Между 106 000 и 94 000 лет назад жажда путешествий у вида Homo sapiens стала настолько невыносимой, что люди пересекли весьма недружелюбный юг Аравийского полуострова и устремились в Индию. Та же история повторилась между 89 000 и 73 000 лет назад – люди добрались до островов Юго-Восточной Азии, затем между 59 000 и 47 000 лет назад вновь стало оживленно на юге Аравии и Азии – настолько, что людям удалось попасть в Австралию[335]; наконец, между 45 000 и 29 000 лет назад была тщательно колонизирована вся Евразия, включая самые укромные уголки и высокие широты. Тогда же были сделаны первые шаги в сторону Америки, а отдельные группы вернулись в Африку.
В остальное время люди тоже не сидели на одном месте, но в указанные периоды климат становился достаточно мягким, чтобы миграция оказалась наиболее успешной. Были времена, когда расселяющаяся популяция оказывалась разделена. Например, во время прохладного сухого периода, наступившего сразу после извержения Тоба, обитатели Африки были отрезаны от переселившихся в Южную Азию. Встретиться вновь им было суждено лишь через 10 000 лет.
На своем пути люди встречались с другими гомининами. Встречи были редки, исход мог быть любой. В одних случаях племена, ощущая глубокие различия между собой, вступали в схватку. В других вспоминали почти забытые связи и приветствовали друг друга, словно давно не видевшиеся родичи. Тогда они садились у костров, рассказывали о произошедшем и создавали новые семьи. Встреча с неандертальцами в Леванте обновила кровь обеих популяций, так что у всех современных людей, в чьих жилах течет не только африканская кровь, есть немножко неандертальской ДНК[336]. В Юго-Восточной Азии к этой смеси добавились гены денисовцев – потомков древних горцев, давно спустившихся в низины. Сейчас гены денисовцев встречаются у обитателей мест, очень далеких от горных оплотов этого вида – островитян Юго-Восточной Азии и Океании. По иронии судьбы именно генетический подарок денисовцев – обитателей Вечных Снегов[337], исчезнувших 30 000 лет назад как отдельный вид, который полностью поглотила огромная волна Homo sapiens, – позволил населяющим сейчас Крышу мира тибетцам спокойно жить в разреженном воздухе этого края.
Около 45 000 лет назад люди современного типа пришли и в Европу, наступая широким фронтом от Болгарии на востоке до Италии и Испании на западе[338]. До сих пор доминировавшим в Европе четверть миллиона лет неандертальцам удавалось отражать все вторжения Homo sapiens, но на этот раз бессменные хозяева континента стремительно угасали, и 40 000 лет назад цари ледниковой эпохи окончательно вымерли[339].
Причины их вымирания долго были предметом ожесточенных споров. Возможно, им пришлось сражаться с людьми современного типа. Неандертальцы совершенно точно скрещивались с Homo sapiens[340]. Возможно, неандертальцы просто тихо угасли на фоне вида, который размножался немного быстрее и заходил немного дальше от своих стоянок[341]. В конце концов современных людей стало в Европе так много, что оставшиеся неандертальцы, отступившие в свои последние редуты, разбросанные от Южной Испании[342] до арктических областей России[343], оказались слишком малочисленны и слишком рассеяны, чтобы найти себе пару из сородичей[344].
Популяции неандертальцев никогда не были большими. По мере того как популяции становились все меньше и меньше, начинали сказываться результаты близкородственных скрещиваний и даже несчастные случаи. Для любой группы людей есть минимально допустимая численность – черта, ступив за которую группа оказывается обречена. Ничто не оказывается столь губительно, как нехватка людей[345]. В конце концов оказалось проще скреститься с пришельцами. Анализ ДНК, выделенной из человеческой челюсти возрастом 40 000 лет, которую нашли в румынской пещере, показал, что прабабка (или прадед) обладателя этой челюсти была неандерталкой (или неандертальцем)[346].
Из Восточной Европы современные люди шли вверх по Дунаю, в верховьях которого сохранились свидетельства расцвета культуры[347]. Люди делали фигурки животных, людей, людей с головами животных и даже лепных уточек, которых явно надо было вешать на стенах загородной пещеры[348]. В огромных количествах встречаются фигурки тучных беременных большегрудых женщин – очень наглядные иллюстрации потребности в изобилии и плодовитости, что совсем неудивительно для общества, которое всегда было в считаных шагах от голода. Иллюстрации – и призывы к высшим силам.
Изображения животных появились на стенах пещер в противоположных концах Евразии практически одновременно. В одной компании со справедливо известными наскальными рисунками в пещерах Испании и Франции находятся очень похожие изображения с индонезийских Сулавеси и Борнео[349]. В них тоже скрыт ритуальный смысл. Наскальная живопись встречается, как правило, в залах с отличной акустикой – наверняка эти изображения были лишь частью большого ритуала, сопровождавшегося пением и танцами[350].
Достигших зрелости подростков шаман приводил в эти ритуальные залы, чтобы посвятить в члены племени. Во время ритуала подросткам мазали руки охрой или сажей, и надо было поставить на стене отпечаток ладони, точно подпись в книге жизни, заявляя: «Аз есмь».
Спустя четыре с половиной миллиарда лет бездумного буйства Земля породила на свет вид, осознавший себя. «Интересно, – подумала планета, – чем же он теперь займется?»
12
Прошлое будущего
Все счастливые, процветающие виды процветают одинаково. Вымирающие виды вымирают каждый по-своему[351].
По мере изменения климата леса становятся россыпью отдельных рощ посреди травяного моря, раскинувшегося там, где-то когда-то стеной стояли деревья.
По мере таяния полярных шапок подъем уровня моря превращает горные вершины в острова.
А что происходит с биологическими видами, упорно цепляющимися за остатки некогда обширных сред обитания?
Некоторые пользуются предоставляемыми изоляцией преимуществами, чтобы превратиться во что-то новое и странное. Приходящий в голову пример – карликовые слоны и охотившиеся на них «хоббиты» острова Флорес. Но многие изолированные популяции оказываются слишком маленькими, чтобы выжить. Им может не хватить воды или пищи. Оставшиеся в изоляции особи могут не найти себе брачных партнеров или же окажутся вынужденными создавать пары с близкими родственниками, и популяция вымрет в результате инбридинга[352]. Некоторые просто не смогут приспособиться и попытаются продолжать жить по-старому, несмотря на сильно изменившиеся обстоятельства[353]. Члены популяции будут умирать – из-за генетических проблем, возраста или несчастных случаев – один за другим, оставляя все меньше и меньше потомков, пока не останется совсем никого. Так исчезают популяции.
В конце концов, когда все остальные популяции вида вымрут, столкнувшись в разрозненных остатках некогда протяженного ареала каждая с собственными проблемами, последняя выжившая окажется под угрозой гибели по какой-то своей причине. Это может быть что угодно, скорее всего, совсем не похожее на глобальные катаклизмы, наподобие падения астероида или клокочущих лавовых морей: оползень, который похоронит единственный источник пищи, или бульдозер закопает последний фрагмент ареала.
Некоторые виды могут казаться многочисленными и совершенно не испытывающими угрозы неизбежного исчезновения, но при более внимательном рассмотрении выясняется, что они уже давно превысили свой лимит, учтенный в книге жизни, и их вымирание – вопрос бесповоротно решенный. Они могут быть многочисленными в своей давно освоенной среде обитания, но даже незначительное сокращение ареала может поставить их на грань. Они уже буквально обречены. Например, исчезновение бабочек на меловых лугах лучше объясняется уничтожением много десятилетий назад их исходной среды обитания, чем сокращением текущей[354]. Про такие виды говорят, что они взяли «кредит вымирания»[355].
У каких-то видов возможно снижение темпов размножения по разным причинам, и тогда скорость вымирания превысит скорость воспроизводства.
Наш вид стал существенной причиной формирования условий, способствующих вымиранию многих видов, но точно так же и сам Homo sapiens беззащитен перед лицом различных угроз.
Крупномасштабные вымирания прошлого настолько далеки от нас, что вычленить из общей, не очень четкой картины катастрофы отдельные причины очень сложно.
