Мы всегда так боимся выглядеть уязвимыми. Как будто, расписавшись в своей неуверенности и страхах, мы тут же будем признаны недостойными. Вместо этого мы выпячиваем грудь колесом и устраиваем шоу. И не дай бог, чтобы кто-то из нас в какой-то момент признался, что все это – лишь ширма.
Спустя полчаса Гейдж выслал мне синопсис. Он был перегружен всякими заумными словечками, но я не был зол. Гейдж выполнил мою просьбу. Это был важный момент. Казалось, что мы сделали шаг навстречу друг другу.
Я быстро написал ответное письмо: «Спасибо. Можешь прислать версию, которая будет понятна кому-нибудь, кроме тебя?»
Логично было бы предположить, что писатель должен лучше других уметь формулировать мысли в письмах. В моей голове это письмо звучало примерно так: «Спасибо большое. Давай теперь сделаем версию, написанную более доступным языком». Но все остальные прочитали в этом: «Ну спасибо, хоть что-то отправил. Теперь можешь написать что-нибудь достойное?»
Сразу несколько человек обступили мой стол, пытаясь выяснить, зачем я отправил это письмо. Когда я понял, как это выглядело со стороны, то сразу же рассыпался в извинениях. Но было уже слишком поздно. Я стал помехой для творческого процесса. После разговора с Лисом было решено: ноги моей больше не будет на обсуждениях сюжета BioShock 2.
– Ты словно рак, – сказала Лили.
– Объяснись, – я поднял со стола свою голову, которую в знак поддержки вылизывал пес Лили – Креп Сюзетт. Крошечная длинношерстная такса вполне могла спокойно забираться к Лили на стол и никому не мешать.
– Когда ты находишь что-нибудь, что тебе не нравится, то позволяешь этому сожрать себя без остатка. А когда встречаешь счастливого человека, то начинаешь транслировать ему свои проблемы, пока он не окажется в таком же жалком положении, что и ты.
Я улыбнулся:
– Это верно. Мне приятно видеть, как с лица людей сползает улыбка.
Лили Роуз Флауэрс была нашим комьюнити-менеджером, а потому выступала связующим звеном между разработчиками и геймерами. Ее задачей было наладить диалог между компанией и потребителем, организуя разные мероприятия, промоконцерты и так называемые ARG – игры в альтернативной реальности. Все это помогало игрокам почувствовать, будто они всерьез вовлечены в развитие любимой франшизы.
Родители Лили почему-то наградили ее целым букетом вместо имени. Причину так и не объяснили, а она не смогла их за это простить. К их чести, родители относились к этому с пониманием. Жизнь под именем Лили Роуз приучила ее к разным колкостям. Она была моей сестрой по ненависти. Когда мне нужно было выговориться или пореветь, она была готова нырнуть в любое море из дерьма, если я в нем уже плавал.
Но этот случай даже для нее оказался перебором.
– Сейчас ты ведешь себя совершенно как рак. Надеюсь, ты это понимаешь.
Я пожал плечами:
– Гейдж – тиран, проталкивающий свой нарратив, он не способен воспринять мою адекватную критику. Теперь я переживаю, что игра выйдет и станет очень успешной.
– Это же мечта.
– Разве? В смысле… Мы все хотим, чтобы наши игры были успешными, но в таком случае, что это скажет обо мне? Я настолько растерял хватку, что даже не могу отличить хорошую игру от плохой? Мне так-то не хочется, чтобы игра провалилась. И в то же время немного хочется.
Лили посмотрела на меня искоса и покачала головой:
– Брось ты это все. Перестань быть раком.
В следующую пятницу я зашел в кабинет Лиса и бросил ему на стол стопку бумаг.
– Я переписал весь сценарий BioShock 2. Это все рекомендации, которые я могу дать. Используйте их, если хотите. А с меня довольно.
Я бросил это все. Бросил, как гранату.
Спустя неделю Лис вызвал меня к себе.
– Я считаю правильным воздать должное человеческим стараниям в подходящих для этого обстоятельствах. – Он достал мой сценарий из ящика стола и пролистал страницы. – У тебя получился очень хороший сценарий. Мы бы ни за что на свете не использовали его в игре, но я хочу, чтобы ты это знал.
– Ну и нахуя, мужик? – Меня все еще распирало от самоуверенности, я оседлал волну праведного негодования.
Он бросил сценарий обратно в ящик и резко его захлопнул.
– Почему ты так себя ведешь? Я сделал тебе комплимент, а ты сразу же принимаешь боевую стойку.
– Какой это комплимент? Твой сценарий настолько хорош, что мы выкинули его на помойку?
– Такое случается с каждой игрой, – ответил он. – Я считаю, что ты должен быть сценаристом, но не в твоей компетенции указывать разработчикам, что и как делать. Студия должна сохранять творческий контроль над своей игрой.