«Я должен взглянуть фактам в лицо, – сказал он себе. – Бесполезно разговаривать с ними обоими. Мне стоит просто откланяться. Иначе, – сказал он себе, – я буду таким же, как они».
Рано утром следующего дня Лео Рансибла разбудил телефонный звонок. Он встал с кровати, вышел в холл, снял трубку и услышал незнакомый голос.
– Мы незнакомы, – сказал его собеседник, – меня зовут Дадли Шарп, я работаю на кафедре антропологии Калифорнийского университета. Я разговариваю с Лео Рансиблом?
– Да, – одной рукой он держал телефон, а другой завязывал пояс халата.
– Надеюсь, я вас не разбудил, – сказал Шарп, – но я хотел поговорить с вами как можно быстрее. Боумен предоставил мне возможность осмотреть первый череп и более позднюю находку, полный скелет, который нашли они с доктором Фрейтасом. Теперь вы понимаете – надеюсь, вы понимаете, – что обе находки были кем-то тщательно обработаны, совсем недавно. За последний год или около того, судя по использованным смолам. Но вы также понимаете, что это не сделано с нуля. То есть в обоих случаях работали с настоящими останками, которые они где-то раздобыли. Они не изготовили череп или скелет. Они использовали настоящий, как мистификатор из Пилтдауна взял настоящий очень старый человеческий череп и челюсть шимпанзе.
– Да, – сказал Рансибл, потирая глаза большим и указательным пальцами.
– Меня очень интересуют подлинные останки, которые спрятаны под обработанными слоями, – сказал Шарп, – если вы понимаете, о чем я. Другими словами, я вчерне попытался реконструировать… я не хочу сказать, что я физически повредил ваши находки, я имею в виду, что я мысленно пытался представить, что оказалось в распоряжении у человека, который это сделал, в начале работы. Оба черепа – да и весь скелет, найденный позднее, – очень необычны.
– Чем? – спросил Рансибл.
– В некоторых случаях мистификатор их дополнил, а в других, очевидно, полностью реконструировал, – сказал Шарп, – я бы лучше встретился с вами лично, а то звонок очень дорого мне обходится. Я плачу за него сам. Могу ли я заскочить, скажем, сегодня или завтра?
– Конечно, – сказал Рансибл, – или я могу приехать к вам в университет.
– Это было бы еще лучше. Мне трудно вырваться, у меня занятия до позднего вечера.
– Вы думаете, что под слоями, которые были намеренно добавлены, действительно скрыт череп неандертальца? – спросил Рансибл.
– Нет, что вы, – Шарп рассмеялся, – ничего подобного. Но черепа необычны. Возможно, мистификатор, когда у него возникла идея изготовить череп неандертальца, сразу стал искать череп, который послужил бы хорошей основой. Он мог попытаться раздобыть настоящий череп мустьерской культуры и потерпел неудачу, поэтому он выбрал лучший вариант из оставшихся: он раздобыл деформированный череп – я не знаю, где и как. Вы спрашиваете, неандертальский ли это череп в основе, так сказать; но помните, радиоактивный метод уже установил, что ему максимум несколько сотен лет.
– Верно, – согласился Рансибл.
– Тогда до встречи. Рад с вами познакомиться. Когда вы приедете, мы поговорим поподробнее. Для начала я хочу уговорить вас разрешить мне попытаться восстановить череп и неповрежденный скелет в первозданном виде. Но у меня есть предчувствие, что получить разрешение будет непросто.
Прежде чем Рансибл успел что-либо сказать, Шарп повесил трубку.
Одевшись, он вернулся к телефону. Джанет еще лежала в постели и даже не проснулась. Он набрал номер телефонной станции и попросил «Кроникл».
Вскоре он уже разговаривал с кем-то из газеты.
– Слушайте, – сказал он, назвавшись, – вы опубликовали кучу юмористических статей обо мне, поднимая тиражи. И это все прекрасно. Но теперь я хочу, чтобы вы поработали. Позвоните в Калифорнийский университет, на кафедру антропологии, и возьмите интервью у профессора по имени Дадли Шарп. Или даже отправьте туда репортера.
Человек из газеты поинтересовался зачем.
– Всякие тесты – он сможет рассказать вам о них, а я нет, я-то не ученый, – помогли ему установить кое-что, помимо сомнительной идеи о том, что мои находки – подделки. Мистификации. Хоть это и помогло вам продать кучу экземпляров.
Газета согласилась продолжить расследование, и Рансибл повесил трубку с чувством глубокого удовлетворения.
Он съел завтрак с большим удовольствием, чем за последние несколько месяцев.
15
Уолтер Домброзио точил долото в мастерской, когда поднял глаза и увидел Майкла Уортона, стоящего в дверях. С ним был еще один человек, высокий, в очках с темной оправой и с короткой стрижкой, очень молодой, дружелюбно улыбающийся.
– Мы постучались, – сказал молодой человек, – но никто не услышал, поэтому мы вошли. Мистер Уортон думал, что ваша жена дома, но потом вспомнил, что она в городе на работе.
– Это Дадли Шарп из Калифорнийского университета, – сказал Уортон.
У Домброзио заколотилось сердце. Он очень осторожно пожал руку Шарпу.
– Простите, я был занят.
– Он хочет узнать, где вы взяли череп и элементы скелета, – пояснил Уортон.