Например, первичной причиной пермского вымирания были сибирские извержения, в результате которых выделившиеся парниковые и ядовитые газы резко повысили температуру атмосферы и отравили воду и воздух. Однако, каким бы катастрофическим ни было это событие, сколько бы живых существ ни пострадало при этом, причина смерти каждого конкретного растения или животного, каждого кораллового полипа или пеликозавра была совершенно определенной и всегда разной. Из этих маленьких трагедий тысяч преждевременных смертей складывается массовое вымирание.
Конец плейстоцена, наступивший около 10 000 лет назад, ознаменовался исчезновением практически всех животных крупнее собаки в Евразии, обеих Америках и в Австралии. Первичной причиной плейстоценового вымирания, возможно, стало распространение хищнического человечества. Возможно, впрочем, что основной причиной стало очередное резкое изменение климата, которыми была богата та эпоха. Но, скорее всего, обе эти причины совместно привели к гибели крупных животных.
В любом случае плейстоценовое вымирание гораздо ближе к нам, чем пермское. Следы произошедшего гораздо отчетливее и могут быть изучены более детально. Можно проследить судьбу отдельных видов[356].
Например, всего за несколько тысяч лет радикально сократились ареалы двух знаковых видов ледниковой эпохи – большерогого оленя (которого еще называют гигантским или ирландским) и шерстистого мамонта. Стремительное угасание этих видов совпало с внезапным изменением климата и флоры, которое также было критично для растительноядных видов[357]. Охота на этих зверей, конечно, лишь ускорила ставший уже неизбежным финал. Эти гигантские травоядные вымерли, но оставили огромное количество ископаемых останков, возраст которых несложно определить с высокой точностью, воссоздав таким образом подробную картину вымирания. Случись это в конце перми, мы, скорее всего, вряд ли смогли бы узнать что-то помимо самого факта вымирания.
Недавнее вымирание можно датировать с очень высокой точностью. Последний тур (Bos primigenius) погиб в Польше в 1627 году. Учитывая количество вооруженных людей, этого следовало ожидать. Это наиболее яркий, специфический и печальный пример вымирания: одна-единственная пуля, забравшая жизнь одного-единственного тура, поставила точку в истории вида, который когда-то в изобилии населял европейские леса. В отличие от тура – на момент написания этой книги – северный белый носорог (Ceratotherium simum cottoni) все еще жив. Предпринимаются колоссальные усилия, чтобы не дать меткому выстрелу отправить в забвение последних представителей этого вида. Но эти попытки тщетны – в живых остаются только две самки, так что вымирание северного белого носорога – лишь вопрос времени, и времени недолгого.
Но тур и носорог – очень разные случаи. Туры были одной из ветвей семейства полорогих, к которым также относятся козлы, бараны, разнообразные антилопы и множество других видов. Туры вымерли, но полорогие процветают. Гибель тура – на совести людей, и, будь наши предки чуть посдержаннее, эти гордые животные до сих пор радовали бы наш взор. Носороги – совсем другое дело: пережив расцвет в олигоцене, когда они, как и другие непарнокопытные, были многочисленны и разнообразны, с тех пор это семейство постепенно сдает свои позиции, проигрывая конкурентную борьбу с парнокопытными, к которым принадлежал и тур. Люди лишь ускорили конец, неизбежность которого стала очевидной задолго до появления людей как вида.
Прошло всего 2,5 миллиона лет с тех пор, как мир вступил в череду ледниковых эпох, которая продлится еще несколько десятков миллионов лет. Льды наступали и отступали уже больше двадцати раз, приводя к невиданным со времен эоцена климатическим нарушениям. И все только начинается. С каждым наступлением и каждым отступлением ледников правила игры меняются вновь и вновь. Одни виды вымирают, но другие благоденствуют. Те виды, что расцветают в одном цикле, могут погибнуть уже в следующем[358]. Планете предстоит пройти еще около сотни циклов ледниковых и межледниковых эпох в этом ледниковом периоде.
