— Понятия не имею, Деррмид, — Гленард развел руками. — Встречаюсь, разговариваю, узнаю обстановку. Там буду думать. Может, попробую сделать так, что Император для меня специальное место в совете создаст. А может, попробую занять место Канцлера.
— Вот как? А что ты собираешься делать с Дугалом?
— А что я могу собираться с ним сделать? Канцлера назначает Император, как и всех других советников, вот он пусть и решает.
— Хм, понятно. И именно в этих целях ты тайно встречался с полковниками Тайной Стражи у Галиссы в поместье?
«Вот как, он и об этом знает… Спокойно, Гленард, спокойно».
— Да, именно в этих. Мне не помешает поддержка Тайной Стражи в борьбе за пост в Императорском Совете. Да и друзей увидеть хотелось.
— Печально…
— Что именно, Деррмид?
— Что ты на ту встречу не пригласил меня. Значит, ты или считаешь меня бесполезным в твоей политической игре, либо не считаешь меня другом, либо и то, и другое. И это обидно, на самом деле, после всех лет, что мы с тобой воевали вместе против врагов Империи. Либо…
— Либо что?
— Либо ты говоришь мне неправду, и на самом деле вы с моими коллегами задумали какой-то заговор, в который не захотели включать меня. Потому что я, как бы, как раз-таки и должен с такими заговорами бороться.
— Это серьезное обвинение, Деррмид. При всем уважении к нашей дружбе, такими вещами лучше не шутить, если у тебя нет против меня серьезных доказательств. Ты хочешь обвинить меня в чем-то?
— Нет, — полковник пожал плечами. — Пока нет. Пока что я просто хочу понимать, какой ветер дует в твои паруса.
— Очень поэтично, Деррмид. Мне бы самому это понимать. Честно говоря, я не слишком доволен тем, что происходит в Империи в последнее время. Ты же слышал о предложениях Дугала и Алоиза?
— Конечно, слышал. И как ты к ним относишься?
— Мне лично они не нравятся. Я считаю, что они разрушают Империю. Но я следую пожеланиям Императора. Ему же решать, в конце концов. А что думаешь ты?
— А что мне думать, Гленард? Как Император решит, так я и буду думать. Мое дело простое — ловить тех, кто замышляет что-то плохое против Императора.
— Когда я создавал твою должность, Деррмид, я, честно говоря, думал, что ты будешь бороться с теми, кто замышляет что-то плохое против Империи.
— А есть разница, Гленард?
— А как ты сам думаешь, Деррмид? Если кто-то формально поддерживает Императора, но своими действиями разрушает всю Империю, является ли он врагом Империи или нет? Должен ли ты с ним бороться или нет?
— Ты имеешь в виду Дугала?
— Да. И его, и Алоиза, и Власлава, и всех тех, кто сейчас пытается растащить Империю на части, выдоить ее, сжечь ее дотла ради того, чтобы набить свои карманы.
— Так ты хочешь скинуть Дугала, Гленард?
— Я этого не говорил, Деррмид. Не надо меня ловить на слове. Я говорил, что мне не нравятся предложения Дугала и Алоиза, но я следую пожеланиям и мыслям Императора. И я лишь предложил тебе задуматься, что тебе самому следует делать в ситуации, когда кто-то лоялен Императору, но разрушает Империю. Ничего больше.
— Жаль. Я думал, что намечается что-то серьезное, и хотел попросить принять меня в круг заговорщиков. На правах старого друга.
— Заговорщиков? Не думаю, что стоит произносить это слово, тем более применительно ко мне. Это всё-таки прямое обвинение. Если у тебя есть, что мне предъявить, какие-то конкретные серьезные улики, то давай, предъявляй обвинение и вези меня в Айрбен или во Дворец, как угодно. Пусть Миэльори и Славий решают мою судьбу. Если нет, то я благодарю тебя за угощение и отправляюсь обратно домой.
Деррмид молчал несколько минут, задумчиво рассматривая вино в своем бокал.
— Как жаль, — через некоторое время печально вздохнул он. — Как жаль, что мы с тобой своими руками построили в Тайной Страже такую систему постоянного взаимного недоверия, что даже старые добрые друзья, сидящие на самой вершине башен Стражи, не могут говорить откровенно.
— Увы, пожалуй, ты прав. Мне хочется говорить с тобой, как с другом. Но ни ты, ни я, не можем игнорировать тот факт, что ты глава политического сыска Империи, а я герцог Империи и, по мнению Дугала и Миэльори, потенциальный враг Империи. Увы.
— Тогда я начну говорить откровенно, Гленард. Кто-то же должен. Я признаюсь, что мне категорически не нравится происходящее в Империи. Мне не нравится то, что делает Дугал, то, что делают южные герцоги, то, как на это реагирует Император. Я считаю, что Дугал должен уйти. Любым путем. Я считаю, что ты тоже это понимаешь. Зная тебя, и сопоставляя факты, я считаю, что ты что-то замышляешь для того, чтобы убрать Дугала. Вероятно, какой-то заговор, восстание, силовой вариант, раз уж ты встречался с другими полковниками и Рэнальфом. Я хочу присоединиться к этому заговору. Я верю в тебя и не верю в Дугала. Я могу и хочу тебе помочь. Вот тебе откровенность.