На том и порешили.
— Серега! — глаза Антона сияли. — Меня переводят в Москву. Ротным.
— Неужели получилось?
— Приказ уже пришел. Через три дня отбываю. Боялся, что ты до отъезда вернуться не успеешь.
— Успел, как видишь. Там пиво наше еще осталось?
— Целый ящик, кто же его пил?
— На этот раз выпьем. Мне с собой дядя Петя лещей вяленых дал — на закуску в самый раз.
На отвальную к Антону неожиданно собралась вся общага. Накрыли столы. Привезенные лещи с пивом исчезли так же быстро, как появились. Им на смену пришли другие закуски и другие напитки. Каждый делился, чем мог. А на десерт с кухни притащили на противне гигантскую шарлотку: яблок в этом году было завались и командир РМО еще днем попросил поваров не ударить в грязь лицом.
Разошлись далеко за полночь. Шутов вернулся в их гарнизонную квартиру. За окном накрапывал дождь. Дочурка спала сладким сном, инквизиторская распорка осталась в чемодане. Сергей тихонько поцеловал пушистые ресницы. Рядом лежала ее любимая игрушка с шариком на веревочках; когда ее крутили, деревянные курочки, собравшись кружком, весело клевали что-то у себя под ногами. Игрушку подарил Антон, мотался за ней на другой конец Москвы — в Измайлово.
Вот и Антон уезжает. С кем теперь бегать кроссы, смотреть видик, спарринговать? Сабит? Ему интереснее покорять сердца, да и свой отпуск на носу. Сергей долго ворочался в кровати, вспоминая, как все лето они с Антоном бегали с тяжелыми рюкзаками через лес возле части, травя анекдоты, — а потом пришел дед, сел за стол и раскрыл газету.
У Сергея от радости захватило дух: дед-то, оказывается, вовсе не умер!
— Что пишут, дедушка? — он приподнялся на локте.
— Про героев пишут. Война-то идет и идет! Вишь, портретов сколько!
— А про меня там пишут?
— Тебе покамест учиться надо. Еще целый год. К экзаменам готовиться. Ты уж там меня не подведи.
Дед сложил газету, придвинул к себе подстаканник, допил чай.
— Давай, Серега, спать. Завтра в школу.
— Спокойной ночи, дедушка! — во сне прошептал Сергей.
— Ездили сегодня к врачу. — Света повесила мокрый плащ у входа и скинула резиновые сапоги. — Врач посмотрела, сказала, что все у нас в порядке.
— И распорка эта не нужна?
— Сказала, ничего не нужно.
— Ну и хорошо, а то вон сколько ее мучили — да и тебя тоже.
— И меня, и тебя, — улыбнулась Света. — Пойду руки мыть. Наташку кормить пора.
Она вышла в коридор, а Сергей все смотрел на дочь. Они улыбались друг другу.
— Я сегодня был у особиста, — с порога выпалил Сергей. Его глаза горели, на щеках выступил румянец.
— Да что ты, Сережа! Что случилось? — всплеснула руками жена.
— Решил пойти напролом. Что мне терять? Рассказал ему, что хочу в «Альфу».
— А что он?
— Представляешь, оказался отличный мужик. Обещал через начальника отдела похлопотать, чтобы меня в комитетскую школу направили. Там учиться год. Потом обратно в часть. Но так я уже буду в структуре, перевестись намного легче.
— А где эта школа?