Тайны национальной политики ЦК РКП.Стенографический отчет секретного совещания ЦК РКП, 1923 г.: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В отношении поднятия культурного состояния местного населения общие цифровые данные говорят следующее: газет на киргизском языке по всей республике — 5, русских — 17; тираж киргизских газет — 7.555, русских — 21.170; журналов киргизских 36%, русских 64%; учащихся 49.246, из них киргиз 29%, русских 71%. Я, выслушивая цифры туркестанцев, удивлялся, почему они так много плачут, ибо наши цифры, в сравнении с туркестанскими не выдерживают никакой критики. Мы просим неоднократно в своих докладных записках об организации краевого бюджета, ибо мы не знали объектов нашего бюджета по губерниям. Чтобы достичь известного успеха в деле поднятия грамотности населения, необходимо народное образование в КССР принять на госсредства. У нас почти нет учебников и руководств, и мы не имеем возможности своими силами и средствами печатать эти учебники и организовать печатное дело.

Хозяйственное строительство приблизительно характеризуется следующими данными. Кирреспублика делится на северо-восточную и юго-западную часть. Северо-восточная более благополучная — Семипалатинская и Акмолинская губ., юго-западная — Уральская, Актюбинская, Букеевская, Кустанайская, Тургайская. Уральская губерния имеет на одно хозяйство в среднем полторы десятины посева и 0,8 рабочего скота и относится к почти скотоводческим губерниям. Тогда как прожиточный минимум в скотоводческих районах на основании научных данных принят в 25 единиц, мы имеем в Уральской губ. — 2,1, Актюбинской — 2,5, Букеевской — 1,9, Кустанайской — 1,7, Тургайской — 1,7, т. е. в общем от 2-4 десятин. Если мы возьмем в среднем, то получим, что с полторы десятины получается 40 пуд. хлеба, в данном случае получается нехватка по 20 пуд. на хозяйство. Вот в общих чертах положение КССР.

Я говорю, что 2 губернии у нас благополучны, а вот губернии, которые я характеризовал данными цифрами, влачат жалкое существование — Уральская, Букеевская, Актюбинская, Тургайская и Кустанайская. Из характеристики хозяйственного положения КССР уже сам собой вытекает вопрос о финансах, налогах и помощи голодающим. В этом отношении мы своевременно давали доклады, давали цифры, эти материалы имеются и, очевидно, по этим вопросам будут иметь суждения соответствующие учреждения. Общее положение у нас в хозяйственном отношении очень печально.

Теперь землеустройство. Относительно нехватки земли говорить не приходится, но эта земля не приведена в известные формы пользования и в этом отношении по аграрному вопросу мы ничего не говорили после Октябрьской революции, так как земли у нас достаточно. Была 10-верстная полоса, которая использовалась казачьими частями населения; в свое время в этом отношении был издан декрет, но не везде этот декрет был проведен в жизнь, а там где был проведен, он не принял определенной формы. В дальнейшем я полагаю, что осложнений по этому вопросу не будет и в этой части нам приходится только обратить внимание, чтобы нам дали кадр работников-землемеров. Мы имеем на всю Кирреспублику только полтора землемера, а что касается средств, то их мы тоже не имеем. Необходимо нам получить кадр работников и соответствующие средства и тогда с этим вопросом мы справимся.

Теперь о культурно-просветительной работе. Общие условия КССР очень разнятся от работы центральной России. Общая конфигурация, разбросанность населения неблагоприятны для работы. Надо отметить, что, в частности, в Уральской губернии никакой работы не ведется, а если и ведется, то только мелкая работа среди русской части населения, оседлой, а среди киргизского населения она совершенно отсутствует. Если на этот вопрос не обратить теперь внимания и не отметить его, то работу надо считать пропавшей. Особенно приходится говорить о партийно-воспитательной работе в том отношении, что среди киргизской молодежи таковая не ведется. Руководителей КСМ из киргиз нет. Киргизы почти не вовлекаются в совпартшколы. Надо обратить особое внимание на рабочие центры. Их у нас очень немного: Эмба — нефть, Экбастан — уголь, Ритер — металл, Павлодар — соль, Илецкая — соль и пр. Я опять говорю, что хотя у нас и малое количество рабочих центров, но работа там не поставлена, ибо я в Уральской губернии на Эмбе знаю, что из среды рабочих за 4 года мы не имеем ни одного партийного киргиза, а это указывает на отсутствие работы.

В конце моего общего краткого обзора я должен отметить, что если непосредственно отсюда в КССР не будет командирована авторитетная комиссия, которая на местах будет проводить как работу, так и чистку, то за налаженность дальнейшей работы я опасаюсь.

Председатель. Разрешите объявить перерыв на 10 минут.

После перерыва.

Нимвицкий. (Башкирия). Т.т., так как время чересчур ограничено, мне, конечно, придется доклад очень сократить и быть в значительной степени голословным, так как за недостатком времени мне не придется довести до вашего сведения целого ряда цифр и данных, которыми я располагаю. Я начну с хозяйственного положения нашей республики.

В нашей республике общее количество населения около 2.500.000 человек. По национальному составу оно разделяется таким образом около 46-47% татаро-башкирского населения, около 50% русского, остальное приходится на прочие национальности. В отличие от Киргизии и Туркестана по своим основным отраслям хозяйства наша республика напоминает скорее центральные наши земледельческие губернии. Здесь мы можем разделить Башкирию на две части: одна часть состоит из бывш. Уфимской губ., — уездов Уфимского, Белебейского и др., где основное хозяйство — земледелие, по типу земледельческих губерний средней России. Что касается земельных отношений, то они в значительной степени устоялись, урегулировались после того раздела земель, который произошел в результате конфискации частных помещичьих и казенных земель. Здесь никаких неожиданностей, никаких вопросов о наделении со стороны неимущего безземельного населения не встает. Но есть у нас и другая часть населения, отличающаяся по своему характеру — это бывш. Башкирия, находящаяся в горных районах. Здесь земельные отношения несколько другие. Во-первых, природные условия здесь менее благоприятны для развития сельского хозяйства; здесь сельское хозяйство только начинает применяться в последнее десятилетие. Значительная часть населения занималась скотоводством, охотой, а также обслуживала горные заводы, которые были расположены на этой территории. Мы не имеем сейчас точных данных и материалов, которые обрисовывали бы вполне определенно земельные отношения, сложившиеся там. Нужно сказать, что здесь в этом отношении не так дело обстоит, как в прочих частях республики. Здесь есть значительное количество башкирского населения, которое, в результате всех пертурбаций, осталось без земли, несмотря на большое количество земель, находящееся на этой территории. Подробно на этом останавливаться трудно. Произошло это потому, что там есть пришлое население, так называемые припушенники. Здесь после революции часть наиболее удобных для сельского хозяйства земель, которые раньше арендовались пришлым населением, была захвачена им в свои руки, они отказались платить аренду. В виду того, что лесные угодья были национализировании, башкирское население осталось без земель и в этом отношении вопрос требует изучения, разработки и проведения там землеустройства. Сейчас у нас послана туда специальная комиссия для того, чтобы собрать все необходимые материалы, изучить этот вопрос, а затем придется обратиться к центру, чтобы были отпущены соответствующие средства для урегулирования там земельных отношений и проведения землеустройства. За недостатком времени, я, пожалуй, больше останавливаться на земельных отношениях не буду. У нас несколько своеобразные отношения в Аргаяшском кантоне (островок Челябинской губ., который находится в Башреспублике), но за недостатком времени я на этом останавливаться не буду.

Теперь я хочу коснуться вопроса об основном башкирском населении, материальное положение которого в высшей степени тяжелое. Из-за, во-первых, целого ряда неурожайных лет скотоводство в этом районе совершенно подорвано благодаря тому, что промышленные предприятия, заводы там закрыты, население почти не имеет средств к существованию и систематически вымирает и будет умирать даже при наличии нескольких лет урожая, потому что негде получить источники для существования — заводы закрыты, скотоводство подорвано. На это мы должны обратить серьезное внимание и найти средства, чтобы поднять там скотоводческое хозяйство и привить земледелие. Здесь, несомненно, без помощи центра не обойтись. В тезисах тов. Сталина указывается на необходимость усиления сельскохозяйственного кредита, но здесь даже льготный кредит не поможет, — здесь надо говорить не о кредите, а о значительной субсидии со стороны центра, чтобы восстановить хозяйственную мощь этой части Башреспублики, чтобы прекратить в дальнейшем вымирание башкирского населения.

Что касается промышленных предприятий, то здесь недостаток оборотных средств не позволяет в полном объеме восстановить дело и вести производство. Поэтому для нас стоит вопрос не о перенесении каких-либо фабрик и заводов к источником сырья, а скорей о том, чтобы были отпущены из центра оборотные средства, которые позволили бы нам восстановить в полном объеме те предприятия, которые закрыты, и укрепить те, которые действуют. Сейчас действующих предприятий незначительное количество, примерно около 25-26.

Вот основные черты нашего хозяйственного состояния в Башреспублике. Здесь я должен сказать, что после голода 1921 — 22 гг., который пережила Башреспублика, район бывшей Уфимской губернии хотя медленно, но все же более или менее восстанавливается, несмотря на недостаток рабочего скота, что является сейчас основным бичом. Что касается района Малой Башкирии, там положение очень печальное: и в этом году население голодало и ему приходилось оказывать значительную помощь.

Теперь я перейду к состоянию партийной и советской организации Башреспублики. У нас всего числится до 5-ти тысяч членов партии, которые по национальностям распределяются следующим образом: до 30% членов партии из татаро-башкир, остальное падает преимущественно на русское население и незначительная часть на другие национальности. Мы систематически проводим выдвигание местных работников из татаро-башкир в советские и партийные учреждения. За недостатком времени я сейчас не буду приводить эти цифры, а только укажу на кое-какие из них, которые сейчас остались в памяти. Напр., в нашем центральном руководящем партийном учреждении, в президиуме областного комитета, из 9 членов — 3 татаро-башкир, 6 русских. В пленуме областного комитета — 11 татаро-башкир и 19 русских. В советских руководящих органах: в президиуме Башкирского Центральн. Исполнит. Комитета — 5 татаро-башкир, 4 русских; в Совнаркоме 8 русских, 6 татаро-башкир и 1 другой национальности, не помню какой. Эта мера систематически проводится, примером чему может служить состав нашей конференции, бывшей год тому назад и соответствующие цифры на конференции в нынешнем году. Количество уездных работников увеличено с 40 до 80 человек из татаро-башкир. Особое внимание мы обращали на органы юстиции и народного просвещения, в которых процент татаро-башкирских работников гораздо более значителен, чем в прочих советских органах. В судебных органах, напр., имеется до 40% работников из татаро-башкир.

Я хочу указать и кое-какие отрицательные стороны, затрудняющие работу нашей партийной организации. Это отчасти то же явление, на которое указывали товарищи из Туркестанской республики. У нас, как и там, в значительной степени не произошла размежевка между партийными и беспартийными. Также значительно заметно влияние беспартийной интеллигенции на наших партийных товарищей из татаро-башкир. Уже из того дела, которое мы заслушали, из дела Султан-Галиева, Адигамова, вы можете видеть, что у нас беспартийные сплошь и рядом приглашаются на заседания партийными товарищами, где обсуждаются вопросы партийного порядка и таким образом они в значительной степени влияют на нашу башкирскую часть организации. Отмечу, как характерное явление, что когда посылалось нашими партийными товарищами обращение в ЦК, то оно сплошь и рядом вырабатывалось при участии этих беспартийных работников и параллельно с посылкой тех или иных протестующих писем в ЦК посылалось аналогичное письмо от беспартийных в Наркомнац. Это явление не здоровое, мы с этим боремся, и думаем, что теперь, после событий последнего времени, мы сумеем быстро это положение изжить.

Что касается взаимоотношений в нашей организации, то должен сказать, что у нас склок в последний год почти не наблюдалось и чем дальше, тем взаимоотношения татаро-башкирских работников коммунистов и русских работников все улучшаются и постепенно недоверчивое отношение изживается. Так, напр., на последней областной конференции у нас совершенно не было разногласий не по одному из вопросов, стоявших в порядке дня конференции. Все революции выносились единогласно, тогда как предыдущая конференция была гораздо более бурной.

Я хотел еще сказать об условиях партийной работы. Она также затруднена, как и в других республиках, отсутствием надлежащего кадра работников, отсутствием соответствующей литературы и денежных средств. Здесь я должен сказать следующее: когда мы представляем смету с указанием, что нам нужны такие то и такие то суммы на издательскую деятельность, на агитационно-пропагандистскую деятельность, что наша работа в этих областях отличается от работы в прочих губерниях, где не имеется такого состава населения, — ЦК подходит все-таки при утверждении сметы так, как подходит к смете любого губернского партийного комитета, определенный процент выделяется на агитационную работу; совершенно не учитывается то обстоятельство, что у нас республика национальная и что у нас приходится иметь переводчиков, издавать литературу на двух языках и т. д. И вот на это я просил бы обратить внимание ЦК.

Перехожу к культурно-просветительной работе. Культурно-просветительная работа у нас также, конечно, страдает, как и в других республиках. У нас школ начальной ступени имеется: русских — 670 на 44 тысячи детей; башкирских — 767 на 55 тысяч детей школьного возраста и прочих 177 школ с 9 тысячами детей. Всего обучается около 130 тысяч детей школьного возраста, что составляет около 20% всего детского населения школьного возраста республики. Школа очень плохо обеспечена материалами и учебниками, пособиями и учительским персоналом. В особенности плохо обстоит дело в татаро-башкирских школах и особенно на территории бывшей Малой Башкирии, бывшей Оренбургской губ. Мы имеем хотя бы малое наследство бывшего земства, — там и этого не было. У меня имеются данные, что татаро-башкирских школ первой ступени 857 с 1.200 преподавателей. Но это не значит, что все преподаватели преподают на башкирском языке. Кадр достаточно подготовленных учителей из татаро-башкир очень мал. Основная задача, которая стоит перед нами, это расширение общей сети начальных школ и создание кадра преподавателей, создание кадра учителей. Мы должны усилить эту работу, что если она пойдет тем же темпом, как идет до сих пор, то мы сможем только через 20-35 лет получить то количество учителей на татаро-башкирском языке, которое нам необходимо, при условии, что все они будут поступать учителями после окончания учебных заведений. Не буду подробно останавливаться на школах второй ступени; школы второй ступени есть у нас также и на русском, и на татаро-башкирском языке. Но опять таки положение школ на татаро-башкирском языке в смысле учителей и всего иного прочего еще хуже. Мало средств, мало культурных сил. Нам необходимо расширить сеть учебных заведений, в особенности обратить внимание на подготовку всякого рода профессионально-технических работников. Сейчас у нас имеется до 30 профобрских школ, небольшое количество сельскохозяйственных школ (школ 4), но, опять таки, наибольшее количество учащихся там не татаро-башкирское, а русское. Они расположены в городах. Для того, чтобы вовлечь татаро-башкирское население в эти школы (а мы ставим себе такую задачу), нужно приблизить эти школы к населению, нужно построить их там, где сосредоточено это татаро-башкирское население, нужно иметь кадр преподавателей, а главное нужно иметь достаточное количество денежных средств. Здесь без содействия центра своими собственными силами и средствами мы не справимся.

Я хочу сказать еще несколько слов относительно введения башкирского языка. У нас издан соответствующий декрет, который проводится в жизнь. В общем и целом, сущность его сводится к следующему: татаро-башкирский язык мы начинаем проводить в тех волостях и селениях, где большинство населения является татаро-башкирским. Там делопроизводство должно вестись на татаро-башкирском языке. Затем начальная школа, конечно, должна быть на их родном языке, точно также, как судопроизводство и судоговорение. Вот первые шаги в этом отношении, которые нами делаются. У нас создана комиссия для проведения этого в жизнь. Переводятся на татарский язык кодексы, увеличивается в этих областях штат работников, знающих татаро-башкирский язык. Как я уже говорил, у нас в судейских органах до 40% татаро-башкир.

Вот, пожалуй, за недостатком времени я на этом и остановлюсь.

Председатель. Тов. Халиков просит дать ему сделать дополнение к докладу тов. Нимвицкого минут на десять. Кто за то чтобы предоставить тов. Халикову слово на десять минут? Большинство. Слово имеет тов. Халиков.

Халиков.(Башкирия). Я должен прежде всего дать справку относительно национального состава населения. Башкир было не 40%. До голода было 52%, после же голода по последней 10% переписи 48%. Русского населения 38%. Остальные — прочие национальности.

В отношении возглавления органов у нас дело обстоит таким образом. В своем докладе тов. Сталин упомянул, что возглавление высших органов национальных республик не теми национальностями, именем которых называются республики не особенно удобно, и что будто бы даже один русский товарищ из Башкирии выдвигал русского товарища на пост Предсовнаркома. Это не один русский товарищ, а таково было постановление Уфимского губкома, когда мы сливались с Уфимской губернией. Состав Совнаркома теперь такой: Башнаркомзем — русский, Наркомпрод — русский, Наркомюст — русский, Наркомвнудел — русский, Наркомфин — русский, Наркомтруд — русский, ВСНХ — русский. Таким образом остаются Наркомпрос, Наркомздрав, Наркомсобез и Военком из башкиро-татар, причем заместитель Предсовнаркома — русский. Интересны взаимоотношения между Наркомами и Предсовнаркомом. (В данном случае предсовнаркомом являюся я, я не заинтересован в том, что касается меня лично, а я только отмечаю факты). Экономсовещанием фактически руководит, по постановлению Обкома, мой заместитель. Я не имею, так сказать, возможности, согласно постановлению Обкома, вмешиваться в это дело. Теперь возьмите положение Предсовнаркома. Русские наркомы имеют дело все время с моим заместителем по линии Экономсовещания и по линии Совнаркома, и таким образом получается весьма курьезная вещь, что Предсовнаркомом является тут, в некоторых случаях, просто лицом, занимающим отдельный кабинет, а фактически дело дается помимо него. Так сложились у нас взаимоотношения. Я нисколько не хочу говорить, по существу, о том, насколько соответствуют эти Наркомы из товарищей русских своему назначению, — этого я касаться не буду, я здесь отмечаю лишь те взаимоотношения, которые у нас существуют.

Так же обстоит дело в кантонах. Вы не одного кантона не найдете, где бы большинство заведующих отделами были башкиры и татары. У нас не найдете ни одного заведующего кантонным отделом земледелия из башкир, — все поголовно русские. Ни одного кантпродкомиссара из башкир, — все поголовно русские. Это очень характерный факт.

Нимвицкий. Неверно.

Халиков. Нет тов. Нимвицкий, вы не укажете ни одной фамилии башкир из продкомиссаров.

Нимвицкий. А Валиев?

Халиков. Валиев — зампродкомиссар. Если в области народного просвещения и во главе Нарком и заведующие кантонными отделами из башкир и татар, но их положение, конечно, вы поймете из тех взаимоотношений, которые создаются в самом Совнаркоме. Конечно, в наших кантисполкомах такие же взаимоотношения. Это нормальное явление, которое я хотел здесь отметить, является больным местом не потому, что здесь задеты интересы национальностей, а исключительно с точки зрения деловой.

Теперь я хочу отметить еще один характерный факт: у нас члены Областного комитета разделяются таким образом — «мы» и «вы». Кто подразумевается под словом «мы» и под словом «вы»? Я интересовался этим и говорил с одним членом областного комитета. Он подразумевает под словом «мы» — партию в целом. Тогда невольно возникает вопрос: а «вы», башкирская часть, вне партии значит? «Да, не все, которые имеют партийные билеты, являются членами партии. Вы видите — Султан-Галиев». При таком абсолютном недоверии работать, конечно, чрезвычайно трудно и эти ненормальные взаимоотношения-отзываются на практической работе.

По существу доклада тов. Сталина я хочу еще отметить несколько слов. Во-первых, Башкирия делится на западную и восточную части. Западная часть Башкирии более культурна, там и башкирское и татарское население довольно культурное. В восточной части Башкирия характеризуется тем, что тут больше половины полукочевых скотоводческих хозяйств, причем эти хозяева-башкиры в силу разрухи и голода окончательно разорились. Теперь они не имеют ни скотоводческого хозяйства, ни кустарным промыслом не могут заниматься, и не перешли к земледелию, да и не могут перейти, потому что не имеют средств. Причем характерно явление: горные башкиры, главным образом, занимались помимо скотоводчества и кустарного промысла, также и лесообработкой. Сейчас леса национализированы, и горные башкиры остались и без земли, и без лесов. Таким образом их основная профессия, основной промысел — кустарный совершенно отпал, и эти башкиры вынуждены умирать. Мы послали экспедицию изучить этот район (между прочим, это по территории составляет ⅛ Башреспублики) изучить, чем можно там заниматься и какие мероприятия там можно провести.