Гипнотизер!
К счастью, глухой кашель лесничего прекращает это безобразие.
- Бери Гайку – и в дом, - отпрянув от меня, хмуро командует Яр. – Я пока с Тихоном попрощаюсь.
Не пререкаюсь, чтобы он снова не решил усыпить мою бдительность поцелуем. Покосившись на белку, пропускаю ее первой в дом. Закрываю дверь, прислоняюсь к ней спиной и прислушиваюсь к голосам на улице.
Любопытно, о чем так долго «прощаются» мужчины? Ни слова не разобрать! Мое непослушное сердце громче стучит.
- Ну, привет ещё раз, - тихо обращаюсь к белке и чувствую себя сумасшедшей.
Задрав пушистый хвост, Гайка заскакивает на сундук. Я будто опять попала в сказку. Или в палату психдиспансера. Окидываю взглядом обстановку, узнаю каждую деталь... Камин, перегородка, шкура на полу, где мы с Яром….
Шумно сглатываю.
Да не могла я! С ним!
Впрочем… Йети меня знает! Я уже сама себе не верю. И его мотивов не разгадать.
Вспоминаю, о чем говорил на улице Тихон, приподнимаю тяжелую крышку сундука, стараясь не тревожить белку, и заглядываю внутрь через образовавшуюся щель. Вот и рюкзак. Интересно, что в нем? И зачем его прятать от «столичных бандитов»?
Дверь хлопает за спиной, я бросаю крышку, едва не прищемив себе пальцы, а Гайка испуганно прыгает на меня, взобравшись на плечо. Мы как две воровки, застигнутые на месте преступления.
- Хмм, я смотрю, вы подружились, - бубнит Салтыков, в то время как рыжая «подруга» ковыряется в моих волосах. Сдалась им эта свадебная прическа!
Смирившись, я поглаживаю зверька по спинке, украдкой поглядывая на мрачного хозяина.
Широкими шагами Яр проносится мимо нас, нервно хватает одну из склянок Тихона, пальцем сбивает крышку и пьет настойку, как воду. Он будто стресс заливает, хотя на свадьбе и в дороге казался мне вполне уверенным, смелым и даже наглым. Так бойко хамил моему отцу, так убедительно говорил о беременности, так отчаянно похищал меня, взвалив на плечо в полном охраны зале. А сейчас его потряхивает, словно наступил откат.
- Ты же за рулем, - морщусь и вспоминаю, чем все это закончилось в прошлый раз. - Жарко здесь.
Облизываю пересохшие губы. Щеки вспыхивают, а затем пламя перекидывается на все тело.
Осторожно сняв с себя белку, я расстегиваю куртку, из-под которой показывается рваный корсет. Подтягиваю его на груди. Красотка! Однако взгляд Яра темнеет и становится обволакивающим, тягучим, как мед.
- Боишься, что нас медведь-гаишник в лесу остановит?
Он делает ещё глоток, не сводя с меня глаз. Плохо дело.
- О себе беспокоюсь, - укоризненно бурчу. - Не хочу попасть в аварию из-за взбалмошного таксиста с букетом вредных привычек.
- Со мной ты в безопасности, - лениво отмахивается, но бутылку всё-таки закупоривает и возвращает на место. - Хочешь перекусить что-нибудь?
- Электрический провод под высоким напряжением, - обреченно простонав, я неуклюже сажусь на диван. Откидываюсь на твердую, низкую спинку, неловко ерзаю на месте.
Салтыков достает из сундука таинственный рюкзак, который не дает мне покоя, закидывает на плечо, а после нависает надо мной огромной, горбатой скалой, испепеляя задумчивым взглядом.
- Я смотрю, ты отошла от токсикоза. Дерзишь, как новенькая. И выглядишь свеженькой, как огурчик.… правда, малосольный.
При упоминании солений я сглатываю вязкую слюну. Яр замечает это, лукаво дергает бровью, ухмыляется.
- Это не токсикоз, - вспылив, я резко подскакиваю на ноги, и дом кружится. Потеряв равновесие, оказываюсь в руках Йети. - Меня просто укачало.
- Ну да, ну да, - многозначительно повторяет он. – Едем дальше?
- Не уверена, что хочу с тобой куда-либо, - спорю, а сама инстинктивно опираюсь на него, прогоняя вертолеты из своей головы.
- Типичная девочка - ничего не хочешь решать. Значит, будет по-моему.