— Что? — Тэйн замирает. Лицо каменеет, взгляд становится жёстким, отточенным.
— Я видела, как она вошла в твою комнату, — горько усмехаюсь, злость разгорается снова — горячая, жгучая.
Он моргает, будто пытается уловить смысл сказанного, потом хмурится.
— О чём ты вообще? — он замолкает на секунду, потом его челюсть напрягается, глаза темнеют. Не от гнева, а от усталого раздражения. — Я вернулся выпить с остальными, Амара.
Между нами опускается тишина, плотная, тяжёлая, давящая.
Я стою, не двигаясь, сердце колотится, мысли путаются. Неужели я всё это время ошибалась? Горло сжимается. Жар, что жёг меня последние дни, угасает, превращаясь в холодный, стянутый узел.
— После того, как ты проводил меня до казарм, — мой голос едва слышен, — я пошла тебя искать… и видела, как леди Эвлин вошла в твои покои.
Тэйн проводит ладонью по лицу.
— Боги, — выдыхает он. — Это уже не в первый раз.
— Что? — моргаю, сбитая с толку.
Он раздражённо выдыхает.
— Год назад стражник застал её возле моих дверей в столице, — он качает головой, отводит взгляд, потом снова смотрит на меня. — Нужно начинать запирать дверь и ставить защитные чары.
Тэйн делает шаг ко мне. Близко. Слишком близко.
Я делаю шаг назад, но он успевает перехватить мою руку. Захват крепкий, но не грубый. Его прикосновение словно удерживает меня на месте и вместе с тем подбрасывает жар стыда, пылающий под кожей.
Потому что это я сорвалась.
Тэйн выдыхает медленно, будто сдерживая раздражение. В каждом слове слышится напряжение:
— Почему, как ты думаешь, я попросил тебя сесть рядом? Почему всё время держался поблизости? — его взгляд острый, голос чуть дрожит от едва скрытого нетерпения. — Я пытался показать Эвлин, что не заинтересован, насколько это вообще возможно вежливо. Я не интересуюсь Эвлин, Амара, я…
Он обрывается, губы сжимаются, словно он решает, стоит ли говорить дальше. Его рука всё ещё держит моё предплечье, но куда сильнее удерживает взгляд — прямой, тёмный, от которого невозможно уйти.
Челюсть у него чуть двигается, прежде чем он произносит:
— После того, как я проводил тебя, я вернулся в зал. Был там несколько часов с братьями и Эларисом.
Его взгляд прожигает насквозь, и вся злость, что копилась во мне два дня, растворяется, как будто никогда не существовала. Небо, недавно мрачное, теперь кажется чистым и спокойным, солнце пробивается сквозь облака, и всё вокруг словно становится другим — легче и яснее.
Он смотрит на меня, нахмурив брови.
— Ты пошла искать меня? — голос тихий, с едва заметным удивлением.
Его рука не отпускает, держит мягко, но уверенно. Я открываю рот, но слова застревают в горле.
Наконец, выдыхаю:
— Да, — говорю едва слышно.
Тэйн не отводит взгляда. Голос становится почти шёпотом:
— Зачем?
Прикусываю губу, не находя ответа. Потому что если скажу, то придётся признать.
Я пошла искать его, потому что должна была его увидеть. Потому что мысль о нём с другой разрывала меня изнутри.