— За нас всех! — добавил Гавриел. — За Девятое мая!
— Конечно, само собой! Ты ведь у нас ветеран.
Выпив, Берка подцепил вилкой маслину, вытер ладонью губы и сказал сыну, показывая пальцем на Гавриела:
— С этим вот старшиной милиции мы не раз устраивали налеты на поповский сад.
Откинувшись на спинку стула, Берка звучно рассмеялся.
— А помнишь, Гавриел, как тот горбатый сторож поймал нас… забыл его имя…
— Кирикэ, — подсказал Гавриел, — дед Кирикэ.
— Точно, Кирикэ! Ох и отлупил он нас тогда!
— А поп стоял рядом и приговаривал после каждого удара прутом: «Не кради, чадо! Не желай ничего, что у ближнего твоего…»
— Так давай, Гавриел, выпьем вторую за наше детство, за те годы. Как поется в песне:
Пей, Гаврилик! За детство грех не выпить.
— Где ты работаешь, Гарик? — спросил Гавриел.
— В универмаге, товароведом.
— По моим стопам пошел, — подтвердил Берка, — Но уже с образованием. Династия, можно сказать…
Лицо его раскраснелось от коньяка, покрылось каплями пота.
— Думаешь, так просто было устроить его на это место? Везде теперь надо подмазывать.
Гарик посмотрел на Шабсовича, потом на отца.
— Не волнуйся! — замахал рукой Берка. — Гавриел Шабсович хоть и милиционер, но он не шестерка. Я прав, Гавриел?
Шабсович пожал плечами.
— Я, скорее, один из шести, — улыбнулся он.
— Как это понять?
— Долго рассказывать. Может быть, в другой раз…
Он глянул на часы.
— Я, пожалуй, пойду.
Шабсович чувствовал себя не на месте. Постоянные переглядывания Берки с сыном, подозрительные взгляды Гарика, которые он ловил на себе… нет, надо идти!
— Фэ, Гавриел! Ты меня обижаешь. Посиди хоть полчасика со старым другом. Я тебе еще не все сказал.
— Ладно… — Гавриел снова присел к столу, — Полчаса, не больше.
Берка снова вытер пот на лбу.
— В Черновцах у меня нет проблем: я знаю всех, кого надо знать. Но здесь… здесь, Гавриел, кроме тебя, мне положиться не на кого. Я Гарику так и сказал: «Отыщи мне Гавриела Шабсовича. Он мой лучший друг, и он нам поможет».
— Чем же я могу помочь? — удивился Шабсович.