Тайны национальной политики ЦК РКП.Стенографический отчет секретного совещания ЦК РКП, 1923 г.: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Я хотел бы сказать еще пару слов о партийной организации. Фактически в Чечне коммунистов почти нет, выделено Оргбюро Чечни, всего в 5 человек, из них 3 товарища-чеченцы, двое не чеченцы. Всего имеется каких-нибудь несколько коммунистов на всей территории Чечни. Но мы все-таки не расположены здесь ныть, ибо за своей спиной имеем население, революционно настроенное, вооруженное с ног до головы и готовое итти против тех, которые пойдут против его свободы. Свободолюбивые чеченцы, хотя они сейчас — нужно определенно и честно сказать — благодаря недачи им материальных благ, не связаны кровно с Советской властью, но если над Советской Россией сгустятся тучи, если будут осложнения, если будут посягательства на их свободолюбие, — эти горцы, как один человек, придут ей на помощь.

Мамсуров. (Горская республика). Партийная организация Горреспублики имеет 1.200 членов. Национальный состав ее: 50% русских, 32% осетин, 7% ингушей, 1,5% грузин, остальные прочих национальностей: татары, армяне, поляки, латыши и прзч., из них рабочих 32%, крестьян 41%, служащих 17%, интеллигентного труда 9%.

Партийный аппарат, можно сказать, вполне горский и в то же время вполне выраженный партийно. Образовательный ценз членов партии: с высшим образованием — 2,8%, с средним образованием — 14,8%, с нисшим образованием — 41%, учащихся — 3,7%, малограмотных — 30%, неграмотных — 5,5%. По округам (я беру только малограмотных и неграмотных): во Владикавказском округе осетин малограмотных 29,8%, неграмотных — 1%; в Назрановском округе — малограмотных — 21%, неграмотных — 31%.

Надо сказать, что партвоспитания среди членов горской организации почти не было, если не считать за таковое ту работу, которая ведется на съездах, конференциях и путем отдельных наездов. Горская организация не имела возможности достигнуть больших результатов в смысле воспитательной рвботы благодаря тем условиям, в которых ей приходилось работать, то в связи с выделениями из нее отдельных частей (Кабарда, Карачай, Балкария и т. д.), то с разделениями и т. д. Все время горская организация переживала стадии организации, реорганизаций и т. д. Особенно тяжело эти выделения отражались на парт, организации. В 1920 году, во время первого областного съезда (в 1918 году тоже была Советская власть, но в кавычках), по моей инициативе был поднят вопрос о том, чтобы выделить из всех округов кадр молодых людей, революционно настроенных, для подготовки из них работников. Инициатива была поддержана и дана была соответствующая телеграмма и в Москву, и в Совтрударм. Тов. Орджоникидзе говорил по прямому проводу с Москвой, но как раз события того времени в Польше и Крыму оторвали от этого вопроса и в 1920 году ничего не удалось сделать. В 1921 году был заложен первый фундамент: Коммунистический Университет трудящихся Востока принял в исключительном порядке в студенты порядочное количество горцев.

В 1922 году мы также перебросили значительное количество в Коммуниверситет, между прочим значительную и хорошую чеченскую группу.

В последнее время, в силу ли разложения самого Университета или разложения горцев-курсантов, но почему-то горская группа потерпела полный крах. 40 исключены, 1 застрелился, другой сошел с ума. В общем из 40 исключенных, которые обучались, многие подвержены, может быть не по вине Университета, а по другим причинам, туберкулезным заболеваниям. Но в общем, Университет, на который тов. Сталин обратил в своем докладе особенное внимание, и, я думаю, совершенно основательно, является единственным местом, откуда все восточные отсталые народности могут получить кадр работников, если дело в нем будет поставлено на должную высоту.

