— Какое? — насторожился Бобров.
— Я хочу, чтобы все найденные мной записи и артефакты из лаборатории были изучены с моим участием. Возможно, там есть ответы на многие вопросы.
Бобров переглянулся с Митрофаном.
— Договорились, — наконец кивнул он. — Но сначала нужно полностью восстановиться.
— Этого уже достаточно, — я встал. — Пора действовать.
Митрофан только покачал головой, пробормотав что-то про неугомонных принцев и их вечные приключения. Но я его уже не слушал — впереди ждали новые тайны Мёртвых земель.
Неделю я занимался магией и бумажками, которые приволок из рейда. В основном там были журналы исследований, что подтверждало: это была лаборатория, где выводили магических животных.
Карта требовала детального изучения. Она была, видимо, геологическая, потому что на ней было много отметок. Также был дневник коменданта — всё‑таки это был военный объект.
Ну что тут рассказать? По журналам исследований сказать толком ничего не могу — не моя специфика, даже несмотря на знания из прошлой жизни.
Что касается карты — тут непонятно. В основном это была карта Мёртвых земель, но она захватывала и нашу территорию. И на нашей территории были какие‑то обозначения, которые мы не могли понять. Нужно ехать и разбираться на месте. Ну а до дневника коменданта у меня пока руки не дошли.
Мне только одно непонятно: как мне так сделать, чтобы работать поменьше, а ничего не делать побольше? Но пока это остаётся лишь моей заветной мечтой.
По лекарству для Маши Бочкарёвой было пока не ясно. Ответа не было, хотя Митрофан утверждал, что вопрос должен решиться.
Также я очень ждал Константина из столицы с информацией. Меня интересовала моя семья, а именно слухи, сплетни, родственные связи — кто с кем дружит и против кого.
К нам едет ревизор, которому необходимо наврать про мои успехи, а также выбить денег на ремонт крепости. При этом я должен показать себя зажравшимся принцем, который ничего не делает и ведёт разгульный образ жизни.
После трёх недель восстановления я наконец‑то почувствовал, что готов вернуться к делам. Митрофан ворчал, что я слишком тороплюсь, но его ворчание только подстёгивало меня.
— Тьфу ты, Ваше Сиятельство, — бурчал старик, — опять за своё? Только оклемался, а уже носишься как угорелый.
— Да какое там, Митрофан, — отмахнулся я. — Пока я тут валялся, столько всего произошло. Нужно разбираться с записями из лаборатории, изучать артефакты.
— И что ты там наизучал за три недели? — фыркнул старик. — Сидишь целыми днями, бормочешь что‑то про заклинания.
Я улыбнулся, вспоминая свои эксперименты. Действительно, большую часть времени я провёл, пытаясь систематизировать свои новые знания. Магия в этом мире работала по похожим принципам, но методы применения отличались.
Старик только хмыкнул:
— Ох уж эти твои магические заморочки, — пробурчал старик. — Лучше бы ты о крепости думал, а не о своих заклинаниях.
Но я его не слушал. В моей голове уже созрел план действий: нужно было разгрести все записи, изучить найденные артефакты и понять, как использовать новые знания.
Митрофан только покачал головой, пробормотав что‑то про неугомонных принцев и их вечные приключения. Но я его не слушал.
Митрофан, ворча, приносил мне еду и напитки, продолжая бубнить о том, что я слишком много времени уделяю магии. Но я знал, что это необходимо. Теперь, когда я вспомнил свою прошлую жизнь, мои возможности значительно расширились, и нужно было использовать их на благо крепости.
Дни летели незаметно. Я изучал записи, тренировал новые заклинания, анализировал информацию о Мёртвых землях. И с каждым днём понимал, что тайны этого места становятся всё глубже и опаснее.
А ещё к нам едет ревизор. Ну не прямо ревизор, а какая‑то группа проверяющих, которым надо пару тазиков лапши на уши повесить. Говоря простым языком — наврать про мои успехи, а также выбить денег на ремонт крепости. При этом я должен показать себя зажравшимся принцем, который ничего не делает и ведёт разгульный образ жизни — эдакий плаксивый, всем недовольный принц, которому только развлекаться и подавай.
Утром меня разбудил Митрофан.
— Пора! Только палку не перегни, Ваше Сиятельство.
— Что там с моим планом? — спросил я, неспеша свесив ноги с кровати. — Выполняется?
— К сожалению…