Воспоминания о воспоминаниях: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Все оглянулись: на середине ковра лежала маленькая, аккуратненькая «колбаска».

— Я спрашиваю: кто это сделал? — повторила хозяйка.

И маленькая, прехорошенькая, с золотыми кудряшками, девочка рядом со мной горько разрыдалась.

Раньше всех нашлась тётя Мэри. Она схватила «преступницу» и, ласково приговаривая что-то, вынесла её из комнаты, где бережно передала на руки матери. Мне тоже было жалко эту крошку, и всё же я слегка приревновала к ней тётю Мэри.

После чая она сразу же увела меня домой и по дороге сказала:

— Мы дома сами устроим у себя настоящую ёлку!

И, правда. 1928-й год мы встречали с ней вдвоём у нас дома. Родители ушли куда-то встречать Новый год с другими взрослыми.

Я сидела в кресле в гостиной и читала «Телефон» Корнея Чуковского.

Мэри Карловна хлопотала вокруг ёлки, которая и без того была прекрасна: всё добавляла новые украшения. Мне пока не разрешалось к ней подходить.

— Смотри, — сказала тётя Мэри, держа в руках палочки бенгальских огней, от которых пучками рассыпались искры.

Вдруг по стволу ёлки побежал синий огонек. Никогда не забуду, как тётя Мэри хлопала по нему, тщетно пытаясь его потушить, голыми руками. Но огонёк упорно полз кверху, вспыхнула, уже жёлтым пламенем, одна из верхних веток.

— Пожар! — закричала я и ринулась в ванную за водой.

Кажется, мой вопль вывел тётю Мэри из оцепенения. Она схватила с дивана плед и, накинув его на ёлку, потушила огонь. Но пламя уже успело перекинуться на оконную занавеску. Тётя Мэри окатила её водой из лейки, которую я принесла. Но этой воды оказалось мало. Занавеска по-прежнему горела, шипела, чернела. Только, когда тётя Мэри окатила её из ведра, которое сама притащила, пламя погасло. Оно уже успело подобраться к самому потолку…

От пережитого страха я разревелась.

Тётя Мэри заторопила меня:

— Скорей ложись спать!

— Но ведь скоро Новый год! — упиралась я.

Тётя Мэри только рукой махнула.

Утром в квартире ещё пахло гарью, но обгоревшей ёлки в гостиной уже не было. Не было и «пострадавшей» занавески на окне. В большой вазе стояли ёлочные ветки с уцелевшими игрушками на них.

Было видно, что тётя Мэри очень расстроена.

Не знаю, как прошёл её разговор с родителями, когда они вернулись.

За завтраком мы о пожаре не говорили.

А после завтрака тётя Мэри сказала:

— Скорей одеваться!

Вместо прогулки мы поехали в KaDeWe — Kaufhaus des Westens — самый фешенебельный берлинский универмаг.

Я очень любила поездки в KaDeWe. Там было так много интересного — например, эскалаторы между этажами, огромные аквариумы, в которых плавали диковинные рыбы. Некоторые подплывали к стеклу и смотрели мне в глаза. Но самое замечательное: в витринах нижнего этажа «жили» куклы, да, именно, жили. В комфортабельных домиках они пили чай, принимали гостей, танцевали, музицировали. В других витринах куклы мололи зерно или пахали, шагая за плугом. Куклы купались в море, катались на лодках, а в «зимних» витринах — катались на коньках и на санках. И все они двигались непрерывно…

Но на этот раз тётя Мэри не пустила меня ни к рыбам, ни к куклам, хотя очень долго выбирала что-то в отделе тканей, где перед ней без числа громоздились матерчатые валуны…

Дома Мэри Карловна после обеда, с забинтованными от ожогов руками, села за свою швейную машинку «Зингер», а меня услала спать.

Когда я проснулась, на «пострадавшем» окне висела новая занавеска, в точности такая же, как прежняя…