Калум надолго задумался, вспоминая. Потом, частью объясняясь на пальцах, частью — беззвучно шевеля губами, он рассказал, что примерно полгода назад дирижабль едва не попал в сильную грозу, и капитан дал приказ пересечь её поверху. Попадания молний в корпус тогда удалось избежать, но «Штерра» едва дотянула до города — двигатель работал с натугой, а энергии поступало в три раза меньше, чем обычно.
Позже, на земле, всё пришло в норму само собой.
Всерьёз заинтересовавшись, Фогарта едва ли не пальцами ощупала каждую деталь, чуть не лишившись при этом руки, но источник неполадок так и не нашла. Мирцит в «сердечной» капсуле уже порядком истощился, но его бы хватило ещё на месяц-другой бесперебойной работы. Никаких сточенных, прокручивающихся шестерней тоже не обнаружилось. Фог испугалась поначалу, что дело в самом баллоне, а не в технике, но потом заметила, что в проводящей жиле, которая тянулась к жилой части гондолы, давление почему-то куда меньше.
— Нет, одними глазами тут толком ничего не рассмотришь, — досадливо признала она, отряхивая пыль с коленей. — Окулюс нужен. Подождите здесь, я мигом!
В этот раз Фог даже и не заметила, как преодолела шаткую, тесную трубу-переход. Нужный прибор отыскался на самом дне сундука — две линзы в медной оправе, между которыми находилась сгущённая морт, наделённая особым стремлением — отсекать некоторые участки спектра. Линзы можно было сводить ближе или разводить, чтобы изменять масштаб. Крепилась на голове вся конструкция с помощью кожаных ремней.
Когда Сидше увидел Фогарту с таким «украшением», то подавился цукатом и закашлялся.
— Ну-ка, ну-ка, вот теперь взглянем, — промурлыкала она, влетая в отсек с двигателем. — Вот, другое дело ведь! Мастер Калум, посмотрите сюда! Вот здесь, — Фог постучала ногтем по металлической жиле, — энергия почему-то скапливается. Если обратить внимание на вектор потока, то можно заметить, что он здесь неправильный. Должно идти так… — Она чиркнула ногтем вдоль невидимой прямой линии. — Потом, от распределяющей капсулы — в ту и в ту сторону, под прямым углом. А поток здесь закручивается и начинает течь обратно. Да ещё эта спайка мне не нравится… Думаю, тут была капсула, которую потом удалили. Наверняка от неё отходила жила, предназначенная для обогрева технических отсеков, но и её тоже убрали, и потоки сместились. Некоторое время это было незаметно, потому что морт подтекала из места неудачной спайки. Понимаете? Та энергия, что раньше шла на обогрев, теперь просто сочилась в пространство. Но когда потребовались все ресурсы двигателя… Во время грозы, когда капитан приказал подниматься выше… Словом, наверно, тогда и скорость увеличили, так? Морт стало слишком много, а ведь она обладает своей волей. В слабом месте конструкции, к тому же несущем отпечаток Мастера или киморта, она скапливается, густеет. Отсюда и завихрения в потоках, и дрожь. Наверняка еще несколько таких же «сгустков» есть, на местах, где раньше капсулы были. Кто вам, интересно, умудрился дирижабль «улучшить»? Руки…
«…руки бы ему оторвать», — подумала Фог, но вовремя прикусила язык.
— Вольный Мастер, — хмуро пояснил Сидше, не отходя от дверей. — Два с половиной года назад. Сказал, что нерабочие капсулы удалил и заодно, для баланса, отопление убрал. То, что он сделал, опасно?
— Если опять в грозу попадёте, и придётся на полной скорости удирать — ничего хорошего не выйдет, — призналась Фог, отстегивая окулюс. — Тот Мастер, наверно, хотел подзаработать, вот и снял исправные капсулы, чтобы продать их потом втридорога. У вас очень хорошие механизмы на дирижабле, ясно, что их киморт делал, а не простой человек. Сплавы все качественные, ни одна из видимых капсул в замене не нуждается — а ведь двадцать два года прошло! Обычно-то через пять-шесть лет часть заменять приходится, у нас дома половина заказов была на замену.
