Сато-сан подошел к нам, я представил ему Мидори.
— А, ну конечно! — воскликнул он, сунул руку под стойку и извлек компакт-диск Мидори.
Та взмолилась, чтобы он его не ставил.
— Что порекомендуете сегодня? — спросил я.
Сато-сан совершил четыре паломничества на юг Шотландии. Он познакомил меня с сортами виски, которых в Японии нигде больше не сыщешь.
Сато-сан улыбнулся и взял бутылку без этикетки, стоявшую перед зеркалом бара.
— «Ардбег», сорокалетней выдержки, — пояснил он. — С южного берега Айла. Держу в простой бутылке, потому что любой, кто узнает его, может попытаться спереть.
Он извлек два стакана, налил в них по двойной порции бронзоватой жидкости и закупорил бутылку.
— Особенность этого виски — гармоничность букета, — сказал он, голос его был негромок и серьезен. — В нем присутствуют торф, дымок и соленый запах моря. Этому сорту требуется, как и любой личности, сорок лет, чтобы реализовать то, что заложено в его характере. Прошу вас, наслаждайтесь.
Он поклонился и отошел к другому концу стойки.
— Даже пить страшно, — сказала Мидори.
— Сато-сан всегда прочитывает небольшую лекцию о том, что тебе предстоит испытать.
Мы чокнулись и выпили. Мидори, помолчав, сказала:
— Вау, как хорошо! Словно нежная ласка.
— Как и звуки вашей музыки.
Она улыбнулась.
— Мне очень понравился прошлый наш разговор, — сказала она. — Я хотела бы услышать побольше о вашем опыте взросления в двух мирах.
Она была хорошей слушательницей, и это затрудняло мне сбор информации.
— Моим домом стал городок на севере штата Нью-Йорк. Мама отвезла меня туда после смерти отца, ей хотелось жить поближе к своим родителям, — начал я.
— А в Японии вы после этого бывали?
— Время от времени. По программе обмена старшеклассниками я провел целый триместр в японской школе.
— И как вам этот триместр показался?
Я пожал плечами. Некоторые из тогдашних воспоминаний ничего приятного в себе не содержали.
— Вы же знаете, каково это — возвращаться. Если ты обычный японский мальчишка, обзаведшийся американским акцентом, это уже достаточно плохо. А если ты еще и американец наполовину, то на тебя смотрят просто как на урода.
Я увидел в ее глазах сочувствие и оттого ощутил себя вдвойне мерзавцем.
— Вам, должно быть, было нелегко.
Я махнул рукой — дескать, ничего.
— А после школы?
— А после школы был Вьетнам.
— Вы были во Вьетнаме? Для этого вы слишком молодо выглядите.