— Длинная история, Ма, — отзывается Мак, проходя внутрь с противнем и пивом. Тут же из дома выбегают Адди и Руби и уводят меня прочь от Луизы. Мы входим внутрь. Гарри сидит за кухонным столом — тоже при параде.
Так... Стоп. Разве у него не должен был быть огромный рабочий день?..
Я оглядываю Руби. На ней воздушное белое платье и розовые сапожки. У Адди — жёлтое летнее платье и балетки. Обе с макияжем, в серьгах, и пахнут божественно.
— Обожаю твои духи, — говорю я Руби, пока она усаживает меня на диван у камина.
— Спасибо. Это Coach.
Она явно любит красивые вещи.
— Ты любишь парфюм, Грейс? — спрашивает Адди.
— Эм... ну, да, наверное. Никогда не покупала себе сама, но…
— Отлично! — взвизгивает Руби. — Мы, эээ, должны достать закуску. Поможешь, Адди?
Адди улыбается и похлопывает меня по руке, как ребёнка.
— Сейчас вернусь. Хочешь вина?
— Белого?
Она тут же вскакивает и почти порхает на кухню. Всё это — слишком. Они всегда были милы, но сейчас их чрезмерное внимание сбивает с толку. Что-то явно не так. Я тереблю ткань платья и смотрю в камин, перебирая в голове, почему все, кроме Луизы, такие странные.
Передо мной появляется бокал. Я беру его из руки Руби. Её изящные пальцы с розовым маникюром, волосы волнами, в глазах — свет.
Она опускается рядом со мной и говорит:
— Ладно. Я не умею хранить секреты, так что вот. Мы хотели сделать для тебя кое-что по случаю дня рождения.
Что?
Воздух вырывается из лёгких и не возвращается. Я открываю рот и… ничего.
Руби поднимает ладонь.
— Мы знаем, он был уже давно. Но ведь это важная дата. А Роулинсы — не те, кто игнорирует значимые события. Так что, Грейс Уэстон, это твоя вечеринка в честь двадцати одного года!
У меня буквально нет слов.
— Сейчас ты и я пойдём на задний двор, где мальчики кое-что подготовили. Это не что-то грандиозное, только мы. Но мы все хотели сделать для тебя что-то особенное.
Я сглатываю, выдавливаю из себя вдох.
— Так вот почему Макинли...
Руби смеётся и делает глоток вина.
— А то. Он к тебе неравнодушен, Грейс.
Я давлюсь сладким напитком. Немного отдышавшись, бормочу:
— Это мягко сказано.
— Ждём вас снаружи, — зовёт Рид из-за двери.
Глядя, как Руби расцветает от его голоса, у меня сжимается сердце. Эти двое такие невероятные. Она встаёт и протягивает руку: