– Нет. Но она бы и не стала, верно же?
– Это было бы на нее не похоже, – согласился Рэймонд. – Она никогда не говорила о том, что ей хочется, даже когда жила здесь.
– Разве что насчет малышки. Она могла попросить что-то иногда для нее.
– Только для Кэти. Но дело ведь не только в деньгах?
– Дело вообще не в деньгах, – сказал Гарольд.
– Ее голос. Как он звучал.
– Нет, это не из-за денег он у нее такой. Дело в остальном.
– Что ж, думаю, ей одиноко, – повторил Рэймонд. – Я бы сказал, она скучает по дому.
– Думаю, что так, – согласился Гарольд.
И следующие полчаса они стояли на кухне, опершись о деревянные столешницы шкафов, пили кофе и рассуждали, как Виктория Рубидо живет в ста двадцати пяти милях от дома, как сама заботится о дочери и еще ходит каждый день на занятия, а у них в деревне в округе Холт, в семнадцати милях к югу от города, все идет по-старому и гораздо меньше хлопот, пока ее нет дома, а на улице поднимался и начинал завывать ветер.
8
Осенним будним вечером, когда Роуз Тайлер вышла из кухни к входной двери, небо над деревьями было наглухо затянуто тучами и в воздухе пахло дождем, а на пороге дома, под желтой лампой на крыльце стояла Бетти Уоллес с двумя детьми, и во дворе в тени дерева топтался Лютер Уоллес – большая неуклюжая темная фигура.
– Бетти, – сказала Роуз. – Что-то случилось?
– Не хотела беспокоить тебя в поздний час, – ответила Бетти. – Но это срочно. Не могла бы ты подвезти меня с детьми к дому моей тети?
Она взглянула на Лютера во дворе:
– Он меня обижает.
– Не хотите войти?
– Хотим. Но его не пускай. Я на него зла.
– Может, ему тоже стоит войти, чтобы мы вместе все обсудили?
– Что ж, тада пусть будет паинькой.
Роуз позвала Лютера, он подошел к крыльцу. Выглядел он грустным и расстроенным. Даже в вечерней прохладе он потел, его большое широкое лицо было красным как мак.
– Я ниче ей не сделал, – объявил он.
– Ты сейчас не дома, – огрызнулась Бетти. – У Роуз лучше будь паинькой.
– Что ж, а тебе лучше заткнуться и не врать людям!
– Я не вру! Я только правду говорю!
– Я тоже кой-че могу рассказать!
– Тебе нечего про меня рассказывать!
– Вообще-то есть!
– Так, – прервала их Роуз. – Будем вести себя культурно. Или оба возвращайтесь домой.
– Слыхал? – спросила Бетти. – Лучше слушайся Роуз.