— Ты меня прекрасно расслышал, — отвечаю я холодно, хотя внутри всё дрожит от волнения и страха одновременно.
— Кто он?! — орёт Руслан, наклоняясь ко мне через стол. — Где ты его нашла?!
— Господа, прошу вас... — пытается встрять Скобеев, но муж не обращает на него внимания.
— Это не твоё дело, — говорю я, скрещивая руки на груди и откидываясь в кресле. — Ты хотел свободы — получай. Я тоже свободна.
— Ты не имеешь права! — кричит он, ударяя кулаком по столу так, что подпрыгивают стаканы с водой. — Мы ещё женаты!
Вот теперь я вижу настоящего Руслана. Не холодного циника, а ревнивого мужчину, которого мысль о том, что его жена с другим, сводит с ума.
— А ты не имел права унижать меня публично на нашей годовщине, — парирую я, чувствуя, как адреналин бежит по венам. — Но это тебя не остановило.
— Злата Владиславовна, — вмешивается Тихон Аркадьевич, — возможно, не стоит...
— Нет! — Руслан разворачивается к адвокатам. — Пусть отвечает! Кто этот мерзавец?! Как его зовут?! Откуда он взялся?!
Я встаю и медленно обхожу стол, приближаясь к нему. Он следит за каждым моим движением, как хищник за добычей. Глаза горят такой яростью, что становится почти страшно. Почти.
— Знаешь что, Руслан? — говорю я тихо, почти шёпотом, но так, чтобы он услышал каждое моё слово. — Ты можешь сколько угодно кричать и топать ножками. Но я больше не твоя собственность.
— Ты моя жена! — рычит он, схватив меня за запястья.
— Твоя бывшая жена, — исправляю я, не пытаясь вырваться. — Которая наконец-то поняла, что заслуживает нормального отношения.
— Ты сука! — взрывается он, и я вижу, как Тихон Аркадьевич морщится от такой лексики.
— А ты — говнюк, который бросил семью ради молоденькой шлюхи, — отвечаю я спокойно. — Так что мы квиты.
Руслан отпускает мои руки, как будто они обожгли его. Отступает на шаг, тяжело дышит. Я вижу, как в его глазах борются ярость и что-то ещё. Боль? Страх?
— Господи, что за цирк, — бормочет Скобеев, потирая виски. — Может, сделаем перерыв?
— Отличная идея, — соглашаюсь я, поворачиваясь к выходу. — Тихон Аркадьевич, думаю, нам есть что обсудить.
— Стой! — кричит Руслан мне вслед. — Ты ещё не закончила!
Я оборачиваюсь на пороге и смотрю на него — растрёпанного, красного от ярости, совершенно потерявшего свой обычный контроль.
— Наоборот, дорогой, — говорю я сладко. — Я только начинаю.
И выхожу, хлопнув дверью.
В коридоре я прислоняюсь к стене и судорожно хватаю ртом воздух. Господи, что я наделала? Сердце колотится так, будто я только что пробежала марафон. Руки дрожат, ноги подкашиваются.
Тихон Аркадьевич выходит следом за мной, плотно прикрыв дверь переговорной.
— Злата Владиславовна, — говорит он озабоченно, — вы понимаете, что только что сделали?
— Подорвала его самодовольство? — отвечаю я, стараясь говорить увереннее, чем себя чувствую.
— Вы дали ему оружие против себя, — качает головой адвокат. — Если он сможет доказать, что у вас есть отношения на стороне...
— А если не сможет? — перебиваю я.
Тихон Аркадьевич смотрит на меня внимательно:
— А есть ли этот мужчина?