Четвёртые войны пустыни: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Разумеется.

— Всегда есть средство передачи больших сумм денег или приобретения власти,— сказала она.— Я говорю не о той власти, которая правит фабриками, но о той, которая правит людьми.

— И которая всегда называется правительство или общество, или цивилизация,— сказал Тег.

— Я подозревала, что ты окажешься очень разумным,— высказалась она; отодвинула стул и села, но не предложила сесть Тегу.

— Я думаю о себе, как о банкире. Это сразу отсекает множество грязных и обескураживающих околичностей.

Тег не ответил. В этом, похоже, не было нужды. Он продолжал ее внимательно разглядывать.

— Почему ты так на меня смотришь? — осведомилась она.

— Я не ожидал, что ты окажешься такой старой,— сказал он.

— Хе-хе-хе. У нас для тебя много сюрпризов, башар. Может быть, попоздней Преподобная Черница помоложе и пробормочет тебе свое имя, чтобы пометить тебя. Восхвали Дура, если это произойдет.

Он кивнул, поняв не очень много из сказанного ей.

— Это к тому же еще и очень старое здание,— сказала она.— Я наблюдала за тобой, когда ты в него вошел. Оно тебя тоже удивило?

— Нет.

— Это здание в основе своей остается без изменений несколько тысяч лет. Оно построено из материалов, которые продержатся еще намного дольше.

Он взглянул на стол.

— О нет, это дерево. Но под этим есть поластин, полазы и пормабат. Три ПО, которые никогда не подводят, если только необходимость их требует.

Тег промолчал.

— Необходимость,— сказала она.— Возражаешь ли ты против каких-либо необходимых вещей, которые были с тобой сделаны?

— Мои возражения не играют никакой роли,— сказал он.

Куда же она гнет? Изучает его, конечно. Точно так же, как он изучает ее.

— По-твоему, другие возражали когда-либо против того, что ты им делал?

— Несомненно.

— Ты прирожденный полководец, башар. Думаю, ты будешь для нас очень ценен.

— Я всегда думал, что больше всего ценен для самого себя.

— Башар! Посмотри мне в глаза!

Он повиновался, увидел крохотные оранжевые крапинки, блуждавшие в ее белках. Ощущение опасности стало острым.

— Если ты когда-нибудь увидишь мои глаза полностью оранжевыми — берегись! — сказала она.— Это значит, что ты оскорбил меня так, что я этого уже больше не способна выносить.

Он кивнул.

— Мне понравится, если ты сумеешь командовать, но ты не должен командовать мной! Ты командуешь грязью, это единственное назначение для таких, как ты.

— Грязью?

Она махнула рукой.