Стреноженная Россия: политико-экономический портрет ельцинизма: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Ан нет. Еще 9 декабря 1992 г. Б. Ельцин вновь внес на пост председателя правительства кандидатуру Е. Гайдара и пытался «протаранить» его избрание на безальтернативной основе, убеждая в этом руководителей фракций. Однако кандидатура Е. Гайдара Съездом была отвергнута: за назначение проголосовало 467 народных депутатов, против – 486. Для утверждения было необходимо набрать 521 голос.

Помню, как во время конфронтации Б. Ельцина со Съездом по поводу Е. Гайдара и его правительства на вечернем заседании 10 декабря 1992 г. Ю. Лужков активно поддерживал президента[468]. Он выступил с обвинениями в адрес Съезда, говоря, что этот Съезд – реакционный, поскольку якобы «выступает против реформ». Низко преклоняясь перед своим работодателем,

Ю. Лужков, в частности, считал, что правительству Ельцина – Гайдара удалось «заставить рубль работать».

Не верю, что Ю. Лужков не понимал, что нельзя было заставить «работать» то, чего у большинства народа и предприятий реального сектора экономики просто не было. Для убедительности и устрашения народных депутатов РСФСР Ю. Лужков даже организовал в поддержку Б. Ельцина акцию водителей большегрузных автомобилей – грузовики демонстративно с включенными звуковыми сигналами объехали вокруг Кремля сразу же после выступления президента на Съезде с угрозами в адрес народных депутатов. Уж как позднее Ю. Лужков рьяно открещивался от своего рабского преклонения перед Б. Ельциным и неореформаторами (!), но, как говорится, «из песни слов не выкинешь».

Хорошо знаю, что острейшая критика гайдаризации экономики на Седьмом Съезде народных депутатов привела Б. Ельцина в ступор, ошеломила его. Он никак не ожидал, что критика достигнет «точки кипения» и «брызги» достигнут его – президента.

Б. Ельцин и Е. Гайдар решили пойти на жесткую конфронтацию, что называется «хлопнуть дверью», покинуть зал заседания Съезда и призвать своих сторонников также покинуть Съезд. Надеясь, что уйдет большая часть народных депутатов, сорвется кворум, оппозиция будет вынуждена смириться. Но Борис Николаевич и Егор Тимурович просчитались! Целенаправленное уничтожение экономики страны и присвоение народной собственности кучкой проходимцев все больше отталкивали от Бориса Николаевича массу, которая его поддерживала, в том числе и бывших его сторонников среди народных депутатов. Это проявлялось в том, что пока робко, но начал ставиться вопрос не только об отставке правительства Е. Гайдар, но и об отрешении президента от должности.

На призыв Б. Ельцина покинуть Съезд откликнулось не более 50–75 депутатов, и Съезд продолжал свою работу. Теперь уже сам Борис Николаевич вынужден был искать выход.

В последний день работы Седьмого Съезда – 14 декабря 1992 г. – Б. Ельцин после консультаций с депутатскими фракциями внес на «мягкое рейтинговое голосование» пять кандидатур на пост Председателя Совета министров РФ. В этом списке были: Е.Т. Гайдар, В.В. Каданников – генеральный директор Волжского автомобильного завода, Ю.В. Скоков – секретарь Совета безопасности, В.С. Черномырдин – министр топлива и энергетики, В.Ф. Шумейко – первый вице-премьер. Каждому из кандидатов Б. Ельцин дал характеристику, особо выделив при этом В. Каданникова.

Голоса по этим пяти кандидатурам распределились так:

Ю. Скоков: за – 637 голосов, против – 254, воздержались – 25;

В. Черномырдин: за – 621 голос, против – 280, воздержались – 24;

Е. Гайдар: за – 400 голосов, против – 492, воздержались – 46;

В. Каданников: за – 399 голосов, против – 470, воздержались – 33;

В. Шумейко: за – 283 голоса, против – 578, воздержались – 41.

Результаты голосования говорили сами за себя. Б. Ельцин вынужден был определяться. На окончательное голосование на пост Председателя Совета министров РФ Б. Ельцин внес кандидатуру В. Черномырдина, правда, не преминул сказать, что он остается приверженцем Е. Гайдара.

Седьмой Съезд утвердил Председателем Совета министров В. Черномырдина.

