— Я не буду встречаться с вами двумя, — сказала она, силясь разглядеть в идеальном полотне потолка хоть какие-то изъяны. — Не всё время. То есть, какое-то время это возможно, я не хочу тебя обманывать. Но потом я… определюсь. Тебя это точно не беспокоит?
Она посмотрела на Адриана. Тот глядел на неё снизу вверх, и в болотных глазах опять мелькали едва заметные зелёные искры.
— О, Ледибаг, не волнуйся. Я в любом случае буду в выигрыше, — Адриан помолчал пару секунд, сосредоточенно хмурясь. — Но вот то, что я изменил тебе… это тебя не волнует?
Маринетт хмыкнула.
— Конечно же волнует. Я изнываю от ревности, если честно. И даже не хочу знать, кто она, если что. И я была бы признательна, если бы это больше не повторялось, если мы встречаемся.
— А мы встречаемся? Ты так и не ответила.
Адриан опёрся на руки и поднялся, нависая над Ледибаг. Несмотря на всё волшебство и изменения тела, даже после превращения Маринетт оставалась достаточно хрупкой и маленькой; Агрест, каким бы изящным он ни казался, внезапно полностью скрыл её за собой.
Он двигался, как хищный кот. Как-то знакомо щурил болотные глаза, улыбался, показывая белые острые зубы. Дышал тихо, мощно и размеренно и смотрел прямо в глаза Ледибаг.
Она упёрлась рукой в красном ему в грудь, слегка отодвигая от себя, — когда Адриан успел опуститься так низко и как поддерживал себя на полусогнутых локтях? — и немного нервно усмехнулась.
— Тише, тише. Слишком сильный напор.
Он мотнул головой, от чего его волосы растрепались. Влажные пряди закручивались на концах и оказались несколько длиннее, чем Маринетт думала. Видимо, привычная модельная укладка скрадывала несколько сантиметров светлых волос.
— Так мы встречаемся?
— Если ты этого хочешь.
— Больше жизни, Ледибаг.
Она улыбнулась и чуть прикрыла глаза. Адриан продолжал нависать над ней, как защита от всего мира, и прошлые проблемы внезапно показались Маринетт не такими уж и значимыми.
Подумаешь, ей с Котом отчитываться перед парижанами… она переживёт интервью с Шамак в любом случае, вопрос только, в каком качестве. Конечно, если ей и Нуару не удастся объясниться, есть шанс, что Чудесные будут вне закона. Но это всего лишь немного усложнит их положение, не более того.
В тюрьме Ледибаг сидеть не собиралась даже за убийство. Тем более, что выхода-то тогда и не было. Либо она с её плохой реакцией на ток, либо акуманизированный, которого чёрт победишь без потерь. Ей ведь даже Супер-Шанс выдал монетку.
— Ну, раз мы теперь встречаемся, то я наконец могу по-настоящему поцеловать тебя. По-французски, Ледибаг?
Ледибаг ожидаемо покраснела и неловко кивнула. Их прошлый поцелуй был максимально нежным, немного неудобным, но очень запоминающимся. И в нём не было страсти, только вопрос, можно ли касаться друг друга так. Сейчас же, судя по блеску в болотных, — почему сменился цвет? — глазах Адриана, он откуда-то черпает смелость для проявления внутреннего огня.
О, Ледибаг была совсем не против.
Он начал склоняться к ней, как старое дерево под гнётом ветра: медленно, неторопливо, смакуя каждый сантиметр. Ледибаг наблюдала за выражением его лица из-под ресниц, в нетерпении облизывая губы. Адриан смотрел на то, как её язык мелькает, и едва удерживался, чтобы не прервать свою игру в медлительность.
Он замер на середине движения. Поднял голову и, прищурившись, уставился на дверь. Ледибаг, словно была с Котом, также повернулась к тому, чего она не слышала. В их паре Нуар отвечал за острый слух и быстрое реагирование.
— Под кровать, — приказал Адриан, отстраняясь.
Ледибаг, не задавая ни единого вопроса, прямо с дивана прыгнула под кровать, цепляя йо-йо позабытый подарок. Последние несколько метров она проскользила и едва успела поджать ноги до того момента, когда дверь в комнату открылась и вошёл Габриэль Агрест. Без стука.
— Отец, ты же сам учил меня стучать, — пробормотал Адриан, поднимаясь на ноги.
— Да, Адриан, прости. Я могу сесть?
— Конечно.
Ледибаг проползла поглубже под кровать, жалея, что нырнула лицом к стене. Повернуться не было никакой возможности, но и смотреть на плинтуса совершенно не хотелось. А вдруг Габриэль подойдёт к кровати, а она и не заметит? Или Натали, что следовала за месье Агрестом тенью, решит проверить уровень пыли?
Уровень, кстати, зашкаливал. Тут будто вообще не убирались.
Ладно, ещё Ледибаг было очень любопытно. И стыдно. Потому что только ей могло так «повезти»: вместо жаркого поцелуя она осталась наедине с пылью и…