Человек почти всю свою историю был охотником и собирателем и, как всякий хороший добытчик, знал, где лучше всего охотиться и собирать съестное. Прошло немного времени после ледникового максимума, и постоянные визиты собирателей на одни и те же места за плодами и ягодами стали фактором отбора тех растений, которые приносят наиболее привлекательные для собирателей фрукты и семена. Измельчать семена диких пшеницы и ячменя в муку и печь из нее хлеб древние пекари начали по меньшей мере 23 000 лет назад[361]. Земледелие практически одновременно появилось в разных частях света в конце плейстоцена, 10 000 лет назад[362].
С тех пор население Земли выросло многократно. Сейчас наш вид потребляет четверть всей продукции фотосинтеза на планете[363]. Как следствие, гораздо меньше ресурсов достается миллионам других видов, поэтому часть из них исчезает.
Впрочем, основной прирост численности человечества произошел в самое последнее время. Экспоненциальный рост населения случился буквально на наших глазах: только с момента рождения автора численность человечества удвоилась[364], за время жизни бабушки и дедушки автора – выросла вчетверо. На фоне геологических масштабов времени взрывным ростом численности человечества можно просто пренебречь.
Основное воздействие человечества на планету началось с тех пор, когда стала широко использоваться энергия сжигания угля. Это случилось во времена промышленной революции, примерно 300 лет назад.
Уголь образовался из высококалорийных остатков лесов каменноугольного периода. Освоившись с углем, люди научились находить и добывать нефть – энергоемкую смесь жидких углеводородов, сформировавшуюся при медленном изменении ископаемых отложений планктона под действием тепла недр и давления растущей толщи осадочных пород. Сжигание ископаемого топлива стало даже бо́льшим стимулом для роста численности человечества, чем появление земледелия, – но лишь на протяжении жизни нескольких последних поколений.
Важным побочным продуктом сжигания ископаемого топлива является углекислый газ, наряду с некоторыми другими газами – такими как двуокись серы и оксиды азота. В результате переработки нефти начались выбросы самых разных экзотических загрязнителей – от свинца до пластика. Следствием этого оказались резкий рост температуры, повсеместное вымирание животных и растений, деградация коралловых рифов по причине закисления океанов и многое другое. Общий эффект весьма схож с последствиями прорыва на поверхность мантийного плюма, проложившего путь через толщу органических отложений.
В отличие от мантийного плюма, который привел к пермской катастрофе через длинную череду отдельных извержений, нынешнее воздействие человека не будет долгим. Уже сейчас принимаются меры по снижению выбросов углекислого газа и поиску иных, нежели ископаемое топливо, источников энергии. Пик выброса углерода в результате человеческой деятельности высок, но очень узок – скорее всего, слишком узок, чтобы быть различимым в долгосрочной перспективе.
Люди обитают на планете в огромном количестве столь мало времени, что, скажем, через 250 миллионов лет сохранятся останки лишь незначительного количества людей. Лишь вооружившись самым чувствительным оборудованием, исследователям в далеком будущем, возможно – возможно! – удастся обнаружить слабые следы редких изотопов, на основании которых можно будет утверждать, что когда-то во времена кайнозойской ледниковой эры что-то произошло, но что именно – в этом разобраться им уже не удастся.
Homo sapiens вымрет в ближайшие несколько тысяч лет. Отчасти причиной этого станет давно просроченная выплата по кредиту вымирания. Занимаемая Homo sapiens среда обитания – ни больше ни меньше вся Земля, и люди делают ее все менее приспособленной для нашего же обитания здесь.
Но главной причиной вымирания станет прекращение воспроизводства популяции. Пик численности населения, скорее всего, будет достигнут уже в этом веке, после чего начнется упадок. К 2100 году людей на планете будет меньше, чем сейчас[365]. Люди много делают для того, чтобы избавить планету от причиненного ей ущерба, и сделают еще больше, но нам осталось от нескольких тысяч до нескольких десятков тысяч лет.