Е. Гайдар был оставлен Б. Ельциным консультантом Президента РФ по экономическим вопросам и вновь возглавил созданный им же когда-то Институт экономических проблем переходного периода.

Приведу небольшой штрих, характеризующий Е. Гайдара и его «сплоченную» команду. Во время Седьмого Съезда вице-премьер правительства В. Шумейко от имени членов правительства неоднократно заявлял, что если Е. Гайдар не будет избран главой правительства, то все правительство уйдет в отставку. После избрания премьер-министром В. Черномырдина вся команда Е. Гайдара… осталась на месте!

Вот как отреагировал на отставку сам Е. Гайдар. Об этом рассказала позднее жена вице-премьера А. Шохина, с которым они в свое время, «пока не рассорились, дружили семьями»: «Я считаю, когда в декабре 92-го Гайдар уходил в отставку, он повел себя непорядочно. Я понимаю, он был молодой, конечно, ему было обидно. Но он воспринял свой уход как общую трагедию – и попытался «сдать» всех, кого считают его командой. Как? Очень просто. И Ельцин, и Черномырдин чувствовали некоторую неловкость по отношению к Гайдару, спрашивали его напоследок: "Ну, скажи, какие у тебя пожелания, кого оставить, кого нет?" Он решил: хорошо, если всех снимут»[469].

Вечером, после отставки Е. Гайдара, у меня опять состоялся длительный с ним разговор. Он продолжал настаивать на том, что главным препятствием проведению «нормальных» реформ являлись лично Руслан Хасбулатов и Центральный банк во главе с Виктором Геращенко. Он никак не хотел трезво оценить, что же произошло, почему дело закончилось его отставкой, почему против него выступили народные депутаты России. Позже в своих книгах его представление не изменилось, и он продолжал отстаивать свое ошибочное мнение.

Очень часто в заслугу Е. Гайдару ставится, что он якобы спас Россию от голода, гражданской войны и распада. Например, Борис Немцов акцентирует так: для Е. Гайдара «выбор был маленький: либо холод, голод, мордобой, война и кровопролитие, либо тяжелые реформы. Он выбрал второе».

То, что страна была на грани «голода», – это очередной блеф неореформаторов и приверженцев ельцинизма, подведение «теоретической» базы под необходимость ускоренной либерализации цен и «шоковой» реформы. В последующих воспоминаниях Е. Гайдар называет либерализацию цен якобы единственной мерой, дающей шансы на предотвращение голодной катастрофы. Эта мера, по замыслу Е. Гайдара и «реформаторов», должна была стимулировать крестьян продавать зерно и другие продовольственные продукты, предприятия поставлять товары в систему розничной торговли.

Однако как мог случиться голод, если в стране в 1991 г., по данным Росстата, было собрано 84 млн тонн зерновых, 34 млн тонн картофеля, произведено 9 млн тонн мяса, 49 млн тонн молока. Мне хорошо известно, что в «закромах Родины», то есть в системе Госрезерва, находилось продовольственных и промышленных товаров на пять лет ведения полномасштабной ядерной войны.

Никто не понимал и не хочет понять до сих пор, что дефицит товаров, пустые полки были созданы искусственно (операция «пустые полки»), были созданы для реализации совершенно иных политических задач – точно так же, как в годы Великой Депрессии в США зерновые трейдеры сжигали пшеницу, чтобы не допустить снижения цен на нее, в то время как миллионы людей просто голодали.

В 1990 и 1991 гг. Россия производила продовольствия в 2–4 раза больше, чем в наше время. Для сравнения приведу статистические данные по России в 1990 г. и теперь.

Хлеб и хлебобулочные изделия: 19,9 млн тонн в 1990 г. – 7,5 млн тонн в наши дни.

Мясо: 6,5 млн тонн – 2,9 млн тонн.

Молочные продукты в пересчете на молоко: 20,8–10,3 млн тонн.

Крупы: 2,9–1,1 млн тонн.

Урожай зерна был в полтора раза больше.

[468] Почему он это сделал, народные депутаты очень хорошо понимали. После отставки с поста мэра Москвы Г. Попова (по его просьбе) Указом Б. Ельцина мэром Москвы в нарушение действующего законодательства – без согласия на то Моссовета – был назначен Ю. Лужков. Нужно было оправдывать высокое доверие.

[469] Ефимова А. Большая политика в семейном кругу // Столица. 1995. № 14. 2 апреля. С. 28.