Черный портрет. Без фона, без света. Только он — парень с пустым взглядом и резкими скулами. Голова чуть опущена, как будто он несет невидимый груз.
Глаза — бездонные, потемневшие от чего-то, что невозможно выговорить. Скорее, от выжженной и глубоко спрятанной боли.
Тень от его лица расползается дальше границ холста, он слишком велик для бумаги, слишком реален, чтобы остаться просто рисунком.
Рот сжат. Шея в едва заметных шрамах.
Я даже не дала ему имени. Повесила под псевдонимом.
«Поцелованный тьмой».
Два слова. Все, что я тогда чувствовала. Все, что в нем было.
— Он сказал что-нибудь? — спрашиваю Ксюшу, почти не узнавая собственный голос.
— Только: «Где автор?» — девчонка сдвигает брови. — Ань, ты его знаешь?
Я качаю головой.
Но тело вспоминает: гул толпы, свет под потолком клетки и его взгляд, мимо всех, только в меня.
Я должна думать об Игоре. Он заслуживает тепла, честности и любви.
А в моей голове не он, а чужой и опасный… другой. В груди расползается что-то липкое. То ли вина, то ли страх. Я будто предаю Игоря даже не действиями, а мыслями.
Это же просто картина, Аня. Просто рисунок.
— Где он? — спрашиваю я.
Ксюша смотрит мне за спину:
— Вон там, у стены. Но…
Я не больше ее не слушаю.
Сердце делает сразу три удара за одну секунду. Руки мерзнут, а ноги сами несут меня через шум, людей, до того самого холста, у которого кто-то стоит.
ГЛАВА 14
Парень стоит перед моим холстом и не двигается. Он замер, как статуя, перед тем, кого я нарисовала с закрытыми глазами и с открытой душой. Капюшон скрывает часть лица, но я знаю, это точно он.
Тот, кто был в клетке.
Тот, кто дрался, будто не с другими, а с самим собой.
Тот, кто смотрел так, что внутри все ломалось.
Я останавливаюсь рядом. Ноги становятся ватными, как перед прыжком с высоты. Мои руки опущены вдоль тела, дыхание неровное.
Парень ничего не говорит, я тоже. Мы стоим молча, бок о бок, словно в кино, где сцена на паузе.
Я не смотрю на него. Не могу. Даже поворачивать голову страшно — вдруг он посмотрит в ответ?
Но я хорошо чувствую его всем своим телом. Чувствую, как от него исходит тепло, но оно не уютное. Оно жгучее, тревожное, дикое, как от костра, у которого нельзя греться слишком долго.
Запах свежий, терпкий, с ноткой чего-то кожаного, немного табачного, но не сигареты. Приятный. Слишком даже приятный.