Даже сейчас человечество генетически очень гомогенно в сравнении с нашими ближайшими родственниками среди приматов. В ранней человеческой истории, судя по имеющимся данным, было одно или даже несколько «бутылочных горлышек» (периодов резкого уменьшении размера популяции), за которыми следовал быстрый рост численности – результат того, что несколько раз за свое существование Homo sapiens оказывался на грани вымирания[366]. Причиной вымирания станет комбинация ряда факторов: низкого генетического разнообразия в результате событий нашей ранней истории; погашения «кредита вымирания», обусловленного уничтожением окружающей среды в наши дни; снижения рождаемости вследствие изменения поведения и условий среды, а также растущего числа местных проблем, с которыми сталкиваются малые группы, оказавшись изолированными от своих сородичей.
Ледники тем не менее будут еще много раз накатываться и отступать, надвигаться и отступать. К моменту следующего наступления льдов рукотворное повышение уровня углекислоты сойдет на нет – и тем внезапнее будет приход ледника. Сход айсбергов в океан, вызванный потеплением климата, особенно в Северной Атлантике, добавит океану столько пресной воды, что Гольфстрим остановится, толкнув Европу и Северную Америку в полномасштабное оледенение за время одной человеческой жизни. Но некому будет ощутить ту стужу.
Человечество исчезнет еще до того, как рассосется весь углекислый газ, выброшенный в результате его неистовой деятельности. Остаточный парниковый эффект будет какое-то время смягчать похолодание, которое все равно ворвется в жизнь – первое из череды резких оледенений и теплых пауз, которая будет мелькать до тех пор, пока не уйдет вся избыточная углекислота. Тогда Великий кайнозойский ледниковый период наконец-то вернется к своему неторопливому ритму[367].
Через 30 миллионов лет Антарктида в своем движении к северу сместится настолько, что теплые экваториальные воды смоют последние остатки ледяного щита. Какую цену заплатит земная жизнь за долгое голоценовое похолодание?
Вымрут все наземные млекопитающие крупнее барсука. Не будет больше крупных копытных, слонов, носорогов, львов, тигров, жирафов или медведей. Практически полностью вымрут сумчатые. Утконос и ехидна, яйцекладущие млекопитающие, чьи корни уходят в далекий триас, отложат свои последние яйца. Не останется приматов, а последний из рода – Homo sapiens – сойдет со сцены задолго до окончания холодов.
Уцелеют некоторые мелкие птицы и совсем немногие змеи и ящерицы. Крупные рептилии – черепахи и крокодилы – тоже вымрут, как и все земноводные.
Грызуны сохранятся в большом количестве, но узнать их будет непросто. Семейства новых травоядных, стада которых будут пастись на освободившихся от ледников лугах, будут возводить свои родословные к мышам и крысам. Из привычных хищников уцелеют лишь самые мелкие, вроде мангустов или хорьков. Крупными хищниками станут тоже грызуны. Конечно, кроме самых крупных, наводящих ужас, – ими станут гигантские нелетающие потомки летучих мышей[368].
Рыба в морях никуда не денется. Акулы по-прежнему будут рассекать воды, как они делали это с девонских времен. Новые виды кораллов или губок выстроят новые рифы.
И в морях по-прежнему будут плавать киты. Пока.
Если окинуть взглядом всю историю жизни на Земле во всей ее драматичности, со всеми возникновениями и вымираниями, то станет ясно, что всеми этими процессами управляют всего два фактора. Первый – постепенное сокращение количества углекислоты в атмосфере. Второй – неуклонный рост яркости Солнца[369].
Основой существования практически всей жизни на Земле является способность фотосинтезирующих организмов превращать атмосферную углекислоту в живую материю. Для этого большинству растений требуется, чтобы углекислоты в атмосфере было не меньше 150 ppm (англ. part per million – «частей на миллион»). Эта оценка верна для растений, которые связывают углекислый газ посредством разновидности фотосинтеза, называемой «С3-путь». Но есть и другой вариант фотосинтеза – С4-путь, требования которого гораздо ниже, – таким растениям достаточно лишь 10 ppm. Но у С4-пути есть другая проблема – ему требуется больше энергии. Это основная причина, по которой растения предпочитают путь С3 [370].
Ситуация изменилась несколько миллионов лет назад, когда – особенно в тропической саванне – появились травы, усваивающие углерод в основном по более энергоемкому, но не такому требовательному к содержанию углекислоты С4-пути. Несмотря на локальные всплески и падения, в целом тенденция на снижение концентрации углекислого газа в атмосфере Земли сохраняется уже многие сотни миллионов лет. В середине кайнозойской эры наступил момент, когда количество углекислоты упало настолько, что естественный отбор стал благоприятствовать новой форме фотосинтеза, несмотря на ее энергозатратность.
