К весне заботы о жене вытеснили у Сергея из головы все остальные раздумья. Он мотался в город — то за распашонками и пеленками, то за железом, кальцием и всякими витаминами, то за сосками, присыпками и прочей мелочевкой, которая стремительно заполняла полки шкафа. Коляску им подарила жена старшины, а детскую кроватку — деревянную, еще старой работы — неожиданно привез Антон, каким-то чудом запихнув ее в люльку отцовского «Урала», который восстановил за время отпуска. «Наши соседи в Дубне одолжили, — сообщил он. — У них уже трое ребят в ней выросли. Хорошая кровать!»
Шутовым выделили квартирку в военном городке, и Сергей по вечерам занимался ремонтом: чинил розетки, переклеивал обои, перестилал на кухне линолеум.
Света сдавала анализы, ездила на консультации, а в конце мая легла на сохранение. К счастью, роды прошли благополучно, и через несколько дней Шутов отправился в роддом забирать жену с дочуркой. Родилась она с темными волосами.
Вечером Антон притащил ящик пива.
— Серега, принимай выигрыш! — крикнул он с порога.
— Тише, ребенка разбудишь, — шепнула Света. — Ты зачем пиво принес?
— Да мы с ним еще осенью поспорили: рыжим ребенок родится или нет? Я проиграл.
— Вы бы лучше на ящик молока поспорили. Тоже мне выпивохи! Сами пиво не очень-то пьете. Несите-ка его отсюда, чтобы под ногами не мешалось.
Пиво решили попробовать вечером у Антона. Когда Сергей зашел к нему в комнату, тот сидел, уткнувшись в экран телевизора (видеодвойку они накануне перетащили к нему).
— Ты чего залип? — удивился Сергей. Обычно Антон включал телевизор только по выходным, предпочитая кассеты эфиру.
— Теракт в Ставропольском крае, в Буденновске. Нападение на райотдел милиции.
Шутов впился глазами в экран. Ставропольский край граничил с его родной Адыгеей. Он прикинул: от Буденновска до Майкопа было чуть больше трехсот километров.
— Что еще сказали? — спросил Сергей, когда выпуск новостей закончился.
— Что чехов около сотни, приехали днем на двух КамАЗах, взяли несколько десятков заложников. Сейчас отступают к границе с Чечней.
На следующий день стало ясно, что это неправда. Боевики никуда не отступали, а закрепились в здании захваченной ими больницы, куда согнали толпу заложников. Сколько было бандитов и сколько заложников, тогда еще не мог сказать никто. Репортажи шли один за другим, и с каждым из них все отчетливее проступал масштаб трагедии. Трагедии, которой не знала мировая история: почти две сотни боевиков удерживали две тысячи заложников, среди которых было много женщин и детей.
Глава отряда Басаев[27] пригласил журналистов на пресс-конференцию, где выдвинул политические требования: признать независимость Чечни и вывести оттуда российские войска. Коридоры больницы были забиты людьми — больными и захваченными в городе заложниками; среди них мелькали боевики, увешанные оружием. Эти кадры страна увидела на третий день — 16 июня.
Все в части переживали случившееся и старались не пропустить ни одного выпуска новостей. Сергей снова не расставался с радиоприемником, но телевизионная картинка передавала события лучше всяких слов. Город наводнили войска и бронетехника. Больница была блокирована. Жители собирались на стихийные митинги, просили силовиков не штурмовать здание.
— Антон, сегодня передали, что в городе группы по борьбе с терроризмом[28]. Это точно «Альфа». Как думаешь, что они предпримут? — спросил Сергей.
— Не знаю. И думаю, никто этого не знает. Иначе какая же это спецоперация, если ее можно просчитать? Потерпи, скоро увидим.
Ждать пришлось недолго. Уже на следующий день слова «Альфа» и «штурм» мелькали во всех новостях.
— Антон, ты слышал? Утром был штурм! Продолжался четыре часа. Трое из «Альфы» погибли! Сто пятьдесят заложников освободили.
— Подожди, Серега. Не верится мне что-то. В новостях сказали, что по больнице стреляли из «Шилки»[29] и гранатометов. По-моему, они все перепутали. Не могло такого быть: там же людей битком. Да и зачем тогда «Альфа»?
— А ты не знаешь, Даня и Саша — там?
— Не знаю, Серега. Завтра поеду в город, попробую позвонить.
Из города Богданов не вернулся. Сергей зашел к Сабиту, но тот только руками развел: Антон еще днем укатил на мотоцикле и с тех пор не появлялся. Мотоцикла на месте не было.
— Сережа, ты чего не спишь? — спросила его Света. — Что-то случилось?
— Антон пропал. Уехал на мотоцикле. А я даже не знаю куда.
— Попроси дежурного, позвони ему домой.
— Вряд ли он дома. С чего бы? Только родных растревожу.
— Тогда постарайся заснуть. Нервами делу не поможешь. Завтра понедельник, день хлопотный.
[27] Шамиль Салманович Басаев (1965 – 2006) – чеченский сепаратист, военачальник непризнанной Чеченской Республики Ичкерия, террорист.
[28] Об этом упомянул президент Ельцин в интервью, которое он дал в аэропорту перед отлетом в Галифакс на встречу большой семерки. Репортаж был показан 16 июня 1995 года.
[29] ЗСУ-23‑4 «Шилка» – зенитная самоходная установка со счетверенной автоматической 23‑мм пушкой. Темп стрельбы – 3400 выстрелов в минуту.