Гупало для годится немного покрутившим носом, почесал корешок сельди, да потом также вызвался подлежать Загороднему, даже если тот сейчас прикажет засолить на зиму сто бочек красноголовой капусты.
Тогда мы еще не знали, что в Елисаветград уже прибыли командующий Черноморской повстанческой группой, полковник Армии УНР Гамалий и его начальник штаба Вьюга — прибыли для организации всеобщего восстания и уже искали к нам кратчайших троп.
Законспирировавшись в Елисаветграде на частных квартирах, они без спешки, без суеты начали постепенное налаживание связей с местным подпольем, с надёжными, проверенными людьми, которые вывели бы их на атаманов Холодного Яра и Чёрного леса. Совпало так, что в первую очередь они вышли на Гупала. Денис имел доброго приятеля Николая Сильвестрова — сына лесника, который не раз становился в приключении повстанцам, и вот этот Сильвестров сказал Гупалу, что с ним хотят встретиться полковник Гамалий и сотник Вьюга.
Гупало согласился, но сам назначил день, час и место встречи — положение требовало студить и на холодную воду, потому что неизвестно еще кто там, откуда и с чем приехал. Гупало сказал, что будет жедать их в Черном лесу на такой-то грабовой просеке в семь вечера. Пусть Сильвестров сам проведёт их и покажет дорогу, — при этих словах Гупало положил руку на эфес кавалерийской шашки и так явственно посмотрел на своего приятеля, что тот понял: в случае провокации его голова покатится первой.
К вечеру Гупало спрятал в грабине двадцать казаков напоготовки (среди них были и его родные братья Иван и Степан), а сам в сопровождении двух охранников ровно в семь двинулся верхом на цибатом жеребцеве к просеке. Ещё не доехал до условленного места, как увидел трёх верхушек — Николая Сильвестрова и двух мужчин в красноармейском выряде. Гупало остановился, снял с плеча австрийского карабина (его телохранители Мартын Дорошко и Фёдор Момса сделали это ещё раньше) и, зря что узнал Николая, окликнул сердито:
— Кто такие? Спешиться и положить оружие на землю!
— Свои! — отозвался Николай. — Может, ты ещё прикажешь и нам самим заключаться?
— Положите оружие! Я кому сказал?
Когда приказ был выполнен, Гупало выехал на просеку и соскочил с лошади.
— Говорите, что хотели!
Прежде чем знакомиться, он достал из кармашка серебряных часов на простенькой цепочке, посмотрел, кивнул сам себе: мол, ага, приехали вовремя, потому что если бы опоздали, то никакой дурак вас бы здесь не ждал. Затем свел взгляд на незнакомцев: один из них, облеченный, как продотрядок, в грязнозелёную форму, смотрел на Гупала с таким искренним любопытством и восхищением, что ему стало неловко. Гость имел белое лицо (сразу видно, что не леший), слегка удлиненное, молбы удивленное, да одновременно внимательное и учтивое.
— Сотник Метель, — крепко пожал он Денису руку.
Гупало в ответ не назвался, лишь кивнул и перевёл взгляд на второго: ага, если то Метель, то, получается, вот перед ним и есть полковник Гамалий. Его лицо показалось Гупалу даже знакомым, и действительно — во втором госте Денис вдруг опознал… Ялисея Февраля, с которым в 20-м воевал в Степной дивизии Костя Голубого. Гупало знал, что теперь у Ялысея есть свой отряд, гуляет у Кривого Рога, однако отнюдь не надеялся увидеть его в роли полковника Гамалия.
— Нет-нет, Денис, я не командир Черноморской группы, — сказал Ялысей, увидев, как удивился Гупало. — Полковник Гамалий сегодня не смог приехать. А я сопровождаю сотника Метель, чтобы у тебя не было подозрений.
Такое объяснение не понравилось Гупалу. Хотя он хорошо знал Николая Сильвестрова и Ялисея Февраля, сполна не верил никому: люди сейчас скурвливаются на глазах и еще не так попадали в чекистские тенета. Ну, и опять-таки — договаривались так, а вышло иначе — вместо Гамалия приехал его заместитель Вьюга. Нет, это Денису было не до шмыги.
— Вижу, ты нам не рад, атаман, — сказал Февраль. — Неужели не доверяешь?
— Я не атаман, — набормосился Гупало.
— Как не атаман?
— Я теперь Гупало-Гарасько и только временно возглавляю отряд.
— Вон как! — Февраль удивленно посмотрел на Сильвестрова, мол, а это что за новость? Тот только пожал плечами. — А лошадь у тебя атаманская!
— Прикупил у начальника Знаменского гарнизона, — Гупало немного смягчился, вспомнив, как «покупал» жеребца.
— А самого начальника спровадил в небесную канцелярию? — весело спросил Лютый.
— Нет, там его не приняли. Отдал звериной на ужин.
— Молодец! А еще придуриваешься, что ты не атаман. Мы, Денис, пришли к тебе не леси точить. Наступил час, которого мы все не могли деждаться. Веди нас в отряд, сотник Вьюга имеет серьезный разговор.
— Действительно, — отозвался Метель, который до сих пор вежливо молчал. — Мы теряем время.
— Не суетитесь, — остудил его Гупало. — Вам нет куда спешить, потому что еще неизвестно, выпущу ли я вас из леса.
— Ваша осторожность заслуживает одобрения, — сказал Вьюга.
— А как иначе? Я вас не знаю, и вам не верю. Так что извиняйте.
— Разве вам друзья не объяснили?
— У меня нет друзей, — одрезал Гупало.