Это лишь один из множества примеров в истории жизни на Земле, когда живые существа приспосабливались к вызовам, связанным с меняющимися условиями существования. Причина таких проблем кроется в постоянном росте количества тепла, получаемого нашей планетой от своего светила, равно как в росте и падениях – в основном падениях – концентрации углекислого газа в атмосфере.
Почему же углекислый газ становится таким редким и драгоценным? Ответ кроется в единственном слове: «выветривание». Поднимающиеся из недр в виде гор новые породы сразу же подвергаются эрозии. Этот процесс вытягивает из атмосферы углекислоту. Эродированные горные породы становятся пылью, которая рано или поздно оказывается в море, где и оседает на дно.
Когда Земля была юной, океан покрывал почти всю поверхность планеты. Подверженной эрозии суши было мало. Но со временем площадь суши росла, а вместе с ней росла и интенсивность выветривания. Объем затрачиваемого на выветривание углекислого газа медленно, но неуклонно возрастал в сравнении с количеством выбрасываемого в атмосферу вулканами[371].
Одним из первых больших вызовов, с которым столкнулась жизнь, была произошедшая в промежутке между 2,4 и 2,1 миллиарда лет назад кислородная катастрофа. Всплеск тектонической активности привел к резкому увеличению темпов захоронения углерода. Углекислота стала ускоренными темпами уходить из атмосферы. Мир, не укрытый больше парниковым одеялом, погрузился в ледниковый период. Земной шар на 300 миллионов лет скрылся под слоем льда от полюса до полюса. Самое сильное глобальное оледенение впервые превратило нашу планету в снежок. Суровость оледенения усугублялась тем, что тогда Солнце вырабатывало значительно меньше тепла, чем сейчас, что оказало влияние на все дальнейшее развитие жизни.
Жизнь ответила усложнением. Слабо взаимодействовавшие отдельные бактерии объединили свои силы, сконцентрировавшись каждая на определенном аспекте функционирования, в котором она была лучшей, – прекрасный образец разделения труда, строго по «Исследованию о природе и причинах богатства народов» Адама Смита. Производительность завода, на котором каждый рабочий сосредоточен на определенной операции, значительно выше, чем производительность завода с таким же количеством рабочих, полностью изготавливающих вещи от и до. Точно так же клетки нового типа – ядерные, или эукариотические, – способны достичь большего, затратив меньше.
Следующая большая проблема, с которой столкнулась земная жизнь, возникла при распаде суперконтинента Родиния 825 миллионов лет назад. И вновь усиление выветривания, вымывание углерода и долгая череда ледниковых эпох. И вновь планета превратилась в снежок, хотя на этот раз не на такой долгий срок, как после кислородной катастрофы. Эродирующих скал стало больше, но и Солнце светило уже ярче, чем за полтора миллиарда лет до этого[372].
И вновь жизнь ответила усложнением. На этот раз эукариоты пошли дальше и собрали воедино множество клеток, образуя организм. Составляющие его клетки, словно заводские рабочие, сосредоточились каждая на своем деле – одни на пищеварении, другие на размножении, третьи на защите. Появление животных стало прямым следствием ледникового периода, вызванного распадом Родинии.
Как и в прошлый раз, глобальные изменения окружающей среды вынудили жизнь пересмотреть свою внутреннюю экономику. Став многоклеточными, живые существа смогли вырастать больше, двигаться быстрее и питаться лучше, достигая высот, непредставимых для одиночных клеток.
[361] См.: Piperno D. R. et al. Processing of wild cereal grains in the Upper Palaeolithic revealed by starch grain analysis // Nature. 2004. 430: 670–673.
[362] См.: Diamond J. Evolution, consequences and future of plant and animal domestication // Nature. 2002. 418: 700–707.
[363] См.: Krausmann F. et al. Global human appropriation of net primary production doubled in the 20th century // Proceedings of the National Academy of Sciences of the United States of America. 2013. 110: 10324–10329.
[364] Если вас это интересует – я родился в 1962 г. «Good Luck Charm» Элвиса Пресли была на вершине Billbord Hot 100 и британского хит-парада синглов.
[365] Суммарный коэффициент рождаемости (СКР) показывает, сколько детей в среднем родила бы одна женщина на протяжении всего репродуктивного периода (то есть от 15 до 50 лет) при сохранении в каждом возрасте уровня рождаемости того года, для которого вычисляется показатель. Для того чтобы компенсировать смертность, СКР должен быть примерно 2,1. Формально должно было бы быть 2,0, но в реальности планка чуть выше, чтобы компенсировать детскую смертность и неравную частоту гибели мальчиков и девочек. К 2100 г. в 183 странах из 195 изученных СКР будет ниже этого значения, а общее население мира будет меньше, чем сейчас. Население некоторых стран – например Испании, Таиланда и Японии – к этой дате сократится вдвое. См.: Vollset S. E. et al. Fertility, mortality, migration and population scenarios for 195 countries and territories from 2017 to 2100: a forecasting analysis for the Global Burden of Disease Study // The Lancet. 2020. 396: 1285–1306. https://doi.org/10.1016/S 0140–6736(20)30677–2
[366] См.: Kaessmann H. et al. Great ape DNA sequences reveal a reduced diversity and an expansion in humans // Nature Genetics. 2001. 27: 155, 156; Kaessmann H. et al. Extensive nuclear DNA sequence diversity among chimpanzees // Science. 1999. 286: 1159–1162.
[367] Должен сказать, что, начиная с этого места, большая часть написанного будет предположением, или, как говорят в таких случаях ученые, Придумыванием Всякого Разного.
[368] Этот захватывающий образ я позаимствовал у Дугала Диксона, который в своей книге «После человека. Зоология будущего» (Dixon Dougal. After Man: A Zoology of the Future. Granada Publishing, 1982 (Диксон Д. После человека. Зоология будущего / Пер. с англ. П. Волкова. М.: КоЛибри, Азбука-Аттикус, 2017) предполагает, как могла бы развиваться живая природа через 50 миллионов лет после ухода человека. Диксоновский «ночной бродяга» – ужасающий хищный потомок летучей мыши, рыщущий по ночным лесам свежесформированных/новообразованных вулканических островов Батавии, колонизированных только летучими мышами, которые бурно эволюционировали и заняли множество нехарактерных для них экологических ниш.
[369] Если вам хочется поворочаться без сна в беспокойных мыслях, почитайте замечательную книгу Питера Уорда и Дональда Браунли «Жизнь и смерть планеты Земля» (Ward Peter and Brownlee Donald. The Life and Death of Planet Earth. Times Books, Henry Holt and Co., 2002), где оба этих фактора подробно исследованы.
[370] За последние 800 000 лет концентрация углекислого газа в атмосфере никогда не превышала 300 ppm. В 2018 г. эта величина превышала 400 ppm – больше, чем в последние 3 миллиона лет, – как следствие деятельности человека. См.: Hashimoto K. Global temperature and atmospheric carbon dioxide concentration // Hashimoto K. Global Carbon Dioxide Recycling. SpringerBriefs in Energy. Singapore: Springer, 2019.
[371] Конечно, в жизни все сложнее. Изображенная мной картина основана на представлении о том, что выветриванию подвержены только голые, безжизненные силикатные скалы. Миллиарды лет назад так и было, но жизнь смешала карты. Наличие органической материи и богатых карбонатами осадочных пород изменяет темпы выветривания, причем как в большую, так и в меньшую стороны, и оценить этот вклад крайне сложно (Hilton R. G. and West A. J. Mountains, erosion and the carbon cycle // Nature Reviews Earth & Environment. 2020. 1: 284–299). К тому же большая часть углерода на суше хранится в полностью биогенном субстрате – почве. При повышении температуры повышается скорость обмена веществ почвенных микроорганизмов, которые увеличивают выброс углекислоты в атмосферу (Crowther T. W. et al. Quantifying global soil carbon losses in response to warming // Nature. 2016. 540: 104–108). Эти и другие процессы сильно влияют на перенос углекислого газа из атмосферы в морские глубины.
[372] Ситуация осложняется тем, что примерно 800 миллионов лет назад Земля могла столкнуться – один раз или даже несколько – с астероидом: изучение кратеров Марса показало, что как раз в это время возросла интенсивность бомбардировки. См.: Terada K. et al. Asteroid shower on the Earth-Moon system immediately before the Cryogenian period revealed by KAGUYA // Nature Communications. 2020. 11: 3453.