— Плохо, — вздохнул Сидше. — Ремонт дорого встанет?
— Гм, — задумалась Фогарта. — Если бы я делала, то взяла бы за полную переделку пару чистых сапфиров — вот такого размера, как у вас на цепочке, капитан. Это за работу. А за материалы — сорок две серебряные монеты за типовые капсулы. Если под заказ — то восемьдесят пять. Я навскидку говорю, — спохватилась она. — Точно скажу, когда подсчитаю, сколько именно капсул нужно.
— Что ж, значит, будем в оазисе Мастера искать. Или киморта, — подытожил Сидше невесело. — Как ты это проглядел, Калум? Впрочем, с тобой я после поговорю. Ступайте за мной, красавица — самое время для обеда.
Перед тем, как выйти, Фог снова раскланялась с Мастером, заметив, что Сидше это не понравилось. За обедом она спросила, почему он так насмешливо обращается с Калумом.
— Не жалейте его, прекрасная госпожа, — усмехнулся капитан, ягоду за ягодой отщипывая от тяжёлой грозди. — Вы знаете, за что его продали, как раба? Он снасильничал дочь своего учителя, когда ходил в подмастерьях.
Фог бросило в холод.
— Интересно, — только и смогла произнести она, чувствуя озноб. — А много у вас на корабле свободных?
— Оба пилота и телохранитель, — ни на секунду не задумался Сидше. — Телохранитель — вообще человек особый, я в своё время его мать нашёл и выкупил из рабства. С тех пор вернее человека нет. Пилотов я тоже из больших долгов выручил и всему обучил… А прочим не верьте — облик обманчив.
— Значит, остальные как Калум?
— Да.
— И каково вам путешествовать с людьми, которые вас ненавидят?
Фог правда не хотела этого говорить — само вырвалось. Но Сидше только рассмеялся:
— Нескучно, красавица. Нескучно.
Через два дня дирижабль достиг цепи озёр. Стоянку устроили в пятичасовом переходе от города, между холмов. Капитан уверял, что это импровизация, но Фогарта не верила — слишком сноровисто работала команда, используя вместо причальной мачты оголённое до самой вершины дерево. Полностью опускать на землю «Штерру» не стали — закрепили тросы и сбросили две веревочные лестницы. Сидше велел носильщикам доставить вниз несколько плотно увязанных тюков, а затем вместе с телохранителем, голубоглазым северянином-исполином, отправился к опушке леса, милостиво разрешив Фог погулять по округе часок-другой.
— Только далеко не уходите, красавица, — зубоскалил он. — А то вдруг «Штерру» ветром унесёт, а вас тут позабудут?
Фогарта это запомнила; впрочем, углубляться в южные леса ей и не хотелось.
Первым делом она развеяла прах Оры с холма, над лугом — и наконец отпустила её из своего сердца. Потом пришлось вспомнить и о насущных нуждах. Фог отыскала неподалёку от места стоянки заводь почище, искупалась и постирала кое-что из одежды. Затем расстелила на берегу одеяло, спустила с дирижабля маятник и снова взялась за поиски Алаойша.
Получалось из рук вон плохо.
Сначала маятник, как намагниченный, тянулся к одной и той же точке на севере, между Восточным и Южным Лоргинариумом, но потом начинал с жутким скрипом сползать к югу — к Дабуру. Это повторялось из раза в раз, словно его вела чья-то рука. Фог решила перебрать механизм или вовсе сложить новый, как только появится минутка, и принялась изучать уже готовые пометки на карте, чтобы выявить хоть какую-то общую закономерность.
Тогда-то и явился Сидше.