — его агитировало собственное сердце, честное сердце человека, любящего землю. Он мог бы и в городе остаться: ведь с деревней его, кажется, ничто не связывало. А если добавить личные обиды, нанесенные ему в Буграх, то и вовсе можно оправдать уход Игната в город, где все складывалось для него так благополучно.

И все-таки Игнат вернулся. Необходимость, я сказал бы, неизбежность возвращения Игната в свой захудалый колхоз писатель показал весьма убедительно.

Отец Игната Матвей Еремеев, бывший боец Красной Армии, потерявший на полях гражданской войны здоровье, был первым председателем колхоза в Буграх. Он умел убеждать земляков и словом, и делом, жил с заглядом вперед, мечтал, чтобы супесь да глина давали стопудовые урожаи. Сыну своему, любившему забираться на отцовские колени, говорил: «Вот, Игнатка, подрастай, да вместе будем возить торф с навозом на поля. Одно вон Волчье поле чего стоит. Его удобрить как следует — сусеков не хватило бы в амбарах».

Не суждено было Матвею Еремеевичу удобрять поля торфом с навозом: кто-то поджег колхозный амбар, при тушении пожара погиб отец Игната. Вскоре умерла и мать.

Через много лет, вернувшись домой после ранения на фронте, Игнат, увидев, как скупо родит земля, вспомнил об отцовской мечте. Но никто не поддержал Игната, даже надсмеялись над ним…

Подъему колхоза в послевоенные годы, воспитанию новых людей деревни, привитию любви к земле и посвящена повесть Алексея Грачева, которую он назвал многозначительно: «Пласты».

«Пласты» — его первое крупное произведение. До повести вышли две книжки рассказов, тепло встреченные и читателями, и критикой. Именно на рассказах росло писательское мастерство автора. Дарование А. Грачева развивалось естественно: от рассказа — к повести и роману. Это та самая естественность, о которой недавно писал Константин Федин: «Практику мастерства лучше всего начинать с рассказа. Тут все наглядно — соразмерность частей, органическое родство характеров и сюжета, назначение каждого эпизода для службы общему замыслу, каждой детали — целому. И тут действительно строгое воспитание чувства слова: в рассказе не разболтаешься, слова в нем надо отбирать и отбирать». (Конст. Федин «Действительность и искусство слова» — «Литературная Россия», 10 августа 1973 года).

Работа над рассказами помогла Алексею Грачеву подготовиться к работе над крупными полотнами: повестями «Пласты» и «Уроки агенту розыска», романом «Полгода поисков людских».

Рассказчик Грачев — отменный. Сошлюсь на отзывы. О рассказе «В Гришин день» писательница Лидия Обухова заметила: рассказ «тонкий, и точный, и добрый». Монгольский прозаик Бохийн Бааст прислал А. Грачеву письмо, в котором сообщал, что рассказ этот, опубликованный в журнале «Крестьянка», взволновал его, что он непременно переведет его на монгольский язык. «Рассказ ваш здорово понравился», — это из письма читателя о рассказе «На родине», опубликованном в журнале «Волга».

Если для работы над произведением А. Грачеву не хватало каких-то деталей, если не во всех подробностях представлял обстановку, в которой живут герои будущей вещи, он отправлялся в деревню, по нескольку суток ходил пешком по проселочным дорогам, еле приметным тропинкам, ночевал в избах, впитывал чистую народную ярославскую речь, слушал, как переливчато журчали ручьи, задумчиво шумели березы. Сам как бы становился героем своей книги. И писателю сопутствовала удача. О книге его рассказов «Неузнанная любовь» А. Семенов писал в газете «Северный рабочий»: «Алексей Грачев написал книгу хорошей прозы о людях, которых он сам любит и которых полюбит читатель».

Жизненных наблюдений, однако, накопилось столько, что они не вмещались в «малую» прозу. Ведь до того как сесть за письменный стол, А. Грачев был бригадиром, зоотехником, председателем колхоза, работником областного управления сельского хозяйства, журналистом, редактором издательства.

И вот появились «Пласты».

Своеобразно знакомит писатель с героями книги. На первых страницах повести он представляет читателю всех героев произведения, словно режиссер спектакля, в самом начале выводящий на сцену исполнителей всех ролей пьесы… На завалинке сидит с неразлучной палкой старик Феоктист Шихов, рядом, на корточках, кладовщик Передбогов, потом появляются другие: Антип Филатов, Катерина Быкова, доярка Шура Костылева, ее мать Анна. Много героев. А о главном, Игнате Еремееве, они пока только упоминают в разговорах. Это как бы авторские наброски, о характерах людей судишь по обрывочным фразам.

Второй раз с жителями Бугров знакомишься основательнее — через восприятие их Игнатом.

После смерти родителей Игнат жил у болезненной «вековухи» Матрены, дальней родственницы. В шестнадцать лет он стал пастухом. Пас коров колхозников, у них по очереди столовался и ночевал. Вот тогда-то он и узнал, что за люди живут в Буграх. Знание их пригодится Игнату, когда его выберут председателем.

Что ни человек, то — характер. Тогдашнего председателя Михаила Бахова привели однажды вечером домой с сердечным приступом.

В другой избе — другой мир. Никодим Косулин — жене:

Ясно, что ответит Никодим Косулин. Под стать ему и жена: «Уж ты получше, Игнат, посматривай за коровой нашей. Видишь, какой для тебя борщ сварила, мяса не пожалела…»

В дружной семье Лукосеевых — третий мир, у тракториста Гречихина — четвертый, хотя в чем-то и схожий с миром Баховых и Лукосеевых, у молодой вдовы Таисьи Луньковой, которая решила «в мужики производить» Игната, — пятый.

Да, Игнат знал Бугры, и Бугры знали Игната. В этом была и тяжесть его председательской ноши, и его сила. Сила родства с землей. Вера в человека, который может многое сделать, а если сообща, то — поднять глубинные пласты жизни. А в жизни, как известно, не все гладко.

Игнат, возвратившись в Бугры, встретил свою первую любовь — Катерину. Та во время войны, узнав о ранении Игната, вышла замуж. О ней думал в госпитале: «Решила счастливой быть со всех сторон. Решила, что если ногу отнимут Игнату, уж и счастье-то будет обломленное…» Катерина не нашла счастья, выйдя замуж не по любви, а скорее всего — боясь одиночества. При встрече Игнат «разглядел морщинки на лице, а в глазах усталость. Так омут, сверху залитый солнцем, блестит, а внизу холодная, неласковая глубина».

В ожидании секретаря парторганизации Игнат смотрел в окно колхозной конторы: «Разгуливал по лужку гусенок, промокший настолько, что видны были синие ребрышки». Пройдет время, соберется правление артели, Игнат снова выглянет в окно, увидит: «Гусенок выбрался из лужи, ходил опять по лужку, дергая клювом-лопаточкой, злился, когда трава сопротивлялась». Любопытно для понимания характера Игната!