— Ты права. Не жалею.
— Вот видишь? — Тикки расправилась с последним печеньем и принялась собирать крошки на тарелке. — Кот дорог тебе, Маринетт.
— Я и не спорю.
— И не только как напарник.
Маринетт вздохнула.
— Не только.
— Ну тогда в чём проблема?
— Адриан мне тоже дорог. Я люблю его.
— А Кота?
— С Котом не любовь. Это другое.
— Плохое «другое»?
— Конечно нет!
— Тогда хватит уже отказываться от этого.
Маринетт встала и прошла к швейной машинке. Тех нескольких минут, пока девушка доделывала швы, оказалось достаточно, чтобы хоть немного привести мысли в порядок.
Обрезав нитки и проверив, нет ли где брака, Маринетт удовлетворённо выдохнула. Штаны вышли просто отличными: прямой крой, светлый плотный лён. Простые и элегантные, они должны были подойти Адриану не хуже, чем одежда марки его отца. Оставался только один вопрос: отнести обновку сейчас, или всё-таки дождаться вторника?
Хотя до вторника ещё столько времени… шла всего лишь суббота, штаны готовы, Маринетт успела соскучиться по Адриану и простить его за что бы то ни было. А ещё она очень-очень хотела увидеть своего солнечного мальчика из-за произошедшего с Котом. Маринетт никак не могла разобраться в собственных чувствах, и ей казалось, что, увидев Агреста, она тотчас всё поймёт. Вот совсем всё. Не останется ни сомнений, ни неуверенности — ничего.
Поэтому, любовно погладив штаны, Маринетт решительно встала и направилась к шкафу. У неё где-то в загашниках ещё была подарочная бумага. Немного, — надо покупать новую, — но на один подарок хватит. Едва-едва, правда.
Тикки бесцельно кружила по комнате, то и дело поглядывая на подопечную хитрыми голубыми глазами. Маринетт не понимала, почему квами настолько довольна тем, что произошло между девушкой и Котом. Однако факт на лицо: Тикки радовалась, светилась ярко-красным, улыбалась и отказывалась как-либо комментировать своё настроение. Только и делала, что точила печенья одно за одним, хихикала и говорила, что Ледибаг понадобится много сил в ближайшее время.
И она явно не про акум говорила, а про что-то более приятное. Ну, Маринетт надеялась.
— Ты наелась, Тикки?
— Конечно, — квами заметалась по комнате, задёргивая шторы. — Мы на прогулку или по делам?
Маринетт закрепила скотчем подарочную бумагу, скрыв за яркой обёрткой светлую ткань, и усмехнулась.
— По делам. Сердечным. Тикки, трансформация!
Она обожала розовую вспышку волшебства и ощущение восхитительной обнажённости и всемогущества, что давал костюм. К такому было до обидного легко привыкнуть, и Маринетт ни за что бы не смогла отказаться от этого. Ни-ког-да.
Она вылезла на балкон и забралась на крышу собственного дома. С удовольствием потянувшись, Ледибаг достала йо-йо и раскрутила игрушку, упиваясь её жужжанием. Настроение у Маринетт было немного игривым, немного весёлым, очень расслабленным и довольным. Был бы рядом Нуар, она бы предложила ему поиграть в догонялки или же шутливо побороться, или ещё что…
Она схватила йо-йо, раскрыла его как коммуникатор и уже почти позвонила Нуару, когда что-то изнутри протестующе запищало.
— А, да, — растерянно пробормотала Ледибаг, смотря на фото напарника в коммуникаторе. — Адриан.
Подарок, зажатый под мышкой, кололся упаковочной бумагой, как иголками.
Ледибаг нахмурилась, продолжая рассматривать фото напарника. Она что, действительно была готова… променять встречу с Адрианом на догонялки с Нуаром? Правда?
Никогда у неё не было такого… как-то Адриан вечно оказывался приоритетнее, как недосягаемая мечта. Она стремилась к нему, тянулась, пыталась быть рядом при любой возможности.