– Два некроманта, подпустившие мороя на расстояние броска? – поморщился Грегор. – Коллега Марч не блистал способностями, но опыта ему хватало, уверяю вас. Оставим эту версию на крайний случай.
– Тогда мормо? – продолжал рассуждать молодой мэтр, словно был на экзамене. – Эти могут подобраться незаметно. И нападают в основном на спящих! Но мормо еще после первого убийства насосался бы силы так, что окуклился и впал в забытье. А этот продолжил жрать, причем не разбирая кого, магов или профанов…
Грегор одобрительно кивнул. Да, нежить, высосавшую некроманта, никак нельзя назвать оголодавшей. Мормо после первой смерти нашел бы убежище, свил там гнездо и замер лет на дюжину. Конечно, через эту дюжину лет у Браста случились бы неприятности не чета нынешним, однако не сейчас, не сейчас…
Марч, беспомощно запрокинувший голову, вдруг захрипел и открыл глаза. Несколько мгновений его взгляд оставался совершенно бессмысленным, но вдруг прояснился.
– Б… Бастельеро?..
«Благодарю тебя, Госпожа моя!» – безмолвно выдохнул Грегор. Жертва нападения осталась в ясном сознании и твердой памяти – да это же просто бесценный подарок! Если он знает, кто именно на него напал, не придется тратить драгоценное время на выслеживание твари!
– Кого ты видел? – быстро спросил Грегор, и Марч, словно разом обессилев, опустил веки.
Грегор едва не выругался от разочарования, но тут Марч булькающе выдохнул:
– Моро-о-ойка…
Моройка? Все-таки моройка?! Жалкая моройка одолела трех некромантов?!
– И ты подпустил ее к себе, – процедил Грегор. – К себе и к напарнику, за которого отвечал! Всегда был неучем!
– Зато меня… девушки любили… – прошелестел Марч и, кажется, снова впал в беспамятство.
– Вот и долюбили, – буркнул Грегор и повернулся к Бреннану. – Магистр, здесь ваша помощь бесполезна. Но осмотреть остальных… больных… разумеется, необходимо. Если увидите, что с ними происходит то же самое, не тратьте силы, вылечить эту заразу невозможно, сами знаете.
Бледный Бреннан решительно кивнул, а Грегор обернулся к старосте, так и торчащему в дверях молчаливым почтительным столбом.
– Проводите целителей к больным, а здоровым велите сидеть по домам до завтрашнего утра. Двери заприте, окна тоже. Не сметь выходить, даже если почудится, что зовет любимая матушка или ребенок.
В конце концов, моройка, способная заморочить голову трем некромантам, наверняка способна на многое. А если вспомнить, что тело первого мэтра так и не нашли, то речь идет уже о двух мороях. Не хватало еще отвлекаться на какого-нибудь дурного селянина, который окажется поблизости.
– Коллеги, идете со мной, – обратился он к некромантам. – Помощь не нужна, прикрываете друг друга и смотрите. Очень внимательно смотрите и запоминаете все. А особенно, – покосился он на Марча и беспамятного щитовика – что бывает с излишне самоуверенными болванами, которые полагаются только на силу и удачу.
Как же мудро распорядилась Претемнейшая, что хищная нежить не сохраняет прижизненных способностей, даже если ранее была магом! Ну, подойдите еще немного! Чуть ближе!
Глядя на оскаленную морду моройки и чувствуя спиной приближение второго чудовища, Грегор вдруг почувствовал себя совершенно счастливым. Ни бумаг, ни адептов, ни интриг Райнгартена!
«Здесь я на своем месте, – невольно подумал Грегор, складывая пальцы для Лунного Пепла. – Именно здесь. Против настоящего врага, которого следует попросту уничтожить».