Теперь относительно школ. До революции (я беру национальные школы) во Владикавказском округе (Осетия) школ первой ступени было 130; к данному моменту на бумаге школ числится 57, а фактически более или менее правильно функционируют 38. В Назрановском округе до революции было 18 школ; в данный момент числится 9, правильно функционирует 3. Объясняется это полным отсутствием средств, тем более, что состояние Горской Республики до недавнего времени было таково, что было не до школ. И когда в прошлом году мы взялись за школы, нам ничего не удалось сделать. При НЭП’е центр навстречу не пошел. Вот картина школьного дела в Горресублике. По сравнению с другими, прослушанными вами докладами, вы могли бы вывести заключение, что ничего более мрачного в этом отношении нигде нет, кроме Чечни, недавно выделившейся из Горской Республики. Со времени выделения Чечни у нас положение все же улучшилось, мы продолжаем ту инициативу, которую начали в прошлом году, Чечня же только принимается за это. Что касается Чечни, то мы хотели организовать там 12 школ, и они существовали бы в Чечне, если бы она не была выделена.

Голос. 6 месяцев жалованья не получали в двух школах, как вы могли бы открыть еще 10 школ?

Мамсуров. Мы бы открыли, потому что мы получили в феврале деньги, а выделились в ноябре.

Что касается печати, то надо сказать, что самый вопрос о графике был для нас мучительным. С осени прошлого года мы определенно остановились на латинской графике, тов. Эльдерханов разработал на чеченском языке азбуку, на основе принятой графики разработаны азбуки и на других языках и вот теперь приступлено впервые к печатанию газеты на ингушском языке «Свет». Первый номер был издан 1 мая. При моем отъезде сюда набран был второй номер. Я сам присутствовал при чтении этой газеты. Эта газета не особенно глубокого содержания, произвела на массы глубокое впечатление. В ней было одно ингушское стихотворение народного содержания и несколько статей. Газета читалась старикам, взрослым людям, и я наблюдал, как при этом у них показывались слезы. Словом, прочитанная впервые на родном языке газета, произвела самое глубокое впечатление. В короткое время очень трудно привить любовь к печати, развить печатное дело, но мы уверены, что эта любовь будет привита и дело образования и грамоты на родном языке пойдет вперед. В Осетии родная печать существует уже давно, кажется, около 100 лет. Она не развивалась, главным образом потому что графика была не совершенна, теперь же она разработана на латинской основе и постепенно совершается переход от старой графики. Издаются две газеты на родных языках и одна русская газета. Что касается государственного языка, то таковым у нас является, конечно, русский, но судоговорение и окружные власти всегда с местным населением говорят на родном языке. Те школы 1-й ступени, которые сейчас существуют, имеют преподавание на родном языке. Институт народного образования, который сейчас существует, подготовляет будущих школьных учителей, которые будут преподавать на родном языке на основе новой латинской графики. Подготовка школьных учителей идет достаточно успешно.

Во Владикавказском округе, осетинском, 4 народных суда, в Назрановском — 2. Месяца 3 тому назад или немного раньше состоялось постановление о том, чтобы разрешить Назрановскому округу по инициативе общества или части общества организовать шариатский суд, но он пока не организован. Работники в суде местные, не русские, работают на родном языке. Губсуд состоит в большинстве из горцев, в том числе одна ингушка, одна осетинка.

1921 год, когда ГорЦИК возглавлялся тов. Эльдерхановым и подавляющее большинство ответственных работников были горцы, был периодом колонизаторского нажима на горское население. Нужно сказать, что совершенно недостаточно, чтобы именно горцы были в Горреспублике во главе управления, нужно, чтобы, стоя во главе, горец знал, что нужно делать, а то часто выходило, что власть возглавлялась горцами, политика же велась не та, которая нужна была в интересах горцев.

Борьба, выявившаяся сейчас внутри грузинской организации, в Горской Республике была пережита чуть ли не в 1920 году, причем она принимала самую ожесточенную форму. С 1921 года ясно выраженных форм групповой борьбы в организации не было.

Тов. Троцкий говорил в докладе о левизне и правизне. Должен подтвердить, что у нас колонизаторы самого чистого вида как раз часто солидаризировались, группировались с правой частью горской организации и это вполне естественно. Я не буду на этом останавливаться, я об этом писал в одной статье. И тот и другой уклон, безусловно, националистичны и одинаково удлиняют путь к коммунизму.

Теперь скажу о Красной Армии. Если только где-нибудь Красная Армия была в самом ужасном состоянии, то это в Горреспублике. В феврале или марте прошлого года было такое положение, что абсолютно всякое передвижение, вызывающее лишние расходы, отражалось на Красной Армии самым пагубным образом. А поход, который в прошлом году с попутным операциями совершала 28-я дивизия чуть ли не из Кубанской области через Терскую губернию в Горскую Республику — окончательно оголил и разорил части и бросил их в голод. В Горской Республике было такое состояние, что труп некому и нечем было убирать. Голод был не только среди масс горцев, но все мы жили впроголодь в этот момент. Положение Красной Армии делало для нее самоснабженство почти необходимостью. Хотя мы, как шефы, были первые на Ю.-Востоке, но состояние Красной Армии было хуже, чем где бы то ни было. В селах Красная Армия не только дебоширила, но отбирала хлеб, скот и проч., терроризируя население бесцельными убийствами. Это была казачья часть, к которой население относилось предубежденно, но характерно, что население не изверилось в Красной Армии. О всяких случаях недопустимого характера сообщали с уверенностью, что под видом Красной Армии прибыла контрреволюционная часть, они делают такое-то и такое-то безобразие. Это был кавполк Чоба, потом расформированный, в котором многие подвергались потом соответствующему наказанию. В прошлом году в силу создавшихся определенных условий, наметилась военная операция. Мы с товарищем Зязиковым не возражали против операции с такой оговоркой: если только Красная Армия в этой операции зарекомендует себя как следует, не будет никакого барохольства, то эта операция необходимо нужна и возможна. Если будет иначе, эта операция будет иметь для нас политический и организационный минус. Мы сговорились с Юго-Вост, бюро и СКВО, но ЦК решил иначе — вместо операции выделил Чечню и этим кончилось. Условия, вызвавшие несосостоявшуюся операцию, с выделением Чечни особенно углубились, расширились и если говорить о бандитизме, то, конечно бандитизм Горской Республики побивает рекорд. Мы взяли первенство. Наши бандиты доходили до Ставропольской, Царицынской губерний, а Терскую губернию особенно ограбили. С момента выделения Чечни бандитизм особенно расцвел, так как выделение оказало сильно разлагающее влияние не только на массы, но и на власть. И такие периоды разложения Горская Республика пережила с 1921 года четыре раза. Эта жестоко тяжелая для нас игра в перекройки со всеми другими исключительными трудностями работы совершенно обескровили успехи нашей работы и поэтому самоотверженные героические усилия в Горской Республике дают меньшие результаты, чем слабая работа в других местах.

В этих почти непреодолимых трудностях и исключительно неблагоприятных условиях кадры работников выдыхаются, вырождаются, не только руководящие, но и рядовые, сельские.

В начале этого года ингуши, товарищи из Назрановского округа, где главным образом развился бандитизм, развился до невозможных пределов, подняли вопрос о том, чтобы произвести военную операцию. Мы сначала возражали, указывая, что эта операция может дать политически совершенно нежелательные результаты, но потом, когда ингушские товарищи доказали, что это политически вполне возможно, мы приступили к усиленной политической подготовке этой операции. Главным образом мы опасались, что молодой состав Красной Армии, недостаточно подготовленный, будет гораздо хуже, чем старый состав. Должен засвидетельствовать, что операция удалась блестяще. Характер участия Красной Армии, поведение Красной Армии было настолько для нас неожиданно и результаты этой операции были настолько положительны, что мирное население аулов чуть ли не на руках носило Красную Армию. После этой операции авторитет Красной Армии необыкновенно упрочился. Результаты операции таковы, что если до 18 марта в Горской Республике ежедневно были тысячи случаев грабежей и краж, то за все три последних месяца их было всего несколько случаев. Эти 3 месяца хотя не большое время, но они составляют исключительно счастливый период времени во всей истории горцев.

Эта военная операция была первой победой, шагом вперед, победой горской совласти, не только политической, но и культурной и, надо сказать, что эта победа достигнута благодаря выдержанной сознательности Красной Армии.

Товарищи, если говорить о бандитизме, если искать корень бандитизма, то нужно назвать несколько цифр. Если все случаи грабежей в бывшей Терской области разделить между округами, то на Владикавказский округ падало 48%, такое же положение остается и сейчас. Очень много и очень часто, товарищи, говорят об ингушских грабежах и кражах. В Осетии их гораздо больше, разница только в характере. Объясняется это, главным образом, малоземельем. Если в других местностях земельный вопрос разрешен, если земельный голод ингушей утолен, то в Осетии земельный голод совершенно не разрешен. Не буду останавливаться на цифрах, не имею для этого времени, но скажу только следующее. Все центральные органы, когда только этот вопрос разрешался, всегда постановляют: признать необходимым разрешить земельный вопрос Горской Республики, избирают комиссии, которые тоже постановляют, комиссии приезжают, ВЦИК постановляет, после этого является почему-то необходимым послать новую комиссию, потом отзывают комиссию обратно, посылают еще комиссию и т. д. Во время последнего съезда советов мы обратились в ЦК и ЦК обратил на это внимание и предложил ВЦИК’у разрешить этот вопрос. ВЦИК не так давно разрешил этот вопрос, а сегодня опять вот тов. член коллегии Наркомнаца говорит мне, что после состоявшегося решения ВЦИК’а вопрос опять пересматривается. Мы перед отъездом из Владикавказа получили телеграмму, чтобы приготовить помещение (у нас теснота в помещениях), что 7 июня центральная земельная контрольная комиссия должна поехать туда. 7-е июня уже прошло, а сегодня я получил извещение, что в 6 часов вечера вопрос о посылке комиссии рассматривается в коллегии Наркомнаца. Не понимаю. После всех постановлений ВЦИК, когда будет конец этому вопросу? Отсюда была дана телеграмма, что горские делегаты по земельной комиссии должны выехать. Делегаты, избранные Горским съездом советов, прибыли сюда и участвовали в обсуждении вопроса, вернулись, уже давно на месте, и там население еще раз поверило, а здесь вопрос опять затормозился. Настаиваю и считаю совершенно необходимым указать, что вопрос этот самой большой важности. Важен и политически и экономически. Если ЦК не разрешит этого вопроса теперь же, отбросив все, то я полагаю, что это будет ошибка со стороны ЦК. ЦК уже рассматривал этот вопрос, решение вынесено и сейчас вопрос почему то пересматривается. Получается какая-то печальная игра.

В отношении общего материального положения тут все плачутся, но я бы поставил один вопрос центру: ставил ли центр когда-либо себе задачу определить, какая помощь, в каком размере необходима данной автономной области, республике, что им и сколько было отпущено, куда, как израсходовано то, что отпущено. Есть такие области, которые при таком учете попадут в разряд совершенно позабытых. Безусловно, нужда во всей России так велика, что удовлетворить всех полностью невозможно. Точно также трудно учесть более или менее точно. Но все-таки какой-то план должен быть, должна быть какая-то плановая оценка и политического и экономического состояния. Иначе установившееся пролазничество, с одной стороны, и бюрократическое разрешение вопросов, с другой, будет разъедать советское тело. Если бы такая оценка была, то Горская Республика получила бы поддержку, достаточную для хозяйственного шага вперед, а не обратно, ибо до сих пор она или вовсе ничего не получила, или получала слишком мало.

Когда обсуждался вопрос об отчислении с Грознефти в пользу Горской Республики и Чечни, то было постановление ВЦИК, Наркомнаца и других органов о том, чтобы отчисление производить в одинаковых размерах для Горской республики и Чеченской автономной области. Затем на заседании СТО по заявлению тов. Бройдо, выступавшего по поручению тов. Сталина, признано было, чтобы Чеченской автономной области дать натурой, т. е. нефтью, а Горской республике в виде денежной дотации. Мы не возражали и на заседании СТО было так и решено. Поручено было войти Наркомфину срочно в СТО с предложением о размерах дотации для Горской Республики. Размеры дотации предполагались такие же, как и для Чечни. Чечне постановлением СТО было определено 150тыс. пудов нефти ежемесячно. Теперь она перешла тоже на денежное отчисление и заключила договор на 35 тыс. рублей золотом ежемесячно. Но наш вопрос, хотя бы и урезанный сравнительно с тем, что нужно было бы до сих пор, благодаря недопустимой волоките, вернее не Наркомфина, а его аппарата в Ростове, тормозится и мы до сих пор не имеем ничего, даже окончательного решения, — и это тянется седьмой месяц. Кроме твердых наших заверений перед массами, на которых (заявлениях) мы политически пока что держимся, мы ничего реального им дать не можем. Заявления эти мы делали на основании постановлений высших органов.

В 1921 году ВЦИК отпустил Горской Республике для бесплатной раздачи населению полтора миллиона аршин мануфактуры, которая населению не попала, а была израсходована Наркомпродом на госзаготовки хлеба. В возмещение этой мануфактуры СТО постановил передать ГорЦИК’у 50% продналога, хотя мануфактура эта стоила в 6 раз более, чем весь наш продналог. Мы довольны были и этим, потому что создавалось важное в политическом отношении впечатление, опровергавшее всякую провокацию насчет того, что Советская власть все берет и ничего не дает. Так что в общем политически это был важнейший акт и экономически было не плохо. Но в то же самое время для того, чтобы увидеть, как нам помогает Наркомпрод, стоит указать на то, что всего того, что было собрано, хватило только на то, чтобы удовлетворить месячную потребность. Состояние таково, я думаю, что Политбюро нужно хоть один раз сосредоточить исключительное внимание на Горской Республике, чтобы определить, как здесь дальше вести работу.

Барахов (Якутская республика). Прежде всего, т. т., я должен оговориться, что я приехал из Якутии не специально на это совещание и так же, как некоторые другие товарищи, случайно попал сюда, поэтому дать подробных цифровых данных по некоторым вопросам я не могу.

Я постараюсь все вопросы, которые считаю необходимым довести до вашего сведения, объединить вокруг главного вопроса, который был здесь затронут — вопроса о классовом расслоении и о восстании якутов. Тов. Сталин указывал, что в Якутии на почве политики расслаивания был такой момент, когда все якуты от советской власти отошли и осталось... — я не расслышал, что осталось, но в действительности остался только город Якутск и некоторые другие отдельные пункты. Мне здесь остается только подтвердить, что такой момент был, и даже не момент, а приблизительно полгода, когда мы в Якутии жили только в одном городе Якутске и в двух-трех других пунктах, заперлись в них, а кругом нас бушевала волна повстанческого движения, охватившего почти все слои якутского населения, не исключая даже и тех, на которых мы возлагали все свои надежды — это сельских батраков-хамначитов.

Движение это началось с осени 1921 года и до сего времени окончательно еще не ликвидировано. Остатки этого движения, в виде нашествия генерала Пепеляева, до сих пор остаются в пределах Якутии. Причины такого движения, безусловно, не в одной политике классового расслоения, а в целом ряде специфических местных, а также иных условий, на которых я сейчас остановлюсь.

Прежде всего — состав работников. Основное ядро местной партийной организации составляет небольшая группа якутов и местных старожилов русских, приблизительно в один-два десятка человек, принимавших активное участие в советском движении еще в 1918 году. Остальная часть парторганизации в большинстве своем — приезжие работники и только немногочисленная часть — местные якуты. Точных цифровых данных дать я вам сейчас не могу, но могу указать, что если состав парт, организации определяется приблизительно в 500 человек, то из них самое большее процентов 15-20 якутов. Остальные — приезжие русские, главным образом, военные, которые сейчас заняты борьбой с генералом Пепеляевым.

Другая особенность местной партийной организации — это то, что она представляет из себя молодежь, которая за все это время надорвалась и сейчас не столько хочет там дальше оставаться и работать, сколько учиться. Почти все хотят выехать оттуда и учиться где-нибудь в Свердловске или в каком-нибудь другом университете. С самого начала существования Советской власти в Якутии мы всегда стучались в двери Сиббюро и ЦК, ежегодно надоедали им, чтобы они нам дали работников, так как нам приходится невмоготу, и, действительно, получили таких работников. Или, наконец, были, например, такие случаи, когда в самый разгар повстанческого движения мы доходили до того, что этих работников, занимавших виднейшие посты на местах, например, секретаря местного парткома и председателя Губчека, арестовали и посылали обратно в центр. Вопрос о партийных работниках до сего времени остается чрезвычайно острым и для того, чтобы из среды якутов подобрать и воспитать подрастающую молодежь в коммунистическом духе, для того, чтобы имеющимся работникам дать передышку или возможность получить марксистскую подготовку в центре, для этого нужна в течение двух-трех лет небольшая замена — два-три человека ежегодно — которые могли бы их заменить там на месте. В настоящее время состав организации, особенно в ее якутской части, в большинстве своем вырезан повстанцами, имеются целые уезды, где ни одной ячейки не сохранилось.

