– Она ест?
– Не так, как дома.
– Что ж. Ей нужно кушать.
– Она скучает по тебе, – сказала Виктория.
– Что ж.
– Я тоже по тебе скучаю, – сказала она.
– Правда, милая?
– Каждый день. По тебе и по Гарольду.
– Без тебя тут все иначе, это уж точно. Совсем не то.
– У вас все хорошо? – забеспокоилась она.
– О да. Мы справляемся. Но подожди, я лучше дам трубку Гарольду. Он тоже хочет поздороваться. И береги себя, милая. Ладно?
– Ты тоже, – сказала она.
Гарольд вышел из кухни и взял трубку, а Рэймонд вернулся и принялся за посуду. Гарольд и Виктория снова поговорили о погоде и ее лекциях, он спросил, почему она не веселится в субботний вечер, должна ведь она как-то наслаждаться жизнью по субботам, а она ответила, что ей не хочется, может, сходит куда-нибудь на следующих выходных, а он спросил, нет ли в колледже симпатичных мальчишек, и она ответила, что, может, и есть, но ей это не интересно, а он сказал: «Ну, лучше держи глаза открытыми, вдруг увидишь кого-то, кто понравится», а она ответила: «Что ж, сомневаюсь» – и добавила:
– Но я слыхала, вы хорошо сходили на аукцион на прошлой неделе.
– Неплохо, – ответил Гарольд.
– Слышала, получили почти девяносто два. Это ведь очень здорово?
– Не буду жаловаться. Нет, мэм.
– Знаю, как для вас это важно.
– Ну, – сказал он. – А у тебя какие еще новости? Тебе не нужны еще деньги?
– Нет. Я ведь не из-за этого звоню.
– Знаю. Но обязательно скажи, если нужно. Мне кажется, ты бы никому не сказала, если бы нуждалась.
– У меня все хорошо с деньгами, – ответила она. – Просто хотела вас услышать. Видимо, немного скучаю по дому.
– О, – произнес он. – Что ж.
И поскольку Рэймонд грохотал посудой и не слышал, что говорил Гарольд по телефону, он рассказал Виктории, как его брат тосковал по ней и как говорил о ней каждый день, гадал, чем она занята в Форт-Коллинзе, задавался вопросами, как там малышка, и он продолжал так в том же духе, и девушке стало ясно, что он в той же мере говорит и о себе, а не только о брате, и она была очень тронута этим и боялась расплакаться.
После того как они попрощались, Гарольд вернулся на кухню, где Рэймонд как раз освобождал лоханку для мытья посуды и выливал воду в раковину. Чистые тарелки сушились рядом.
– Ну как она, на твой взгляд? – спросил Рэймонд.
– Мне показалось, – сказал Гарольд, – что ей одиноко.
– Я так и думал. Она была какой-то другой.
– Да, сэр, она разговаривала не как обычно, – подтвердил Гарольд. – Думаю, нам нужно послать ей денег.
– Она об этом попросила?