Затылка коснулось ледяное дуновение, моройка протянула руки, и Грегор стряхнул с пальцев заклятие. Развернулся и со второй руки запустил еще одно. Тут же поднял собственные щиты, оказавшись буквально между двух огней. Бездымное серебряное пламя охватило нежить, затрещало, заглушая вырвавшийся из двух глоток вой, и Грегор удовлетворенно улыбнулся. Вот так! Осталось дождаться, пока прогорят как следует, но уже сейчас можно быть уверенным, что селение в безопасности. После Лунного Пепла ни один морой не встанет. Кстати, нужно научить ему Воронов. Эддерли и Аранвен освоят Пепел самостоятельно, а вот у остальных нет фамильных гримуаров…
Лунный свет, который давал силу именно этому заклятию, мягко струился с ясного неба. Молодые некроманты, которые послушно держались в стороне, подошли ближе. Кладбищенский мастер жадно вгляделся в тела. Те догорали, но обрывки одежды еще были видны. Вообще-то, морои по сути своей бесплотны, но каждая высосанная жертва возвращает им телесность, как бы создавая ее заново.
Кем была эта девица, вставшая из могилы неприкаянной душой и пожелавшая вернуть себе подобие жизни, забрав ее у других? Брошенной невестой? Жертвой насилия или предательства? Попросту дурочкой, лишившей себя жизни? Уже неважно. Нечисть из нее получилась на удивление сильная, если моройка смогла окутать целое селение своим охотничьим пологом. Наверняка люди сами впускали ее в дома или выходили на зов… А когда в селение приехал на ежегодный осмотр некромант, моройка посчитала это редкостной удачей! Создать себе не просто подручного, но опытного и матерого зверя – именно такие получаются из бывших темных мастеров.
Жаль, конечно, этого Боуи… Наверное, он был не слишком силен, если не нашел места получше, чем пограничный городишко, и все-таки честно выполнял свою работу. Даже смог почувствовать моройку, заподозрив неладное под фальшивой благостностью, наверняка наведенной именно для некромантов. Целители-то не поддались… А вот устоять в прямом поединке с нечистью у мэтра Боуи не получилось. Бывает. Грегор, конечно, не мог знать наверняка, но вполне допускал, что Марча с помощником эта парочка заманивала уже вдвоем. Либо на беззащитную девицу, попавшую в лапы нечисти, либо на братство некромантов… Сотни раз адептам твердят про недоверчивость как единственное спасение, и все равно кто-то всегда попадается!
– Милорд Бастельеро, вы не покажете еще раз это заклятие? – почтительно попросил молодой некромант, и Грегор кивнул.
– Смотрите, – велел он, медленно складывая пальцы для аркана. – Применять только в полнолуние. В крайнем случае пару дней до и после, когда луна достаточно сильна. Лунный Пепел забирает очень много силы, вы можете истощить свой резерв полностью, а заклинание не подействует. Понимаете, что тогда будет?
Некромант восторженно кивнул, и Грегор устало подумал, что нужно запомнить его имя. Они ведь представлялись… Этот – Эдвин Вайс, а молчаливый щитовик, не сказавший за все время в Брасте ни слова, назвался Бродбери… Эддерли не прислал бы кого попало, значит, эти двое достаточно хороши, а на Фиолетовом факультете так и не хватает преподавателей.
Аранвен вряд ли задержится в Академии. Место преподавателя начертательной некромантии заняла недавняя адептка Корделия Леруазен, выжившая в битве за Академию, но от прежде миловидного лица сохранившая только глаза. С таким уродством бедняжка вряд ли сможет устроить судьбу в браке, но стать мэтрессой – вполне достойная альтернатива замужеству… А преподавателя нежитеведения до сих пор нет, эти уроки все ведут по очереди. И, возможно, Эддерли прислал Вайса именно для того, чтобы Грегор к нему присмотрелся? Впрочем, кто знает? Старик иногда ведет себя очень странно! Взять хотя бы этого профана Витольса, которому Эддерли все-таки позволил вести курс! Профану – учить кладбищенских мастеров! Надо бы, кстати, заглянуть хоть на один урок и посмотреть, чему он их там учит, а то вдруг мэтра Витольса давно нужно гнать из Академии, невзирая на двух магистров-покровителей!
– Запомнили? Повторите! – потребовал он, и знакомое удовольствие от преподавания мягко тронуло душу.
Эдвин Вайс неловко, но для первого раза очень даже неплохо повторил аркан, вложив в него нужное количество силы. Серебряная вспышка озарила и заснеженное поле, и крайний дом деревни с тщательно закрытыми ставнями. Молодой некромант сам просиял от удовольствия и повторил заклятие. Схватывал он на лету, второй раз вышел еще лучше. Грегор кивнул и чуть поправил запястье Вайса, посоветовав: