Журнал «Парус» №87, 2021 г.: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Не только рассматривает, но и фотографирует. Загляните в его кабинет-спальню. Все стены увешаны нашими снимками.

— Да что там говорить, любит он нас, нежно любит!

— Но ведь и мы любим его. Поэтому когда он уезжает, я по-настоящему страдаю. Конечно, он оставляет нас ненадолго…

— Ненадолго-то ненадолго, но эта соседка, на попечение которой он нас бросает, совсем другое дело. Ладони почти всегда пахнут луком, уксусом или какой-то противной жидкостью для полировки мебели. Конечно же, я не против таких запахов, но надо знать меру.

— И потом она приносит нам воду, словно делает одолжение, с каким-то раздражением, дескать, нате — пейте, ненасытные. Словно мы виноваты, что не можем жить без воды. Есть простая истина: «Коль поливкой небрегут, не цветно цветы цветут».

— Так ведь она и сама не выживет без воды. И все люди-человеки. И весь мир Божий. Помните? «И создал Бог твердь, и отделил воду, которая под твердью, от воды, которая над твердью». Две воды — над сушей и под сушей, с небес и из земли — обе питательны, но я предпочитаю ту, которая сверху, из облаков.

— Ты философствуешь, а жизнь проста: полей меня с любовью, побрызгай на меня дождичком, дай моим корням добраться до источников вод, что под твердью.

— Да! Это же чудесно! Мы растём одновременно и вверх, и вниз. В небо стеблем, листьями, цветком, а корнями вглубь земли. И не разрываемся на две части. Где вы ещё встретите такое?!

— Да уж: всякая трава на своём корне растёт.

— А наши целебные свойства! Зря, что ли, говорят: «Знает собака, ведает кошка: в каждой травинке — лекарства немножко».

— А я всё же хочу договорить про соседку. Она просто обдаёт меня своим недовольством, как каким-то тяжёлым запахом. Принесёт лейку воды и всем своим видом выказывает, что для неё это тяжкая обязаловка. Не польёт, а плеснёт куда попало. Она смотрит на нас и не видит…

— Это правда! Не видит красоты. В сотый раз оглядывает с высоты скучнейшую панораму города, а на нас — ноль внимания. Такого равнодушия к цветам я никогда не встречала. Ей всё трын-трава.

— Да-да-да! Ослу всё одно: что цветы с клумбы, что сено из копны.

— Она, наверное, и ароматы не чувствует. Ни разу даже не вдохнула полной грудью в нашем жилище. И зачем ей обоняние?!

— Пчёл из лоджии полотенцем выгоняет. А однажды пылесосом пыталась их засасывать.

— Не ведает, значит, простую истину: где цветок, там и медок. При таком её отношении всё равно засохнешь или сгниёшь. Я её даже побаиваюсь. Как придёт, я становлюсь ниже воды, тише травы.

— Наоборот: тише воды, ниже травы.

— Да, и совсем другая жизнь настаёт, когда наш возлюбленный друг возвращается домой. Мне даже воды не надо! Только бы он стоял в лоджии, смотрел на меня, любовался мною.

— И мной!

— И мной!

— И мной! — послышалось со всех сторон.

— Потом он любит классическую музыку, а для меня это, как бальзам на душу. Когда я слушаю Баха, всё моё тело — стебель, листья, цветы — наполняется животворной мелодией. Так хорошо, что он любит именно Баха, Рахманинова и Грига! Я замираю и переношусь с ними куда-то в другой мир. И там даже воды не надо.

— Опять тебе не нужна вода, любительница романтических преувеличений.

— А помните, однажды он уехал, доверив ключи племяннику. Тот приходил, врубал свой хард-рок и начинал нас пытать и мучить дикими звуками и воплями, от которых мы содрогались всеми листьями, лепестками, пестиками и тычинками. Как он сам-то выживает в такой «музыке»?!

— И, вернувшись, наш возлюбленный друг, помню, удивлялся: видно, что нас поливали, а мы, несмотря на то, — квёлые, даже хилые, словно нас морили сухомяткой. И только вечером, когда он поставил Баха, мы стали отходить, а оклемались лишь к утру. Так ведь и загубить нас недолго. Пусть лучше уж равнодушная соседка приходит.

Немного помолчали. В лоджию залетел очередной порыв разгорячённого ветра, и они вновь закачали своими головками, стараясь повернуть их друг к другу.

— А я вот о чём часто думаю: мы ведь могли бы спасти этот мир. Нам и нужно-то всего ничего. Несколько спокойных лет — и мы бы восстали из-под земли, мы бы вспучили асфальт, мы бы проросли сквозь бетон, мы бы увили цветами свалки, карьеры, брошенные машины, мы бы обняли всю измученную, измочаленную землю, оплели весь земной шар, и люди смогли бы ходить по ней босиком. Но их лишили этой мечты — босиком по живой траве. Босыми ступнями по мягкой ласковой траве. По травушке-муравушке зелёненькой, как поёт народ. И даже по цветам! И чувствовать кожей ступней все запахи. Но нет! Они хотят топать в туфлях на каблуках по асфальту и бетону. И всерьёз считают, что это удобно! Иногда, правда, подделывают траву ворсистым ковром. Значит, на задворках памяти у них всё же что-то осталось.

— Мечты, мечты, где ваша сладость?.. Эту строчку несколько раз произнёс наш возлюбленный друг, обращаясь к своему гостю — тоже любителю поэзии и Грига. Помните, как они читали «Разум цветов» Метерлинка?

Вопрос остаётся без ответа.

— Всё же, несмотря на удивительную книгу Метерлинка, у большинства отношение к нам потребительское. Сорвать ромашку и погадать на ней о любви. Выдернуть меня из земли лишь для того, чтобы понюхать и выбросить вон. Нарвать букет для женщины. Нередко — для нелюбимой. Или купить готовый суррогат в цветочном магазине. Ну, ещё бросить цветы под ноги невесте и жениху, знаменитому артисту. Вот и всё. А там хоть трава не расти. Большего им от нас не требуется.