Я ударил по тормозам рефлекторно. «Шишига» клюнула носом, юзом проехав пару метров.
— «Голове»! — закричала Катя в гарнитуру, забыв про субординацию. — Варяг! Стой! Там пустота!
— Какая пустота? — рявкнул Варяг. — Мост чист!
— Там не мост! Там… оно!
Танки уже въехали на бетонный пролет. Тяжелые машины шли уверенно, их стволы сканировали противоположный берег. И тут реальность сломалась. Я смотрел на мост и не верил своим глазам. Воздух над рекой, метрах в пятидесяти от танков, вдруг пошел рябью, как над раскаленным асфальтом. А потом рябь лопнула. Из ниоткуда, из пустого пространства, соткалось нечто. Это не было похоже ни на одну тварь из бестиария. Это не было похоже ни на что земное. Огромная, метров тридцать в длину, туша. Она напоминала гигантскую многоножку, скрещенную с кальмаром и бронепоездом.
Её тело было покрыто хитиновыми плитами цвета антрацита, между которыми пульсировало мертвенно-бледное свечение. Десятки лап, заканчивающихся серповидными лезвиями, вцепились в фермы моста. Головы у твари не было. Вместо неё — разверстая пасть-воронка, окруженная венчиком щупалец.
Скреббер. Легенда. Миф. Смерть. Он не прятался под мостом. Он висел на нем, используя мимикрию или какой-то ментальный отвод глаз, пока добыча не подошла на расстояние удара.
— Контакт!!! — заорал эфир десятком голосов.
Танкисты среагировали первыми. Башни начали поворачиваться, но было поздно. Скреббер ударил. Он не кусал. Он просто хлестнул передней парой конечностей-серпов. Удар был такой силы, что головной танк Т-72, весящий сорок с лишним тонн, подбросило в воздух, как консервную банку. Броня, способная держать попадание снаряда, лопнула с противным скрежетом. Танк перевернулся в воздухе и с грохотом рухнул в черную воду реки, подняв фонтан брызг.
— Огонь! Всем огонь! — орал Варяг.
Второй танк выстрелил в упор. Снаряд ударил в бок чудовища.
Вспышка разрыва ослепила меня на секунду.
Когда зрение вернулось, я увидел, что Скребберу… плевать. На месте попадания кумулятивного снаряда осталось лишь закопченное пятно на хитине. Его броня держала танковый калибр! Я врубил заднюю передачу, выкручивая руль. Но валить было некуда. Колонна встала. Задние машины, не видя того, что происходит на мосту, подперли передние. Началась давка. Скреббер издал звук. Это был не рев. Это был ультразвуковой визг, от которого лопались стекла и текла кровь из ушей.
Катя закричала, зажимая уши руками, и сползла на пол кабины.
— Он менталит! — прохрипела она сквозь боль. — Он глушит нас!
Я почувствовал удар по мозгам. Словно раскаленная игла вошла в висок. Мой Дар, моя гордость, мой контроль — всё это сжалось в комок и заскулило. Я не мог его контролировать. Я был для него как муравей, пытающийся загипнотизировать слона. Скреббер шагнул вперед, на мост. Бетонные плиты захрустели под его весом. Второй танк дал задний ход, поливая тварь из пулемета, но монстр был быстрее.
Щупальце, выстрелившее из пасти, обвило башню танка. Рывок — и сорокатонную машину потащило вперед, прямо в разверстую воронку пасти.
— Бросайте технику! — кричал кто-то в эфире. — В рассыпную!
Это была бойня. Скреббер не просто убивал. Он уничтожал.
Он двигался вдоль колонны, сминая БТРы, опрокидывая грузовики. Люди, выпрыгивающие из машин, падали замертво от ментального удара или превращались в кровавое облако от ударов его лап.
— Глория, стреляй! — заорал Лошадь из кунга. — Чего ты ждешь?!
— Не берет! — ответила она. В её голосе впервые я слышал панику. — Я попала ему в глаз… или что там у него! Рикошет!
Я смотрел в зеркало заднего вида. Сзади нас подпер наливник. Спереди горел БТР. Мы были в ловушке. В стальной коробке, которая через минуту станет нашей могилой. Скреббер был уже в ста метрах. Он методично разламывал фуру с припасами, выискивая внутри живое мясо. Я схватил Катю за руку и потянул в сторону полуразрушенной многоэтажки, которая стояла отдельно у реки. Каким чудом её сюда занесло было непонятно, но сейчас не время задавать вопросы. Мы вывалились из «Шишиги» в грязь обочины. Воздух был наполнен гарью, воем сирен и тем самым визгом, от которого хотелось вырвать собственный мозг. Мы побежали. Я бежал сзади, прикрывая отход. В руках у меня был «калаш», но я понимал, что это зубочистка. Обернувшись на бегу, я увидел, как Скреббер добрался до нашей «Шишиги». Он даже не стал её бить. Он просто наступил на неё одной из своих лап. Наша крепость. Наша мечта. Танк, который мы строили месяц, вкладывая душу и совесть.
«Шишига» сплющилась, как пустая пачка сигарет. Бронелисты лопнули, крыша сложилась внутрь. Турель с «Утесом» отлетела в сторону, искореженная до неузнаваемости.
— Уррр… — зло прохрипел я.
Я почувствовал, как внутри что-то оборвалось. Мы лишились всего. Снова. Но горевать было некогда. Мы бежали к многоэтажке, скользя по грязи, перепрыгивая через поваленные деревья и трупы тех, кто не успел. Сзади грохнуло так, что земля подпрыгнула, ударив меня в подошвы. Взрывная волна швырнула нас вперед, впечатав в сырую стену здания.
Я обернулся, вытирая грязь с лица. Наливник. Тот самый, что подпирал нас сзади. Скреббер задел его, или кто-то из охраны в панике выстрелил не туда — плевать. Результат был один: огненный шар диаметром в полсотни метров взвился в небо, пожирая кислород и всё живое вокруг.
— Глория! Лошадь! — закричала Катя, пытаясь рвануться назад.
Я сгреб её за шкирку и рывком затащил в темный провал подъезда. Огненная стена отрезала нас от дороги. Если они успели отскочить в лес — они живы. Если нет значит не повезло. В подъезде пахло сыростью и старым бетоном. Лестничные пролеты были завалены мусором, но целы. Мы рванули наверх. Третий этаж, четвертый, пятый. Нам нужна была высота. И стены. Хоть какая-то иллюзия защиты от твари, которая внизу перемалывала сталь как картон. Мы ворвались в какую-то квартиру на шестом этаже. Окна выходили прямо на мост. Стекол не было, только пустые рамы, в которые врывался горячий ветер и запах горящей солярки. Мы упали на пол под подоконником, осторожно выглядывая наружу. То, что происходило внизу, не было боем. Это была кормежка. Скреббер не обратил внимания на наш побег. Зачем ему две мелкие букашки, когда перед ним накрыт шведский стол из бронетехники и людей?
Он стоял посреди горящей колонны, возвышаясь над дымом как демон из древних легенд. Его хитиновые лапы методично вскрывали бронированные кунги фур, вытряхивая содержимое. Я видел, как он добрался до командирского «Камаза» Варяга.