— Прокурор, может быть, вы поясните? — помогла им Баба, которой общение с обстоятельной серой головой нравилось больше, чем с су?етной рыжей.
— Номер исподний идентификационный надо бы подправить, чтобы, если что, вопросов не было.
— Ваши предложения? — обратилась Баба к обоим.
— Выжечь, — сказал прокурор.
— Выгрызть, — одновременно с ним сказал адвокат.
— Изверги! — ответила Баба обоим.
— Послушай, если ты дала себе битый час брови щипать, тебе теперь что огонь, что клинок, что зубы. Чик — и готово! Что ломаешься-то, «Дракон»? — поддел её адвокат.
— Надо — значит, надо! — коротко урезонил её прокурор.
— Я ж живая, а вы меня то стричь, то щипать, то жечь, то кусать! — канючила Баба совсем не по-драконьи.
Она себя Драконом не мыслила, и с чего Сейл её так отрекомендовал, не понимала. Ей человеческого отношения хотелось, а не грызть да жечь, как драконы привыкли.
— По документам ты мёртвая и, пока номер не подпортим, такая и будешь. Не сделаем — никакая рыжина? не поможет. Спалят тебя при проверке документов, как пить дать. Так что кончай капризничать и выбирай способ поскорее, время гонит! — подгонял адвокат. — Взялась за дело — не ной, что оробела!
И правда, неудобно получается: наобещала, а сама — в кусты. На какие только жертвы не идут женщины ради принципа! Кусать цифры Баба доверила прокурору как голове ответственной и холодной. Он зубы при ней подточил, почистил палочкой, прополоскал живой водой, «чтоб не разнесло» от инфекции после укуса, велел ей отвернуться и закрыть глаза. Баба послушно замерла, а когда прокурор выдрал кусок, даже не пискнула. «Несчастный случай» имитировали успешно: стало вовсе не отличить единицы от семёрок или четвёрок, а середина вовсе пропала. Расплылся номер в местах прокусов.
— Дракон! Дракон и есть! — похвалил Бабу прокурор, когда отплевался после содеянного. — Если спросят, отчего номер попорчен, скажешь, конь укусил, когда ловила. Ловцу поверят.
Сколько ни спорили головы хитроумные, а ничего лучше транспортировки Бабы внутри коровы придумать не смогли. Статистика оказалась неумолима: так безопаснее всего. Прокурор торжествовал, адвокат ворчал, что и на его улице будет праздник, Баба вы?резала себе оконца под коровьими рёбрами, чтоб не задохнуться. Лучше это воздушное путешествие совсем не описывать, потому как противнее его для человека вряд ли можно что придумать, но главное свершилось: к заходу солнца Баба была в Драконьих Горах.
Глава 5
Тайное место
К лекарям добрались уже к ночи. Больничная долина встретила их какой-то особенной небывалой тишиной. Защищённая горами со всех сторон, она была как будто из другого мира: от обилия лекарственных трав пахла по-иному, пряно; светилась по-иному, словно светляки всех видов и расцветок собрались здесь на ночь со всего света; звёзды тут мерцали ярче, и луна оттесняла их, огромной люстрой перекрывая полнеба. Свет земных светляков сливался в гирлянды с небесным, создавая невиданную натуральную иллюминацию с переливами. Тихий-тихий праздник, на котором подавали воздух такой вязкий и вкусный, что хоть на хлеб его мажь и сыт будешь. По аллеям, вытоптанным в зарослях, прохаживались выздоравливающие драконы от мала до велика и тихонько порыкивали от удовольствия, не портя тишины.
Бабу из коровы извлекли и тут же к термальному источнику для водных процедур препроводили, чистую рубаху выдали. Приятно, когда о тебе заботятся, как о настоящем человеке. Смазали и укус, и порез, и мозоли чем-то холодящим. Потом чаю налили цветочного, и всё — до утра Баба больше ничего не помнила, даже снов. Спала как убитая! Проснулась под небом на мягкой пахучей соломе, и никуда ей не хотелось ни лететь, ни бежать, и спасать тоже перехотелось. Лежала бы тут и лежала, чай пила, воздух ела. Ну и булка какая-нибудь не помешала бы!
— Мира и здоровья тебе, уважаемая баба. Позволь узнать твоё имя? — обратился к ней вежливо небольшой одноглавый дракон.
Судя по малому количеству бородавок и высокому голосу, был он молод. «Аспирант, наверное», — подумала Баба и, нехотя поднимаясь, привычно соврала:
— Дели. А к вам как можно обращаться?
— Я лекарь. Эскулап XXXII, — откланялся молодой змей.
— Почему XXXII?
— По счёту. Мы все Эскулапы, такое имя нам присваивают при выдаче диплома для простоты, только номера у нас разные. Но это к делу отношения не имеет…
— То есть про дело вам уже всё юрист рассказал?
— Он-то рассказал, а делать тебе. Готова ли ты слушать инструкции? — уточнил лекарь.
— Не-а. Я пока утро правильно не начну, ни к чему дельному не готова, — призналась Баба.
— Верный подход, и для долголетия, и для дела верный. Хорошее утро — оно весь день хорошим делает. Начинай его, Дели, правильно, а потом поговорим! В таком важном вопросе спешка не нужна.
В то утро была у Бабы ванна с лепестками цветов, сваренные в горячем источнике яйца, ежевика с малиной, бодрящий чай и восстанавливающий хвостовой драконий массаж. Намяли, настучали ей драконы бока — аж тело запело и, как в молодости, жить захотело.
— Теперь можно и помирать, когда такое у меня в жизни было, — поблагодарила Баба эскулапов, глазами помня ночной волшебный свет, а телом разомлев от массажа. — Говорите, что делать надо! Я готова.
Лекарь принёс два небольших мешка: красный и синий.