Далее, главной причиной восстания было чрезвычайно бедственное материальное положение населения, когда за последние два-три года ввоз товаров дошел до последнего минимума и, таким образом, население очутилось перед полным товарным голодом и было обречено на голодовку. Первоначально движение возникло, когда из Якутска бежала группа офицеров в 9 человек; они захватили один из наших пароходов с грузом, преимущественно с мануфактурой, и, пользуясь этой мануфактурой, начали привлекать окрестных тунгусов, готовых за 20-30 аршин давно невиданной мануфактуры служить кому угодно. Их, если можно так выразиться, первобытная родовая честность служила достаточной гарантией этим офицерам в том, что если они нанялись им служить, то они их не выдадут. Так и произошло. Первоначальное ядро повстанческого движения составляли эти тунгусские отряды. В дальнейшем к ним постепенно начали примыкать якуты, которые, правда, не имеют такой первобытной родовой честности, и если примкнули к этому восстанию, то только в силу чисто материальной обстановки, так как они были непосильно обложены в виде разверстки или продналога. Они подвергались также ряду неорганизованных стихийных реквизиций и конфискаций и в то же время не получили почти ничего из товаро-фабрикатов, потому что их у нас не было. Это была другая причина конфликта.

Третья причина — это национальный момент. Надо сказать, что территория Якутской республики огромна, в 2,5 миллиона квадратных верст, населенная только в своей центральной части, где живет приблизительно около 276тысяч человек, из них 87% якутов, 6% русских и 7% прочих, в том числе тунгусы, чукчи, юкагиры, а затем приезжие из центра другие национальности, кроме русских. Национальное движение, возглавляемое местной национальной интеллигенцией, имело у нас место еще в 1905 году. Когда установилась в Якутии во второй раз Советская власть (в декабре 1919 года), то первоначально об автономии совершенно и не думали. И только когда впоследствии национальное движение, главным образом, среди интеллигенции, имеющей большое влияние на всю массу якутов, начало принимать слишком большие размеры, мы начали поднимать вопрос перед центром о том, чтобы и Якутии дали национальную автономию. Еще в апреле 1921 года мне лично пришлось доказывать перед Сибирским Бюро, что если будет продолжаться такое же положение вещей, какое имеется сейчас в Якутии, то мы неизбежно столкнемся со всей якутской нацией. Тогда Сибирское Бюро окончательно этого вопроса не разрешило и только к весне 1922 года мы получили окончательное разрешение его в центре при помощи ЦК. Таким образом, вопрос с национальной автономией разрешился с большим опозданием, когда мы имели уже на месте восстание, имевшее националистический оттенок. И нужно сказать, что как раз перед самым движением произошло именно то пресловутое классовое расслоение, которое приняло свою наиболее резкую форму осенью 1921 года.

Дело в том, что тогда, в октябре, постановлением съезда ревкомов (тогда еще существовали ревкомы) было решено, что для того, чтобы помочь классовому расслоению среди якутов, необходимо все кулацкие элементы якутов, тойонов, подвергнуть изоляции по трем категориям. Первая категория — это те, которые должны быть высланы из пределов Якутии или подвергнуты принудительным работам; вторая категория — те, которые должны быть заключены в тюрьму, и третья категория — те, которые лишались всех своих прав. После этого постановления съезда ревкомов был проведен ряд беспартийных конференций якутской бедноты, которые выносили такие же постановления с перечислением конкретных имен лиц, подлежавших той или иной категории изоляции. Но в действительности в жизни это решение не было проведено. Оно было отменено, когда получилось распоряжение от Сиббюро. Таким образом, все эти причины, взятые вместе, привели к тому, что уже в начале 1922 года осталось у нас от всей Якутии только один город Якутск с территорией радиусом в 18 верст, город Вилюйск, часть Олекминского уезда (округа) и др. Вся остальная часть была в руках белых.