— У нас здесь считается, что семья — самое важное в жизни. Именно она делает жизнь хорошей. Она помогает пережить трудные дни. — Он делает паузу, поднимая бокал. — Совсем недавно нас сильно потрясло.
Он смотрит на Макинли. Я нахожу его руку под столом, и он переплетает пальцы с моими. Я сжимаю его руку, надеясь, что остальные не заметят выражения, с которым он сейчас на меня смотрит. Потому что ничего рабочего или делового в этом нет. Совсем.
Гарри улыбается.
— Но за любой бурей почти всегда следует радуга.
Рид качает головой.
— Господи, Гарри, ну и банальщина.
Гарри ухмыляется младшему сыну.
— Может быть. Но иногда важны не слова, а поступки.
— Ну да, — соглашается Рид, усмехаясь.
Луиза хлопает его по щеке, как маленького мальчика. Руби целует его с другой стороны. Вся компания начинает смеяться.
— Вот тебе и поступки, Ридси, — говорит Руби, прижимаясь к нему.
Он поднимает со стола свой стакан с виски и делает глоток.
— Ага, Ридси, где бы мы все были без поступков Рубс? — подмигивает ему Хадсон.
Рид давится выпитым. Луиза хлопает его по спине, и за столом снова вспыхивает смех.
— Ну вот, малышня высказалась, — Гарри склоняет голову, бросая взгляд на двух сыновей. — Продолжу.
Он снова смотрит на меня. Я замираю.
— Грейси, для нас ты — та самая радуга после бури. Ты навсегда останешься частью этой семьи, куда бы ты ни отправилась дальше и куда бы ни завели тебя мечты. Думаю, этим всё сказано. С днём рождения, милая. Давайте есть!
— Ну наконец-то, — протягивает Рид.
Руби шлёпает его по плечу. Всё по-дружески. Он всегда балагур. Добрый, весёлый. Я вижу так много его в Маке. С каждым днём — всё больше. Я вспоминаю, каким он был в тот день, когда я впервые увидела его — застрявший в луже стирального порошка, неспособный пошевелиться и до жути злой. И каким он стал сейчас — сильным, здоровым… и, главное, счастливым.
— Макинли, ты хочешь сказать что-нибудь для Грейс? — спрашивает Луиза.
За столом сразу становится тихо.
Он сжимает челюсть, но встаёт. Все глаза прикованы к нему. Кроме Руби — она смотрит только на меня, с мягкой улыбкой. Как будто читает мои мысли. Или, может, его.
Мак берёт бокал с виски и опускает взгляд на меня.
— Грейс… Грейси. — Он замолкает, но, встретившись взглядом с Гарри, будто бы заставляет всех затаить дыхание. — Если кто и заслуживает счастья и полноценной жизни — так это ты. Ты буквально соскребла меня с пола и пнула под зад, как следует. Ты снова собрала меня по кусочкам, даже если эти кусочки были рваными и грязными. Теперь ты — часть меня, Грейси. За то, чтобы быть твоим первым помощником.
Он опускается на своё место и осушает бокал так, будто умирает от жажды.
Все смотрят на него — кто-то с недоумением, кто-то с глуповатыми улыбками. Особенно Рид.
Первым помощником?..
Не поняла. Что я упустила?
— За спасительную Грейс Мака! — выкрикивает Рид. — Каламбур был абсолютно преднамеренным!
Улыбка на его лице сияет как прожектор. Руби приобнимает его за руку, лицо её напряжено — она едва сдерживает эмоции.