Стеклянная шестерёнка: читать начало книги онлайн

– Как я и сказал, сэр, он предпочитает анонимность. Однако он обеспокоен проблемой, о которой не может молчать, – продолжил шёпотом информатор. – Дело в том, что мой господин на днях был пассажиром дирижабля, с которым едва не произошло ужасное крушение.

Эрмс был готов завыть от досады: «И это всё?! Потенциальное крушение не равно крушению. Какой прок сейчас жаловаться на дирижабль? На этом громкий заголовок не построишь». Однако вслух Эрмс сказал:

– Как странно, я не слышал о таком происшествии, а я очень осведомлён о событиях в Гласстоне.

– Вы о нём не слышали, сэр, потому что дело замяли. Сам Грегор Вильямсон замял, и на то была причина.

«А вот это уже интересно. Не часто удаётся раскопать новости об отце прогресса».

– И какая же причина?

– Дирижабль, где было несколько десятков высокопоставленных дам и господ, едва не погиб из-за поломки двигателя. И, насколько успел услышать мой господин, двигатель не проверили, потому что тот был доставлен новым прямиком с фабрики Вильямсона.

– О, поломка произошла на фабрике! И это едва не стоило жизни всему высшему цвету Гласстона. Понимаю, – довольно потёр руки Эрмс.

– Мистер Вильямсон велел уволить весь экипаж дирижабля, а сам ничего не сделал. Мой господин обеспокоен, не получилась ли вся серия новых двигателей Вильямсона неисправной. Это может стоить кому-то жизни.

Эрмс кивнул со знанием дела. Конечно, большая шишка «обеспокоена» безопасностью. Как же! Просто кому-то захотелось отомстить Вильямсону за пережитый ужас в полёте. Да Эрмс и рад! Вот только писать обвинения в сторону самого отца прогресса и «торгового принца» Вильямсона? Эрмс ещё не был уверен, что, откусив, сможет прожевать такой кусок. А потому стоило подстраховаться.

– Эти сведения очень важны, как вы и сказали, мистер?..

– Гийоне Винс.

«Хм… Фамилия местная, а имя иностранное. Полукровка, хотя говорит без акцента».

– Мистер Винс. Я не могу обвинить фабрику Вильямсона в халатности только по вашим словам. Мне бы встретиться с вашим господином.

– Это невозможно, сэр! – отчеканил мистер Винс. – Однако вам и не понадобится с ним встречаться. Вот! – Винс вытащил из кармана сюртука перфокарту. – Здесь мой господин описал всё, что случилось по время полёта и после него. Так что вам не удастся выгадать имя моего господина по почерку или ещё как. Оно не должно мелькать на страницах прессы!

– Я вас понял, мистер Винс. Большущее вам спасибо.

«Почерк господина, может, и скрылся за дырками машинного кода, а вот имя того, кто воспользовался услугами Канцелярского бюро, должно было остаться».

* * *

«С дирижаблем первого класса едва не произошло страшное несчастье! Двигатель с фабрики Вильямсона был неисправен! Случайность или халатность? Пассажиры чудом спаслись! Читайте в номере!»

Статейные заголовки звучали со всех углов. Жители Гласстона заинтересованно вслушивались в свежие новости и обсуждали их на рабочих местах, у прилавков, перекидываясь с соседями через окна. Один только Джеймс не слушал. Мальчишка тщетно пытался продать ему газету, тряс ей перед носом, но Джеймс только пихнул газетчика плечом и побрёл дальше, грустный и бледный, как кладбищенская статуя.

Когда-то Джеймс и сам подрабатывал в юности. Тогда ещё ездили кэбы и громоздкие омнибусы. Пара лошадей тянули его так медленно, что можно было угнаться пешком. Вот он с товарищами и бегал за транспортом в надежде, что выпадет донести до дома багаж выходящих пассажиров. Платили всего пенни, но уже это становилось хорошим подспорьем к семейному заработку. Правда, чаще мальчишки пробегали километры и возвращались ни с чем.

Когда Джеймсу удалось устроиться на фабрику, он посчитал это большой удачей. Труд был тяжёлым, грязным, стоил здоровья, но оплачивался. Джеймс практически вырос на этой фабрике. Кто лучше него знает, что в сырую погоду портится смазка, а в слишком сухую работающая машина создаёт какой-то странный заряд, который притягивает к себе всю пыль и грязь, и надо снова чистить? Кто?

Работа позволила Джеймсу жениться, платить за еду и выпивку, переехать из трущоб. Если бы не это, то его старый дом уже попал бы под снос ради каких-то там железных дорог, и Джеймс бы оказался на улице среди тысяч таких же бедняг… И сейчас, наверное, так и будет.

«Чёртов Вильямсон!» Пнутый черенок полетел в переулок и спугнул крысу. Сокрушённый Джеймс сел там же и прислонился к стене. Оставалось только протянуть руку и просить милостыню, да только её тут сроду не давали. А жена выгонит его, такого бесполезного и безработного, ещё и кастрюлей вслед запустит, а сама уйдёт к этим суфражисткам!

Слёзы обиды потекли из глаз и образовали на щеках чистые водяные дорожки. «Думай, Джеймс. Тебя же кличут Сыщиком. Али такой наблюдательный умелец не сыщет работу?» – подбадривал он себя, но умом понимал, что с приходом прогресса работы стало не больше, а меньше. И сколько уже несчастных закончили свою жизнь голодными и в канавах, не в силах наскрести даже на ночлег.

И тут Джеймса осенило: «Винс!» В первый раз Винс был весьма щедр за сведения о фабрике, да и потом привлёк по какому-то странному делу, но заплатил! На фабрику Винс так и не устроился, и Джеймс не знал, откуда у того деньги, но, может быть, ещё найдётся?

И тут словно по волшебству сидящего Джеймса накрыла тень, а в ноздри ударил знакомый запах керосина и мокрой пыли, исходящие от бомбазиновой куртки.

– Мой старый приятель, чего это ты тут сидишь такой разбитый? С женой, что ли, поругался?

– Винс!

Усмешка друга и озорные огоньки в его глазах тут же привели Джеймса в чувство. К тому же это был тот редкий момент, когда Винс не прятал глаза за гоглами и можно было увидеть их миндалевидную форму и тёмно-карий цвет.