«"Фантастика 2023-150". Компиляция. Книги 1-22»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Нашли?

— Не сразу. Мы сначала решили, что они поедут домой к баронессе, и направились туда. Но когда мы, наконец, туда добрались, ни кареты, ни Долэнны там не было. То, что экипажа нет, я и сам видел, а то, что нет Доброй матушки, мне сказал Галхар. Он вроде как не чувствовал отпечаток ее личности.

— Это еще что такое? — Гленард повернулся к Галхару.

— Тебе же рассказывали про Сферы? — варх вопросительно посмотрел на Гленарда, тот кивнул. — Отпечаток личности это фактически то, как выглядит Сфера человека, ее эмоциональная картина. Я не могу видеть ее у всех, но Добрая матушка меня так поразила, что ее я запомнил. Когда мы приблизились к ее дому, я не почувствовал ее там. Зато почувствовал совсем в другом месте.

— Вот-вот, — продолжил рассказывать Крейган. — Галхар сказал, что чувствует ее недалеко на юго-востоке, ближе к стенам самого замка. Мы пошли туда. Пришлось покружить и разок ответить на неудобные вопросы городской стражи, но в итоге мы попали к какому-то дому, на вид небедному. За воротами мы увидели тот самый экипаж, хотя дом производил впечатление пустого — ни свечи в окне, ни движения. Только темнота за закрытыми ставнями.

— Полезли внутрь?

— Конечно. Пришлось постараться, чтобы не пораниться о шипы наверху забора, но обошлось без порезов. Пробрались к дому, постарались открыть заднюю дверь. Не получилось, была закрыта на засов изнутри. То же самое и с передней дверью. Но нам повезло — одна из толстых веток дерева в саду вплотную подходила к одному из окон второго этажа, не закрытому ставнями. Само окно было заперто, но мне удалось просунуть кинжал между створками и отодвинуть защелку. В общем, не без труда, но внутрь мы попали.

— И что внутри? — Гленард с интересом наклонился вперед.

— Темнота, тишина. Прошлись по комнатам — никого и ничего подозрительного. Галхар показывает вниз — спустились на первый этаж. Тоже сначала ничего, а потом услышали какой-то приглушенный крик. Галхар снова показывает вниз. Стали искать спуск в подвал. По следам в пыли на полу нашли в гостиной шкаф, который удалось сдвинуть. За ним оказалась дверь. Мы ее открыли и спустились по лестнице вниз, навстречу крикам. В конце спуска уперлись еще в одну дверь, за ней свет, но в замочную скважину ничего не разглядишь. Встал вопрос — врываться самим, на свой страх и риск, или позвать патруль городской стражи. Я был за стражу, Галхар хотел решить всё быстро, я колебался, поскольку не был уверен, сколько людей за дверью — по шагам и голосам мне казалось, что не меньше четырех мужчин плюс баронесса. Кричал ребенок, причем не один. Мы колебались и шепотом совещались, но тут снова раздался крик, какой-то очень надрывный, и я сдался.

— Ну, судя по тому, что вы здесь живы и здоровы, вы победили.

— Именно. Хотя было непросто. Мы ворвались внутрь, выбив дверь. Людей там оказалось гораздо больше, чем мы ожидали. Помимо баронессы, двух ее охранников и кучера там оказалось еще две женщины и восемь мужчин. Оказалось, что мы попали в большой подвал с кирпичными сводчатыми потолками, который простирался чуть ли не под всем садом. Подвал был ярко освещен факелами и свечами, а в нем… Гленард, там была настоящая комната пыток, чуть ли не круче, чем у нас здесь, в Доме Тайной Стражи! Там же было четверо детей, все около десяти — двенадцати лет. Все голые, прикованные к каким-то деревянным конструкциям. Две девочки, два мальчика. Одного мальчика пытали клещами и тисками. Девочку прижигали железом — это она кричала больше всего. Остальных двоих насиловали.

— Демоновы яйца! — потрясенно воскликнул Гленард.

— Они, взрослые то есть, еще и что-то распевали при этом. Сами они были кто совсем голый, кто полураздетый, в каких-то звериных масках. Одна из женщин, кстати, в момент нашего появления совокуплялась сразу с двумя мужчинами. В общем, то, в каком они были виде и чем занимались, нам помогло — ни у кого из них не было при себе оружия. Одежда и оружие были свалены по углам подвала. Но было весело. Мы стояли у двери, не давая им сбежать, и отражали вдвоем с Галхаром атаки голых людей, сначала с пыточными инструментами в руках, кто что успел схватить, а потом уже и с оружием, когда они до него добрались. Пришлось попотеть, но Галхар молодец. Я не знаю, как он это делает, но он их вводил в ступор, а потом бил своей палкой по голове, отправляя в обморок. Если вспомнить всё это и представить со стороны, то даже и смешно, наверное, всё это выглядело, если не брать в расчет обстоятельства.

