Молодёжь зашумела, а Григорий направил Буяна шагом от компании её подруг. Она подняла глаза и посмотрела на него. Васильковый цвет глаз, щёки румяные от холода или от смущения. И губы красные и слегка припухлые.
— Пусти, дурной. Зашибёшь. Аня меня зовут, Потаповы мы, — как-то тихо произнесла девушка.
— А меня Григорий, — и он крепко поцеловал её в губы, не удержался.
Осторожно опустил Анну с коня на землю и со свистом погнал Буяна по снегу. Анна стояла и смотрела казаку в след. Пальцами она трогала свои губы, до сих пор ощущая вкус поцелуя, запах молодого и сильного мужчины. Она стояла и смотрела задумчиво, когда к ней подбежали подруги и ребята, которые тут же загалдели. Хорохорились молодые парни, дескать надо было всыпать этому нахальному казаку из станицы.
— А кто это был, чей казак? — спросил один из парней.
— Из Марьинских он. А кто таков, точно не знаю, — ответил второй паренёк.
— Аня, разве не узнала его? — спросила Дарья, подруга Анны.
— Нет, — ответила Анна, — задумчиво глядя в сторону, куда уехал казак.
— У вашего Степана кто дружок? Учатся вместе. Прошлым годом перед осенью в отпуск приезжали, вспоминай, — продолжила Дарья.
— У брата Степана друга, Тихоном кличут. Бывал он у нас. Друзья они с детства, — Анна повернулась, вопросительно глядя на Дарью.
— То-то и оно. А это Старший брат Тихона, Григорий. Вчерась слышала, как батька говорил, что у Рытиковых Григорий в отпуск пришёл, по ранению. Воевал он в Маньчжурии, отдыхает после лечения, — пояснила Дарья.
Анна Потапова была из обедневшего дворянского рода. Её отец, Пётр Тимофеевич Потапов, воевал вместе с Рытиковым Василием Кузьмичом на Турецкой войне. Вернулся без одной ноги, оторвало по колено взрывом снаряда. Богатства и так-то не было, а после дела пошатнулись. Отец получал пенсион, да были кое-какие земельные наделы. Имение небольшое находится сразу за селом Куба, не больше версты. Есть и брат у Анны учится в кавалерийском училище вместе с Тимохой Рытиковым. Дружат с детства Степан и Тимофей. Помог поступить в училище брату, старший Рытиков, как никак генерал. Служил отец с генералом. Анне всего семнадцать лет. Хотя матушка говорила, присматриваются казаки к девушке. Ну, а как не присматриваться? Девица красивая да ладная. Хоть и дворянка, но род обедневший. Иные казаки и побогаче живут. Особенно сын местного купца Плетнёва, Роман. Отец Анны говорил матушке, случайно подслушала Аня, что старший Плетнёв намекает, а не пора ли сватов засылать. Плетнёвы разбогатели на продаже и перекупке зерна. Но сейчас стояла Анна и смотрела в сторону, куда ускакал казак Григорий, а сердечко её билось так часто, что гляди выскочит из груди.
Вечером Григорий как бы невзначай, спросил у матери, кто такие Потаповы. Отец услышал.
— Что Гриша, никак девицу Потаповых увидел? Красивая девка, ладная. Знаю я эту семью. С Петром Тимофеевичем в турецкую воевали вместе. Сынок его старший, Степан, с нашим Тимофеем учатся. Да и дружат. Ты его видел не раз. Только внимания не обращал. А Анна ещё младше. Ей сейчас годов семнадцать, не больше. Но в соку девка. Что, сын, присушила? — и Василий Кузьмич засмеялся.
— Понравилась, что правда, то правда, — не стал увиливать Григорий.
— Может сватов заслать? Им породниться с нами за честь будет. А то гляди уведут девку. Такая не кобыла, не застоится в стойле, — старший Рытиков снова засмеялся.
Григорий ничего не сказал, а встал и пошёл в свою комнату. Когда сын вышел генерал продолжил, но тише.
— А что, Аксинья, может нам и вправду оженить Григория? — обратился он к жене.
— Я не возражаю. Потаповы хороший род, хоть и бедный. Разузнаю про дочь ихнюю подробней. Вот только Гриша, захочет ли? — усомнилась Аксинья.
— Захочет, не захочет. Кто его спрашивает? — возразил сурово старший Рытиков.
— Но мы то с тобой Вася по любви под венец пошли, — прибавила Аксинья.
Василий Кузьмич, посмотрел на жену, но ничего не сказал. Решил «Поговорю с Петром. В воскресенье в церкви увидимся».
Анна вернулась после катания на санях домой уже под вечер. Перекусила блинами со сметаной и поднялась в свою светёлку. Из головы никак не уходил Григорий, больше того, когда она думала о нём от груди в низ живота растекалась приятная истома. В который раз она потрогала пальцем губы. Вспомнила какой он сильный, разом подхватил и без труда посадил перед собой на коня, словно она не весит ничего. Как бы ей хотелось, чтобы он приехал завтра на гулянья. А ещё она сможет увидеть его в воскресенье в церкви. Про Рытиковых в округе знали. Старший Рытиков генерал-лейтенант. А вот Григория она раньше не видела или просто не помнит. Но кто она и кто Рытиковы. Захотят ли в невестки бедную дворянку? Нет, на хлебе и воде они не живут. Но и лишнего в доме не бывает. Одевается Анна, как простая казачка. Разве что ткань получше, да чуть подороже. Грамоте правда обучена, батюшка постарался. Степан книжки высылает. Этикету матушка учила, она же научила Анну вальсировать. Только где в их станице вальсы танцевать? Эх, угораздило же этому дурному казаку появиться. А губы девушки невольно шептали «Гришенька», от этого становилось сладко в груди.
В субботу отец Григорию предложил съездить на заячью охоту.
Не кисни. Возьми людей и собак, поезжай в степь, погоняй зайцев.
А и то верно. После завтрака Григорий уехал на охоту. Развеялся, охота подняла настроение. Возвращались после полудня. И решил Григорий заехать в село Куба, может получится встретить Анну. А то вчера ускакал, а зачем и почему сам не понял. Поцеловал девушку и сбежал, стыдоба. Въехав на поселковую площадь, увидел девушек и парней, которые веселились здесь же. Григорий разглядел Анну и уже было собрался подъехать к ней, как его окликнули. У станичной избы стояли пожилые казаки. Они и обращались к нему. Проехать мимо выказать неуважение.
— Доброго здоровья, господа казаки, — Григорий спешился с коня.
— И вам, Григорий Васильевич, доброго здоровья, — хором поздоровались казаки.
— Григорий Васильевич, говорят вы до подъесаула дослужились?
— Так и есть, дядька Степан, — ответил Гриша.