Бонжур, Софи: читать начало книги онлайн

– Нет. Никогда.

– Ну так я тебя прокачу, – пообещал он. Затем, кое о чем догадавшись по выражению лица Линды, поспешно прибавил: – Но сперва мы съездим с Линдой, конечно.

Затем Джонно перебазировался за барную стойку, а Линда, бросив на Софи выразительный взгляд из-под зеленых век, предупредила:

– Ты только никому ничего не говори, ладно? Отец считает, что я могла бы найти жениха и получше Брайдена.

– Он тебе нравится?

– О, да… – выдохнула Линда. – Очень!

– А ты ему?

– Он и сам этого еще не понял, но я знаю, что нравлюсь ему. Его просто нужно довести до кондиции, а когда он поймет, что влюблен, я уж его из своих сетей не выпущу. Он просто немного старомоден, как и все здешние парни. Считает, что это его дело – проявлять инициативу. – Линда смахнула крошку со своей модной узкой юбки. – Я тут в одном журнале прочла, что девушка, если она достаточно умна и никогда не выдает своих истинных намерений, всегда в итоге сумеет воплотить эти намерения в жизнь. – Она слегка улыбнулась Софи – но сколько в этой улыбке было сладости, коварства, надежды.

– Я и понятия не имела, что это так сложно.

Линда бросила на Софи полупрезрительный-полунасмешливый взгляд.

– Да все ты прекрасно знаешь! Только все это у тебя там, – она похлопала себя по груди, – глубоко внутри. У каждой из нас все это там имеется.

А Софи думала: о да, теперь я, кажется, понимаю.

Или, если точнее, она вдруг поняла, что имел в виду Джонно.

В «Дигбиз» тема секса обсуждалась шепотом; девочки сообща пытались понять, что таится за словом «секс». Большинство представляли это лишь в самых общих чертах, но реальных подробностей не знал никто. Во время мрачного и бесконечно долгого Великого Поста проповеди мисс Чемберз, которые она читала им в часовне, частенько касались темы похоти как некого гнусного порока, ее власти над человеком и невыразимой тягости ее последствий. «Мужчины крайне примитивны по своей природе, девочки». И отсюда следовал вывод, что Примитивная Мужская Природа способна полностью разрушить девичью жизнь.

В дортуарах старшие девочки, собравшись в кружок, шептались о… пенисе… проникновении… оргазме… но не понимали этих слов и пребывали в лихорадочном возбуждении. (А Тилли Уотсон сказала, что ей кто-то объяснил, что оргазм – это такая губка, которая водится близ острова Самоа в Южных морях…)

Их собственные тела (и души тоже) переживали удивительные, иногда болезненные изменения, которые им никогда толком не объясняли.

Но до последнего времени Софи не улавливала самого главного – той иронии, которая была в основе их воспитания.

Да, школа «Дигбиз» стремилась подготовить своих учениц к выходу в широкий мир, в то же время ограждая их от всяческого распутства. Однако же поощрялось умение взрослой девицы пробуждать в мужчинах ту самую опасную и весьма смущавшую старших учениц страсть, ибо считалось, что они в первую очередь должны найти себе мужа, который будет в состоянии полностью их обеспечить.

Софи мыла посуду на кухне, когда ее плечо стиснула рука Осберта.

У него за спиной стояла Элис.

– Тебя видели в «Черной лошади», – сказал он. – В обществе Линды Севедж и молодого Брайдена.

Элис в знак осуждения негромко поцокала языком – тц-тц-тц – и со скорбным видом упрекнула:

– А ведь ты сказала, что идешь совсем в другое место!

– Ты должна понять, – продолжал Осберт, – что такие парни, как Джонно Брайден, побывавшие за границей и вернувшиеся оттуда с этими новыми идеями насчет взаимоотношений с противоположным полом, могут… как бы это попроще выразиться… не просто проявить определенную настойчивость, но и полную безнравственность.

– Не нужно подробностей, Осберт, дорогой, – быстро сказала Элис.

А ведь он ждал этого момента, догадалась Софи. Надеялся, что это вот-вот произойдет.

И говорил он сейчас не столько с ней, сколько с неким внутренним демоном, жар которого пожирал его душу.

– Ты не умеешь проявлять достаточную осторожность, – снова заговорил Осберт. – И мой долг тебя предостеречь и защитить. – Шаркая ногами, он придвинулся к ней совсем близко. Она чувствовала на щеке его дыхание.

Ей страшно хотелось стиснуть кулаки, и она лишь огромным усилием воли заставить себя этого не делать.

– Ты должна сразу же мне сообщить, если он хоть пальцем до тебя дотронется.