— И что в итоге?

— Одного охранника я убил, двое тяжелораненых. Две женщины и один мужчина, оставшиеся на ногах, сдались. Остальных, включая четверых легкораненых, временно успокоил Галхар. Мы с ним не пострадали. Всех связали, детей освободили, прикрыли и тоже связали, чтобы не убежали, не дав показания. Поднялись наверх, позвали городскую стражу, послали за капитаном Стейном. Он как увидел, кого мы арестовали и при каких обстоятельствах, так у него чуть глаза на лоб не вылезли.

— И кто же это был?

— Ну, понятно, что баронесса Долэнна ан Койнних, барон Филиб ан Койнних тоже там был. И остальные, кроме двух охранников и кучера, тоже бароны и баронессы Мерфрайна. Один из них даже граф. Вот список.

— Ого, — Гленард пробежал глазами переданный Крейганом листок. — Просто извращенцы или религиозный культ?

— Что-то среднее. Вроде, там была какая-то религиозная основа, но основная цель у всех была получить наслаждение от мучений детишек и от секса с ними и друг с другом. Там всё сложно, Гленард. У Галхара глаза на лоб лезли, когда он их допрашивал, да и у меня тоже. Они трахались не только с детьми, они все перетрахали друг друга всеми возможными способами, причем не только мужчины женщин, но и мужчины друг с другом, и женщины. Сначала с этого и начинали, а потом им стало мало. Долэнна привела кого-то из своих сирот, им всем эта идея понравилась. Добрая матушка нам, кстати, наврала. Из ее приюта пропали не двое детей, а почти три десятка. Просто некоторых сирот к ней приводили, и они тут же исчезали в ее подвале, их никто не успевал запомнить или записать в бумаги. Сначала дети у них были вроде парадного блюда. Потом они придумали их не просто насиловать, но еще и мучить. Потом стало мало, захотели еще, еще и еще. А потом не могли остановиться, даже понимая опасность привлечь к себе внимания. Напротив, эта опасность их еще больше раззадоривала. Ну, и доигрались в итоге, хотя были уверены в своей полной безопасности, в том числе, и из-за своего благородного происхождения.

— О, Боги! Люди не перестают меня поражать… — Гленард тяжело вздохнул и скрестил руки на груди. — Что они делали с детьми потом?

— В саду мы нашли много могил… — Крейган опустил голову.

— Мда… Даже не знаю, что сказать. Меня непросто поразить, ты знаешь, — Гленард помолчал. — Ладно. Где эти уроды теперь?

— Пока в Таргаране, в тюрьме замка. Мы не решились их оттуда вывозить малыми силами. Толпа их разорвет.

— Хорошо, — Гленард кивнул. — Я доложу Его Величеству. Он решит, что с ними делать. Они люди благородные, судить их должен Император. Я буду предлагать их всех жестоко казнить. Часть в Таргаране, чтобы успокоить людей, часть здесь, в Рогтайхе, чтобы добрые люди наглядно увидели, от чего их защищает Тайная Стража. А что решит Император — на то воля Богов.

— Одобряю, — Крейган улыбнулся. — Разрешишь нам с Галхаром идти? Устали немного с дороги.

— Ты иди, — согласился Гленард. — Спасибо тебе! Завтра нужен письменный отчет, пусть мой секретарь твой рассказ запишет. Галхар, останься, пожалуйста, на минуту.

— Хорошо, Гленард, — кивнул варх.

— Слава Империи! — Крейган встал, стукнул себя кулаком по груди и вышел.

— Нам с тобой еще не удалось обсудить Элайну, — Гленард откинулся на спинку кресла. — До этой поездки тебе удалось что-то о ней узнать?

— Немного, Гленард. Она рассказала о происшествии в ее детстве, когда впервые появились ее необычные способности. Кстати, это расследование в Таргаране мне его напомнило. Она выросла на севере Плотхавта, в небольшой деревне. Ее мать была травницей. Однажды, в возрасте одиннадцати лет, Элайна отправилась в лес собирать травы. Там ее похитили. Обстоятельств похищения и того, что было после этого, она не помнит. Помнит только, что было страшно, очень больно и что она была прикована к чему-то. Сколько это продолжалось, и что конкретно с ней делали, она не знает, но это было не меньше нескольких недель, судя по рассказам после ее возвращения. И, что удивительно, ее девственность осталась нетронутой.