— Ты не хочешь этого? — спрашиваю я.
Её губы дрожат между улыбкой и сдавленным всхлипом.
— Конечно хочу. Я... — её голос срывается. Триггер фыркает, и я готов поклясться, что он смотрит на меня с осуждением за то, что заставил её плакать.
Я опускаю голову, ловлю её взгляд.
— У тебя получится. Я рядом. До самого конца.
Она выдыхает, пряча лицо у меня на груди. Я глажу её по спине, стараясь хотя бы частью себя стереть весь тот ад, через который провёл её тот ублюдок. Если он когда-нибудь появится здесь... он получит сполна.
Грейс отстраняется, её глаза сияют слезами. Я молюсь, чтобы они были от счастья. Потому что я хочу, чтобы она его получила.
Она вернула моё счастье. После стольких лет.
— Ты уверен, что хочешь, чтобы я осталась, Макинли?
— Женщина, ты — мой кислород. Без тебя мне не дышится.
Она закатывает глаза, и слёзы сбегают по щекам.
— Слащаво. Но я принимаю.
Я не могу не улыбнуться. Целую каждую слезинку, пока она не начинает смеяться у меня на руках. Этот смех — он для меня как музыка. И никогда не надоест.
— Пошли, а то Триг опоздает на сон старичка.
— Не можем позволить любимчику переутомиться, — мурлычет она, целуя лошадь в щёку.
Мы идём домой, и на небе загорается первая звезда. Я никогда не чувствовал себя таким живым. Выжат до последнего мускула, бедро ноет, но душа — как новая.
Триггер устроен в стойле, окружён любовью, я веду Грейс к дому. После душа мы укладываемся в постель. Она засыпает раньше, чем я успеваю сказать, что сегодня для меня значит. Что она для меня значит.
Придётся показать. Через пару дней. У мамы.
У меня большие планы на её переигранный двадцать первый день рождения. Ради её улыбки я готов на всё.
Так что я уже позвал подмогу.
Глава 17
Грейс
Мак сегодня какой-то странный. Весь день — рассеянный, суетится, то и дело проверяет телефон. Что вообще с этим мужчиной? Сейчас та самая трубка лежит прямо передо мной на кухонной столешнице, пока я втираю приправы в кожу целой курицы. Было велено приготовить её к воскресному обеду, который плавно превратился в ранний ужин — из-за завала у Гарри на работе. Телефон завибрировал, с гулом скользя по твёрдой поверхности. Я украдкой бросаю взгляд на экран.
Руби.
Любопытно.
— Это мой или твой? — Мак влетает в кухню и тут же хватает телефон с прилавка. Открывает сообщение и его лицо расплывается в широкой улыбке. Я складываю руки на груди, приподнимая бровь.
— Что-то хочешь рассказать классу, Макинли?
— А? Что?.. — Он строчит ответ, не отрывая взгляда от экрана. Наконец, поднимает глаза. — Что-то сказала?
— Выкладывай, Роулинс.
Он целует меня в щёку.