– Это вы к тому, что он всё время был на глазах и у него просто не нашлось бы времени тайком спрятать камень?
– Именно так, сэр. Он тоже настоял, чтобы в отношении него был произведен самый строгий досмотр. Даже если предположить, что он наспех спрятал камень где-то в лавке и только потом выскочил на улицу…
– Лавку вы, конечно, перерыли вверх дном?
– Разумеется, сэр. Он не мог так рисковать.
– Но если нашлись те, кто видел его выбегающим из лавки, эти же лица должны были заметить предполагаемого вора, разве не так? – спросил я. – Ведь путь у похитителя мог быть только один – тот же самый. И воспользовался он им за считаные секунды до секретаря.
– Я тоже так считаю, сэр.
– Но, как я понимаю, таких свидетельств нет?
– Нет, сэр.
– Вы что-то говорили насчет давнего знакомства Хорнера и Окшотт. Есть ли смысл здесь покопаться?
– Не знаю, сэр. Если вы настаиваете… Кстати, он должен прийти к ней и завтра.
– Зачем?
– Рождество, сэр! – Гуайр заулыбался так, будто наступило время поздравлений. – Она держит для него гуся. Между прочим, самого лучшего.
– Да ну! Вот я как раз об этом. Любопытные у них отношения, не находите?
– Еще более, чем вы думаете. По крайней мере, на первый взгляд.
– Вы о чем, сержант?
– О том, что она замужем. У нее вполне толковый муж. Колин Окшотт держит небольшую конюшню и сдает в аренду лошадей с экипажами для извоза. Так что ее дружба с Хорнером и впрямь может показаться странной.
– Но вам уже так не кажется?
– Да, сэр. Там всё чисто. Они знакомы с детства. Выросли в одних местах. Мэгги когда-то была не прочь связать с Хорнером судьбу, но он пошел по наклонной. Она заявила ему, что такая жизнь не по ней. Она честная женщина и всю жизнь достойно трудилась. А он то крал, то отбывал очередное наказание. Но они поддерживали дружбу. После очередного освобождения он навещал ее, справлялся, как у нее дела. Она журила его, всё пыталась вправить ему мозги. Потом она вышла замуж, но их привязанность сохранилась. Если хотите мое мнение, ничего тут плохого нет. Она просто не может забыть своего детского дружка, тем более что он вроде решил остепениться. Во всяком случае, так ее заверил.
– Меня смущает вот что, – перешел я к тому, что показалось мне самым странным в рассказе сержанта. – Если всё решала быстрота, разве не проще было умыкнуть футляр, чем открывать его и извлекать камень?
– Логично. Но камень легче спрятать на себе. Проглотить, в крайнем случае. А футляр…
– От него можно было избавиться позднее, проходя через лавку. Зачем было практически при Кьюсеке потрошить не только несессер, но и футляр?
– Я тоже задавался таким вопросом, сэр. Потому и говорю, что мне эта история не нравится. Не в том смысле, что преступник ускользнул…
– А в том, что вы сомневаетесь, был ли он вообще?
– Вроде того. Потому и говорю, сэр: темное дело. Хотелось бы знать, кто решил нас порадовать таким подарочком на Рождество.
Глава тридцать вторая, в которой доктор Уотсон приобретает полезные навыки
12 декабря 1891 г.
– Мистер Холмс, поздравьте меня! – закричал мистер Кьюсек прямо с порога, как только миссис Хадсон распахнула пред ним дверь гостиной. – Я придумал, как решить нашу задачу.
– О том, чтобы перенести место действия подальше от номера леди Моркар?
– Да! Причем перенести только в представлении окружающих и полиции. Секрет фокуса будет известен только нам.
– Любопытно.