Homo sapiens пользуется выгодой момента. Толчком к осознанию человеком себя стала смена примерно 125 000 лет назад прошлого межледниковья очередной ледниковой эпохой. Наши предки воспользовались низким уровнем моря, преодолевая проливы и перебираясь с одного изолированного (но не тогда) острова на другой.
Когда ледяной покров достиг максимальных размеров – около 26 000 лет назад, – человечество плотно обосновалось в Старом Свете и уже добралось до Нового[359]. Только Мадагаскара, Новой Зеландии, дальних островов Океании и Антарктиды еще не коснулась нога человека – но и им оставалось недолго[360]. Пока человек покорял Землю, все остальные виды гоминин вымерли. Homo sapiens – последний. Единственный оставшийся.
[335] . Clarkson C. et al. Human occupation of northern Australia by 65 000 years ago // Nature. 2017. 547: 306–310.
[336] См., например: Villanea F. A. and Schraiber J. G. Multiple episodes of interbreeding between Neanderthals and modern humans // Nature Ecology & Evolution. 2019. 3: 39–44, с сопутствующим комментарием: Mafessoni F. Encounters with archaic hominins, Nature Ecology & Evolution. 2019. 3: 14, 15; Sankararaman S. et al. The genomic landscape of Neanderthal ancestry in present-day humans // Nature. 2014. 507: 354–357.
[337] См.: Huerta-Sánchez E. et al. Altitude adaptation in Tibetans caused by introgression of Denisovan-like DNA // Nature. 2014. 512: 194–197.
[338] См.: Hublin J. J. et al. Initial Upper Palaeolithic Homo sapiens from Bacho Kiro Cave, Bulgaria // Nature. 2020. 581: 299–302, и сопутствующее сообщение: Fewlass H. et al. A 14C chronology for the Middle to Upper Palaeolithic transition at Bacho Kiro Cave, Bulgaria // Nature Ecology & Evolution. 2020. 4: 794–801, с редакционным комментарием: Banks W. E. Puzzling out the Middle-to-Upper Palaeolithic transition // Nature Ecology & Evolution. 2020. 4: 775, 776. Также см.: Cortés-Sanchéz M. et al. An early Aurignacian arrival in south-western Europe // Nature Ecology & Evolution. 2019. 3: 207–212; Benazzi S. et al. Early dispersal of modern humans in Europe and implications for Neanderthal behaviour // Nature. 2011. 479: 525–528.
[339] См.: Higham T. et al. The timing and spatiotemporal patterning of Neanderthal disappearance // Nature. 2014. 512: 306–309, и комментарий к этой статье: Davies W. The time of the last Neanderthals // Nature. 2014. 512: 260, 261.
[340] «Вы хотите сказать, что они спаривались?» – недоверчиво спросила немолодая слушательница с прекрасным произношением докладчика, затронувшего эту пикантную тему на встрече в Королевском обществе в Лондоне, посвященной древней ДНК. Я сидел где-то на задних рядах и с трудом боролся с искушением встать и ответить таким же властным голосом: «Они не просто спаривались – их союз был освящен потомством!» Искушение я поборол.
[341] См.: Koldony O. and Feldman M. W. A parsimonious neutral model suggests Neanderthal replacement was determined by migration and random species drift // Nature Communications, 2017, 8: 1040; Stringer C. and Gamble C. In Search of the Neanderthals. L.: Thames & Hudson, 1994. Похожая картина наблюдается и у других видов. Серая североамериканская белка, например, была завезена в Англию в XVIII в. Спустя двести лет благодаря более быстрому размножению и более агрессивному территориальному поведению она практически вытеснила аборигенную рыжую белку. См.: Okubo A. et al. On the spatial spread of the grey squirrel in Britain // Proceedings of the Royal Society of London B. 1989. 238: 113–125.
[342] См.: Zilhão J. et al. Precise dating of the Middle-to-Upper Paleolithic transition in Murcia (Spain) supports late Neandertal persistence in Iberia // Heliyon. 2017. 3: e00435.
[343] . Slimak L. et al. Late Mousterian persistence near the Arctic Circle // Science. 2011. 332: 841–845.
[344] . Vaesen K. et al. Inbreeding, Allee effects and stochasticity might be sufficient to account for Neanderthal extinction // PLoS ONE. 2019. 14: e0225117.
