Тень ударила. Назэ двигался без усилий, удивительно быстро, легко избегал атак ши-но-кагэ. Его длинные черные волосы вырвались из шнурка, он повернулся, опустился на колени и прижал ладонь к земле.
Ши-но-кагэ с последним воплем растаяла, словно ее засосало в землю. Темная вуаль на небе растаяла, и полуденное солнце озарило резню, оставленную тенями.
Тишина.
Эма повернулась к Хаганэ. Его грудь медленно вздымалась и опадала. Она коснулась его лица в крови. Живой, слава духам. Она скользнула взглядом по телам, солдатам Рен, жителям и врагам из Фракции. Это было на улице. Сколько людей погибло в городе?
Эма прижалась к стене и встала, держась за живот, кровь текла сквозь пальцы. Отголоски любопытства и колебания тени мерцали под ее кожей.
И Назэ….
Она повернулась к нему, потрясенная его спокойными движениями, пока он шел к ней. Его гнев рассеялся с тенями, волосы были распущены, и он был не таким, каким она его знала. И серые глаза, как в тот день…
— У тебя кровь течет.
Это было не так важно после всего этого.
— Где ты был? Как ты их остановил? Почему ты не… этих людей можно было спасти…
— Были другие. Я не могу быть всюду сразу.
Она опешила.
— Другие? Их было больше?
— Мацукара, это мое бремя.
— Бремя? — Эма стиснула зубы и посмотрела на него, щурясь. — Это был ты в онсене, да? Ты остановил тень. Ты знаешь, как их остановить!
— Все не так просто.
Эма взглянула на Хаганэ, тот начинал шевелиться у их ног.
— Я ощущала их, — прошептала она Назэ, придвинувшись ближе. Резкий запах крови бил по ее ноздрям. — И я слышала что-то, звуки, голоса… Я знаю, есть нечто большее. Тень могла меня убить, но не стала. Почему? — он отвел взгляд, и она протянула руку, хотела встряхнуть его, заставить стереть ее вопросы. Он сжал ее запястье, пальцы были ледяными на ее коже. — Назэ, я не сдамся.
— Мацукара, — его голос стал серьезным. — Я знаю.
Он отпустил ее, отвел взгляд. Она ждала, что он прикажет ей остановиться, но было лишь смирение.
Такой мужчина, как Назэ, не мог так легко сдаться.
Хаганэ застонал с земли.
— Ох, моя голова…
Эма села на колени рядом с ним, кривясь, помогла ему сесть. Прижав ладонь ко лбу, он открыл глаз, щурясь от солнца, а потом посмотрел на нее с кривой улыбкой.
— Слава духам. Красивая богиня, с которой я проведу вечность!
Назэ фыркнул, но Эма невольно рассмеялась.
— Ты жив, Хаганэ. Потрепан, но жив.
— Даже лучше.
— Чем ты думал, погнавшись за тенью? Я чуть тебя не потеряла!
Он отклонил голову с улыбкой.