[345] . Diamond J. The last people alive // Nature. 1994. 370: 331, 332.
[346] . Fu Q. et al. An early modern human from Romania with a recent Neanderthal ancestor // Nature. 2015. 524: 216–219.
[347] . Conard et al. New flutes document the earliest musical tradition in southwestern Germany, Nature. 460. 737–740, 2009.
[348] . Conard N. J. Palaeolithic ivory sculptures from southwestern Germany and the origins of figurative art // Nature. 2003. 426: 830–832.
[349] См.: Aubert M. et al. Pleistocene cave art from Sulawesi, Indonesia // Nature. 2014, 514: 223–227; Aubert M. et al. Palaeolithic cave art in Borneo // Nature. 2018. 564: 254–257.
[350] . Lubman D. Did Paleolithic cave artists intentionally paint at resonant cave locations? // Journal of the Acoustical Society of America. 2017. 141: 3999.
[351] Я называю это «принцип Карениной». Пользуйтесь на здоровье.
[352] Роман «Во тьме Эдема» Криса Бекетта рассказывает историю Джона Рэдлантерна, одного из 532 потомков пары астронавтов, высадившихся на далекой планете. Это горькая картина отчаянных попыток малой популяции выжить, несмотря на влияние наследственных уродств, к которым привели близкородственные скрещивания.
[353] Такая грустная история случилась с Dedeckera eurekensis – кустарником-эндемиком пустыни Мохаве. Он возник в более мягких условиях, не смог приспособиться, когда условия изменились, и накопил такое множество генетических отклонений, что практически утратил способность к размножению. См.: Wiens D. et al. Developmental failure and loss of reproductive capacity in the rare palaeoendemic shrub Dedeckera eurekensis // Nature. 1989. 338: 65–67.
[354] См.: Sang A. et al. Indirect evidence for an extinction debt of grassland butterflies half century after habitat loss // Biological Conservation. 2010. 143: 1405–1413.
[355] См.: Tilman D. et al. Habitat destruction and the extinction debt // Nature. 1994. 371: 65, 66.
[356] См.: Stuart A. J. Vanished Giants. Chicago: University of Chicago Press, 2020, – обширное, легко читающееся описание плейстоценового вымирания.
[357] См.: Stuart A. J. et al. Pleistocene to Holocene extinction dynamics in giant deer and woolly mammoth // Nature. 2004. 431: 684–689.
[358] Например, в своей неопубликованной и никем не прочитанной кандидатской диссертации «Полорогие плейстоцена Британии» (Bovidae from the Pleistocene of Britain. Fitzwilliam College, University of Cambridge, 1991) я показал, что в середине последнего ледниковья в Британии был распространен небольшой выносливый вид бизонов, но в течение этой же ледниковой эпохи его сменил другой, более крупный вид. В предшествовавшем ипсвичском межледниковье бизоны также были обычными обитателями Британии, но были крупнее и обитали в Англии за пределами долины Темзы – в те дни Лондон был уделом зубров. В хокснийском межледниковье (за одно или два до ипсвичского) всюду были зубры, а бизонов было не найти ни за какие деньги. А еще раньше, в кромерскую эпоху, не было зубров, но были бизоны – правда, другого вида. Но плейстоценовые отложения Британии многочисленны, и их (относительно) легко расположить в правильном порядке. Такое разрешение недостижимо для пород, например, пермских времен.
[359] Долго считалось, что человек прибыл в Америку никак не раньше 15 000 лет назад. Однако новые находки и более точные датировки показали, что люди на этом континенте уже были 30 000 лет назад, хотя в те времена их было там немного. См.: Becerra-Valdivia L. and Higham T. The timing and effect of the earliest human arrivals in North America // Nature. 2020. 584: 93–97. https://doi.org/10.1038/s41586–020–2491–6; Ardelean C. F. et al. Evidence for human occupation in Mexico around the Last Glacial Maximum // Nature. 2020. 584: 87–92.
[360] Как и Луны, но здесь я пишу о жизни на Земле, так что эту тему оставим за скобками.